~ Осколки времени

Придерживая тонкими бледными пальцами фарфоровую чашку, из которой исходил пар, я немного отхлебнула горячий чай. Почувствовала, как тепло разливается по давно замершему телу. В горле словно застряло быстро стучащееся сердце, пока притупленный взгляд уставился в темные, почти чёрные тучи за окном, окончательно покрывающие небо. Погода вынуждала желать лучшего. Рядом с дверью прошла группа учеников, о чем-то весело переговариваясь. Их весёлые глаза, полные вновь обретённой надежды, и звонкие голоса, вонзающиеся за границы моей зоны комфорта, так не вписывались в мир за окном. Все это выглядело так красноречиво. В тишине пустого и холодного купе навевающие неприятные воспоминания предотвращало лишь мурлыкание чернильной кошки, удобно устроившейся под моим боком. Какое-то время. В полумраке небольшого пространства все равно нельзя было укрыться от воспоминаний, которые так хотелось забыть. Но эти воспоминания, казалось бы, единственное, что не даёт моему рассудку окончательно потерять себя в неведении. От прошлого осталась лишь звенящая пустота и покрывавшееся толстым слоем льда сердце. Пожирающая изнутри боль утихла в момент, когда я в последний раз видела растекающиеся на мраморном полу кровавые пятна от ныне бездыханных тел невинных людей. Утихла, хоть и не исчезла. А я жаждала ее возвращения. Потому что лучше ощущать внутри растерзанную душу, служащую напоминанием однажды испытавших мною чувств, нежели сплошные глыбы льда, закрывающие собой царящую пустоту. Я хочу покинуть испачканный в волшебной крови мир с мыслью, что однажды что-то чувствовала. И плевать каким был исход моих неразделённых чувств. Внутри меня уже слишком долго находился мой собственный заглушенный крик, встающий комом в горле. Сегодня. Невыносимо было увидеть тебя на платформе. Без единой эмоции. Твое выражение лица отражало мою душу. Единственным отличием служило то, что душа всегда будет помнить, а ты уже давно забыл мою сущность, словно выбывшую из игры фигуру на шахматной доске. Забыл же? Скажи, что забыл. Всели в меня мою долгожданную боль, вынуждающую чувствовать, что я все ещё жива. Что не являюсь лишь призрачной тенью, которую ты так старательно обходишь стороной. И я до сих пор ловлю себя на мысли, что жду. Продолжаю ожидать чего-то, будто принцесса из сказки, все никак не дождавшаяся верного принца. Но внутрь меня так отчаянно пытается закрасться надежда, не воспринимая полные жалости и равнодушия взглядов твоих друзей. Я не хочу давать себе ложные надежды на счастье и хорошее будущее, лучше просто с достоинством приму всё как есть и забуду... постараюсь забыть как очередной страшный сон. В такой момент размышления в конце темного тоннеля моей жизни высвечивается нечто похожее на… веру? Когда испаряется последняя надежда, всегда появляется вера? Неужто не все потеряно? Может пройдёт время и выяснится, что тот последний вечер с тобой не стал концом света, как и тысячи ошибок после него. Неправильные принятые мной решения не убивают, а становятся напоминающими шрамами, пусть и оставаясь зарубцевавшимися прикосновениями на коже. Боль несправедливо начнёт отступать, но заменяясь новой, а разбитое сердце всё так же сможет стучать. Ведь отчего тогда внутри возрастает сила? Будто наполняет мою поломанную сущность, подгоняя не сдаваться. Не останавливаться и больше никогда не оборачиваться назад, словно иначе меня вновь ждал однажды переживший крах. Просто в случае падения — безотговорочно встать. Выводит меня к тому самому свету, являющимся единственным, что я сейчас вижу перед собой. Я резко открываю глаза, возвращаясь в привычную жестокую реальность. Все то же купе, хмурые тучи за окном, окончательно покрывшие небо, звуки от колес и полумрак маленького помещения. Есть ли сейчас смысл в очередной раз лгать самой себе? Что я все-таки сильная... Я ведь знаю, что стоит мне «упасть», как я улечу в бездну, в самое дно, потому что перед моими глазами будет лелеять только твой образ с жестокой усмешкой на губах, окончательно стирающий все мои отчаянно выстраиваемые стены и опрокидывая меня прямиком восвояси. Но согласись, что тебе так будет проще. Я понимаю, что ты не можешь полностью забыть меня, но ты точно этого желаешь. Меня не станет, пройдёт время и ты, осознающий, что моей сущности уже давно нет, сможешь зажить новой жизнью. Ты ведь сильный. В отличии от меня, уже несколько сотен раз продумывающей безболезненные фатальные исходы. Почему за время нашего, так называемого, общения ты не научил меня жить? Ты давал мне крохотную возможность прочувствовать жизнь, но неожиданно забирал ее вслед за собой. И я каждый раз ждала новой нашей встречи, чтобы вновь окунуться в, не данное мне понятие, «жизнь». А когда пришло время для нашей последней встречи, ты забрал не только возможность, но и всю мою гребаную душу. Моя душа, которую я столь бессмысленно тебе доверила... В отличии от любви, боль не нужно было заслуживать. Она просто шла бесплатным приложением к жизни. И именно это было моим преимуществом. Я успела выучить и этот урок тоже. И вспоминая наши общие прожитые моменты, от которых перехватывает дыхание, от которых хочется то ли сбежать, то ли никогда не забывать, мой разум окончательно затмевается и даёт по тормозам, отказываясь от всего. И все эти моменты в прошлом. В прошлом, которое я отчаянно не имею сил отпустить. Я никогда не знала, что можно хоронить живого человека. Непрожитую жизнь, своё счастье… Но воспоминания — их не похоронишь. Они навсегда остаются в душе напоминанием. За последний год место, где я провела свои лучшие, а затем худшие времена перестало быть для меня домом. На это повлияла не только жестокая, кровопролитная война, но и грубые насмешки, упрёки, перешептывания и высокомерные взгляды, которые мне посылали. Эти косые взгляды и презрение. Отсутсвие рядом близких людей. Отсутсвие поддержки, возможности с кем-то поделится переживаниями. Счастья, которое можно было бы разделить. Я терпела, но любое терпение подходит к концу. Всегда поражалась твоей терпеливости и умению манипулировать людьми. Когда я пропустила тот момент, где жертва пала тенью на меня? После того, как я потеряла тебя — я стала терять себя. Но это уже не так важно. Любовь слепа, она сделала меня уязвимой, а ты этим воспользовался.                    И вот я снова сужу себя за эту слабость.  Неужели все чувства были притворством? Хотя, можешь не отвечать, я заранее знаю твой ответ... «Потеря бдительности — удачный манёвр для смерти» — сухо изрёк бы ты. Я бы отослала тебе красноречивый взгляд, а ты бы усмехнулся, осмотрев меня. Мы бы долго смотрели в глаза друг другу, а потом... ты бы ушёл. А я все ещё не знаю причину, по которой ты вечно уходил от меня. Будто боялся, будто ты действительно чего-то боялся, но чего? Дождь усилился, а поезд, ведущий в волшебную школу, мечту всех маленьких детишек, но не тех, что пробыли там последние года, мчался все дальше. Стемнело. По всем вагонам над багажными полками загорались лампы. Монотонно стучали колеса, по окнам барабанил дождь, вдали прогремел гром и свернула молния. Завывал одинокий ветер. А я не понимала внутри меня или снаружи холодного окна. От мыслей меня отвлёк резкий толчок поезда. Я почувствовала как он стал замедлять ход. Шум двигателя утих, зато ветер с дождём за окном будто усилились. Поезд в последний раз чуть дёрнулся и остановился. Неожиданно свет погас в моем купе, а далее по цепочке и во всех. Это было понятно по щелчкам как от включателя света, и этот шум все отдалялся и отдалялся, давая понимание, что свет действительно отключается везде. Не только в моем холодном и теперь столь мрачном купе. Поезд погрузился в кромешную тьму. Это всё странно, но я ощущала, что уже была готова ко всему, не смотря на то, как нервно мои ледяные пальцы перебирают застежку на чёрной объемной кофте, а ноги слегка подрагивают. Мне хотелось убедить себя, что это от холода, а не страха. Туман вокруг поезда как будто начал сгущаться. Немного погодя, я все же привстала, держа перед собой свою палочку, на конце которой была маленькая пригоршня света. Я маленькими шагами чуть продвигалась к двери, но та, опередив меня, медленно открылась. Тусклый свет осветил упиравшуюся в потолок зловещую фигуру, полностью закутанную в плащ. Отсутсвие лица и нормальных черт фигуру, будто лишь парящая черная мания. Со страшно длинными конечностями и порванными деталями. Меня отдало стужей. Мороз пробирался под кожу, в грудь, в самое сердце. Вдруг, от осознания кто перед мной стоит перехватилось дыхание. Дементор.                                            Меня накрыл невыносимый мандраж. Я заставляла себя думать хоть о чем-то и у меня это получалось. Кажется когда годами живешь в страхе, в такие моменты мозг работает очень хорошо. Я вспоминала о том, как когда то сидя рядом с тобой в библиотеке, пока ты снова увлечённо читал очередную книгу, я читала школьную энциклопедию с параграфом о дементорах. Да, давно было, но я помню, что единственным спасением от них было заклинание «Экспекто Патронум». Для него нужны светлые, самые яркие воспоминания. Но у меня их нет. Я очень хотела представить себе вечера с тобой, но оказалось, что это не было хорошим воспоминанием. Ты ведь всегда уходил... И сколько бы я нервно не пыталась откапать в памяти хоть что-то, самое светлое во мне давно померкло. Я снова почувствовала себя пустой. Это так глупо, правда? Проживать день за днём и по итогу все равно чувствовать ту же опустошённость внутри. Глупо то, что я не хотела признавать, что дело во мне. Сейчас все иначе. Я заозиралась по сторонам, ища пути отхода от этого жуткого существа. Но в небольшом купе не было возможности убежать. Как я это обычно делала находясь лицом к лицу с собственной проблемой. На грани сознания закралась мысль, что я могу умереть. Кажется все мои проблемы наконец догнали меня вселившись в единую сущность. Хотя впрочем ладно, давно пора, ведь всё было предрешено ещё с самого начала. Глупо было бы надеется на что-то вроде такого незнакомого слова «жизнь». И в этот момент вся боль, что сопровождала меня с воскрешения, перестаёт существовать. Становится абсолютно неважной даже опасность того, что именно может сделать со мной предстающее существо. На смену осознания совершенных ошибок, стыда за слабость, ненависти к себе за невозможность сопротивляться приходить понимание, что без тебя я все равно не смогу существовать. Дёрнувшись от неожиданности своих мыслей и ощущая себя добычей, так легко загнанной в угол, я лишь снова стала упрекать себя. Я научилась это делать и видимо заигралась. Упрекала за то, что не способна что-то предпринять и за то, что нет хороших воспоминаний. Теперь то я понимаю, что только я сама отвечаю за свою жизнь. Я поняла это, но видимо слишком поздно. После великих слов не менее великого человека в моей жизни вроде « счастье можно найти даже в самые тёмные времена» — я стала гнобить себя изнутри ещё больше, буквально пожирать, как я делала это при малейших неудачах. Наверное поэтому я жила в страхе — в страхе ошибиться. Но ведь все равно ошиблась. Дементор плавно пересёк дверной проем, всё ближе и ближе подплывая ко мне. Ещё чуть-чуть и моей души не станет. А осталась ли она вообще? Я вообще не ощущаю души внутри себя, будто я просто пустая колба, просто пустая... А если и ощущаю, то лишь вдребезги разбитое сердце внутри, осколки которого так и вонзаются в тело каждый раз при мыслях о тебе. Как будто по щелчку пальцев, мое купе осветил яркий Патронус. Не сразу удалось понять в виде кого он был, но большие сильные крылья напомнили мне кое-кого. Такое существо я видела во сне, вот совсем недавно. Он спасал меня от чего-то. Несколько лет назад один старичок говорил, что мне сны не будут снится просто так. И тут я поняла в чем дело. Мой сон оказался вещим, а название существа сразу всплыло в памяти. Дракон. Чёрная сущность нехотя отступила от столь желанной добычи. Мои глаза стали медленно прикрываться, густые ресницы плавно накрывать щеки, дыхание из слегка приоткрытого рта становится медленнее. Голова разрывалась от боли. Я плавно стала съезжать вниз на холодный пол мрачного купе, уже не слыша ни агрессивного дождя бьющего по окну, ни просто не различая объекты вокруг. Перед глазами появилась пелена, в ушах — невыносимый звон. Последнее, что я помню, прежде чем потерять сознание — это твои серые глубокие глаза.