Северное Сияние

«Каждое утро в нашем заведении начинается одинаково» — с такими мыслями Лаура открыла глаза. С кухни разносились разнообразные звуки — грохот посуды, стук ложки о стенки кастрюли, шкварчание — всё это безумно раздражало. На дисплее телефона высветилось «07.14» — очень рано для Лауры и самое подходящее время для её матери. Делать нечего, уснуть уже не получится, значит можно смело приступать к утренним процедурам. Пожелав матери доброго утра, она прошла в сторону гостиной, где расположилась дочь. Маша ещё спала, закинув ногу на подушку. Лаура присела на полу рядом с изголовьем дивана и рукой провела по щеке дочери. — Какая же ты у меня милая, когда спишь. — практически прошептала Лаура. Маша медленно приоткрыла глаза, немного щурясь от света, проникающего через приоткрытую дверь. — Доброе утро, мамочка. — прозвучал чуть сиплый ото сна голос. Мария подвинулась ближе к краю и привстала, чтобы обнять мать. — Милая, извини, что разбудила. Я не хотела. Я просто так соскучилась, что не удержалась, чтобы не посмотреть на тебя спящую. — Да ничего. К тому же мне нужно было пораньше встать, чтобы собраться. Я сегодня встречаюсь с ребятами, поэтому не жди, ложись без меня. — Я тебя услышала. Давай вставай тогда и скоро пойдём завтракать. А я пока в душ. — выбираясь из объятий дочери сказала Лукина. — С каких пор ты завтракаешь? — удивилась Мария? — Хоть кто-то помнит, что я не ем по утрам. — Лаура приподняла брови и положила руки на грудь. — У меня свой завтрак. — заключила она, покидая гостиную. Душ, безусловно, бодрил, обвивая тело струйками воды. Капли быстро бежали по телу, разлетались по стеклу душевой и заканчивали свой путь, разбиваясь о кафель. Вода подарила ощущение полного пробуждения и окончательно избавила ото сна. После душа последовали ещё несколько традиционных утренних процедур, и Лаура покинула ванную комнату, освобождая её для остальных членов семьи. Когда Лаура вышла из ванны, домочадцы уже собирались за стол. — Лаур, ты зачем Маруську так рано разбудила? — поворачиваясь к дверному проёму, спросил Альберт Вениаминович. — Скорее всего, у меня то от мамы. Будить дочерей — это у нас наследственное. Да, мам? — слегка усмехнувшись, сказала Лаура и чуть облокотилась на дверной косяк. От завтрака она конечно же отказалась. За лёгкими разговорами с семьёй она сварила себе кофе, взяла сигареты и пошла на лестничную площадку. Лаура была очень удивлена, когда спустя несколько секунд после закрытия входной двери, она была вновь открыта. Обернувшись Лаура увидела свою дочь. — Ты воздухом подышать? Он здесь не самый свежий, как ты догадываешься. — спускаясь к своему месту, чтобы поставить чашку на подоконник, сказала Лукина Удивление удвоилось, когда Маша достала из кармана пачку сигарет. — Я составить тебе компанию. — доставая из пачки сигарету, сказала младшая. — Компанию в чём? В курении? — в голосе смешивались удивление и негодование. — Нет, Мария. — Мама, мне не 15 лет. — дочь чуть повысила тон. — Я знаю, сколько тебе лет. — отрезала Лукина. — Тогда в чём проблема? — В том, что ты мой ребёнок. Может мне ещё сигареты тебе покупать? — И что с этого? Тебе можно курить, а мне нет? — голос повысился ещё. — Я никогда не позволяла себе курить при бабушке или дедушке. — При папе я курила. — выпалила младшая. — Ну вот с папой и кури! — это звучало с обидой и разочарованием. Маша фыркнула и покинула лестничную площадку, демонстративно хлопнув дверью. На звуки утренней ссоры из квартиры напротив высунулась растерянная Третьякова. — Лаура, что-то случилось? — Нет, Маша, ничего. — выдохнула Лаура, круговыми движениями массируя пульсирующие виски. Маша вышла из квартиры и подошла к женщине. Рукой она дотронулась плеча подруги и заглянула ей в глаза. — Дети — они такие дети. Постоянно показывают свой характер. Она не со зла. — Я прекрасно это понимаю. Да и мне уже поздно воспитывать… Ты идёшь? Лаура указала рукой на излюбленное место. — Да. Ой, я ничего не взяла. Лаура молча протянула открытую пачку Маше. Третьякова достала табачное изделие и они направились к подоконнику. — Сейчас ещё дома продолжим. — последовало за затяжкой никотина. — Может тогда у меня посидишь? — Слушай, я бы не отказалась, если тебя это не напряжёт. — Наоборот, я буду очень рада отвлечься от своих книжек. — улыбнулась Мария. Они докурили и отправились в квартиру Третьяковой. Пока Лаура располагалась в зале, Мария вынесла из кухни тарелку с фруктами и два бокала шампанского. — Мария. — протянула Лукина. — алкоголь с утра? — Мы только по бокалу. Женщины сели на диване. Расстояние между ними было обусловлено тарелкой с фруктами, стоящей между ними. — Маша, тебе доставляет удовольствие нянчить женщин не в настроении? — Лаура произнесла это с неким уколом. Мария изменилась в лице — нахмурила брови и убрала улыбку. — Мне доставляет удовольствие общение с тобой. — в голосе проступила обида. Лаура убрала тарелку в сторону и подвинулась ближе к блондинке. — Машенька, дай мне руку. — Лаура положила ладонь тыльной стороной на колено Марии. Третьякова сделала ответный жест. — Маша, я не хотела тебя обидеть. — в ответ последовало молчание. — прости меня пожалуйста. — Лаура прижала Марию ближе и поцеловала её в висок. Мария положила руку на щёку Лукиной и оставила лёгкий поцелуй в уголок губ. Лаура отстранилась и заглянула в глаза напротив. В них виделась ласка, забота и понимание. — Прости. — с этими словами Лаура сократила расстояние между их лицами и губами дотронулась Машиных губ. На её удивление, Третьякова ответила на поцелуй. Он был нежным и ни одна из них не собиралась углублять его. Он больше смахивал на первый в жизни поцелуй — робкий и наполненный ещё неизвестными ощущениями. Он закончился спустя пару десятков секунд. — Наверно я не должна была, не знаю, что на меня нашло. — Лаура отстранилась. — Нет-нет, это я была не должна. — Мария направила взгляд куда-то в сторону. — Мне может стоит уйти? — Не знаю, как ты посчитаешь нужным. — В таком случае, я пойду домой. Меня там уже потеряли. — спокойным тоном, вставая, сказала Лаура. — Мария лишь молча смотрела вслед уходящей женщине. Ей хотелось остановить её у порога и снова броситься в её объятия, но нужно ли то Лауре? Если бы было нужно, она бы не уходила. Оставшись наедине с собой, Мария сползла по спинке в бок и приземлилась на мягкую поверхность. Сегодняшний день пройдёт в размышлениях.