•~Спасение Лучика~•

Железные лапы, ступающие на крепкий пол, который, как могло бы почудиться, был готов прогнуться под весом робота, создавали впечатление неприятно на слух скрежета, хотя металлические крики позади казались намного страшнее и ужаснее. Мальчик всхлипнул и вжался лицом в крепкое плечо, которое холодило и даже немного больно давило на спинку носа, особенно при сильных толчках, которые сопровождались колкими фразочками роботов. — Прости меня, Грегори, это моя вина. — заворачивая за угол и покрепче прихватывая мальчика под ноги, грустно, по крайней мере так показалось, сказал Фредди и начал высматривать место, где можно спрятать его нового друга. — Ты не виноват… — тихо кинул Грегори, не до конца уверенный, что его услышали, но и думать об этом времени не было, ведь сзади во всю неслись аниматроники, что были запрограммированны крайне враждебно благодаря той белой крольчихе. Грегори был почти убеждён, что «заклинившое» отверстие в груди Фредди — тоже её вина, но и без отвёртки они ничего не сделают, а сейчас такой роскоши у них, увы, не нашлось. Долго бежать не получится, мысленно убедил себя аниматроник, так как прямо перед его экраном засветилась красная надпись, не предвещающая ничего хорошего, как это обычно и бывает в его случае. Фредди снова пробежал по тёмному коридору и подумал, что это будет самым безопасным местом для его друга, что было явной ошибкой, ведь его быстро зажали в угол ещё на верхнем этаже, чуть выше деревянной двери, что вела в садик, не учитывая заблокированной, на данный момент, горки. Грегори, кажется, был готов зарыдать ещё больше, поэтому прижался ближе к холодному роботу, единственному, кто грел его на протяжении всего этого ада. — Ты веришь мне? — металлический шёпот, хотя скорее негромкий тон, заставил бедного мальчика вздрогнуть и вздёрнуть нос вверх. Тёмные глаза ребёнка пугливо забегали по, казалось бы остальным, невозмутимой морде аниматроника, который прижимал к себе маленькое тельце большими лапами, пока запрограммированные на убийство роботы старались достать Грегори и ужасно громко кричали обидные, иль угрожающие вещи. — Ч-что? — разбитый голосок предательски дрогнул, когда Глэм-рок Чика снова попыталась вырвать малыша из стальных объятий, которые пытались сокрыть его от всей опасности. — Ты веришь мне, Супер-звезда? — уже громче и со всей серьёзностью спросил Фредди и нахмурил бы брови, если бы мог, хотя его взгляд говорил всё за себя. Кивок послужил немым ответом положительного характера и аниматроник резко взял шатена себе на руки, снова же уворачиваясь от кулака разъяренного Монтгомери и косясь на Роксану, которая снова затирала всем, что она лучшая. Роботы тянулись к ребёнку, стремились разорвать его в клочья, но ранили лишь своего товарища, терзая его железное тело острыми когтями и стискивая того в углу, пока Фредди держал напуганного до чёртиков мальчика на руках, бегая глазами по местности, словно пытаясь уловить взором спасателя — единственного, кто сейчас сможет им помочь. Грегори почти мёртвой хваткой вцепился в холодные ладони выступающего, как в своё единственное спасение, что так и было. Маленькие кристаллики градом лились из его испуганных глаз и туманили взор, съезжая по щекам и оставляя на них мокрые дорожки, что так же быстро принимали новые, непрекращающиеся слёзы. Мальчик сжался ещё сильнее и хотел сжаться сильнее, как вдруг он закричал настолько громко, что перевизжал самих аниматроников, но думать об этом ему мешала нога, которую рвано пронзило когтём Роксаны. Глубокая рана, прорезанная почти до самых мышц, начала стремительно кровоточить, от чего Грегори зарыдал ещё громче и увидел перед глазами мимолётные звёзды, чувствуя, как по поджавшейся икре начала бежать тёплая жидкость. Фредди с ужасом метал взгляд от места повреждения до жалкого лица всего пару секунд, а потом, посмотрев ему через плечо и кивнув, приподнял Грегори повыше, громко сказав: — Я надеюсь, что с тобой все будет в порядке, Супер-звезда… Выступающий замахнулся и со всей силы кинул мальчика, казалось бы, в никуда, пока аниматроники, не успев среагировать, недоумённо смотрели на Фредди, переключившись на свою цель чуть позже. Грегори громко закричал, чувствуя, как ему в спину равномерно бьёт рассечённый воздух, и не смог успокоиться даже тогда, когда удара о железобетонный пол не последовало. Аниматроники уже побежали к мальчику с ужасающими криками, как и ранее, от чего Грегори, услышав это, прижался к роботу позади, не смея даже допускать ни одной противной мысли о том, что он может причинить ему ещё бо́льший вред. — Нарушители безопасности, нарушители безопасности, виу-виу-виу! — громкий голос, чем-то напоминающий насмешку, заставил бродяжку поднять заплаканные, хоть и совершенно невидящие глаза на своего спасителя, который сейчас держал его на руках, словно грудного малыша, и кричал на «нарушителей безопасности». Светлый воспитатель вприпрыжку побежал от враждебных нарушителей покоя его детского сада, так же крепко держа на руках дрожащее тело ребёнка, и, подойдя к своей территории как можно ближе, опять же обернулся на роботов. Санрайз пару раз покрутил головой в манере Мундропа и, снова проговорив свои излюбленные, за такое количество нарушителей, слова, скрылся за деревянной дверью вместе с Грегори, громко хлопнув ей. Скрежет когтей по крепкой поверхности входа в детский сад и крики аниматроников утихли только через десять минут, а до этого времени мальчик стоял и прижимался к тёплому, словно солнышко, воспитателю, чувствуя, как тот поглаживает его по тёмным волосам металлическими пальцами, не надавливая, дабы не сделать больно. Санрайз ничего не говорил, лишь смотрел на дверь, словно пытаясь понять, если кто-то за ней, иль все уже разошлись, то-ли потеряв цель, то-ли поняв, что тут им ничего не светит, даже сам Санрайз. Грегори уже успокоился, лишь изредка шмыгал красным носом и сжимал губы в одну тонкую полоску, не зная как подступиться к тому, кого он, как до сих пор думал малыш, не послушал. Жгучая боль в ноге дала о себе знать и тот громко зашипел, снова проронив пару слезинок и привлекая внимание воспитателя, который лишь двинул приплюснутой головой, но так и остался стоять столбом, от чего Грегори решил идти до конца и всё же заговорить с аниматроником, что не был таким уж и плохим, как… Мальчик поёжился и помотал головой, отгоняя эти мысли и поднимая взгляд коричневых очей на воспитателя. — Дядя Санрайз… — всё-таки тихо и чутка хрипло пробормотал ребенок и Солнце сразу оживился, даже его металлическое лицо, как заметил шатен, словно засветилось, хоть и не выразило ни капли эмоций. — И привет снова, лучик! Ты можешь звать меня Солнышко или Санни, как тебе удобно! — взяв мальчика на руки, светлый воспитатель оглядел малыша и с ужасом заметил, что на его ноге красовалась огромная рана, которую он сначала не заметил. — Малыш, да у тебя кровь! Пойдём скорее со мной, я тебе помогу! Не оставляя Грегори право выбора заверил того Санрайз и понёс к кубикам, сняв с башни один из них и заботливо посадив мальчика на мягкую поверхность. — Я сейчас вернусь, только подожди! — никого и ничего не слушая воскликнул Санрайз и в своей привычной манере ходьбы побежал к своей «комнате», если дыру, откуда он выходит можно так назвать. Грегори вытер с щёк остатки мокрых дорожек и смахнул с уставших и чуть покрасневших глаз те же остаточные слёзы, стараясь не спускать взор на свою ногу, которая буквально горела, но тот лишь мужественно держался, послушно дожидаясь Солнца, дабы тот обработал рану. — Лучик, я уже бегу! — воскликнул воспитатель и сел перед мальчиком в позу лотоса, что выглядело довольно весело, от чего шатен спустил со своих обкусанных от страха губ смешок, который остался незамеченным со стороны старательного Солнца, который готовил всё нужное для обработки раны, иногда нечаянно путая металлические пальцы в тонких бинтах. Мальчик поморщился и из его глаз снова потекли только ушедшие слёзы, когда раствор хлорида натрия в больших количествах начал литься на открытую рану, полностью пропитывая, пока Санни аккуратно протирал кровь и сошедшую с места жидкость салфетками, стараясь не причинять особой боли, которой в любом случае было не избежать. Грегори зажмурился до белых пятен на обратной стороне век и сжался, пока воспитатель потянулся за турундами, приговаривая, что всё будет хорошо. Снова же пропитанные раствором медицинские тампоны начали аккуратно вкладываться в рану рукой Санни, который старался не дотрагиваться до кожи своими металлическими руками, дабы не занести туда заразу. Поверх турунды Санрайз положил смоченные салфетки и, закончив остановку крови и дезинфекцию, начал затягивать рану мальчика бинтами, от чего тот хныкал, сжимая край своей футболки в ладони. Санни завязал конец ткани в бантик и вскочил на месте, заканчивая работу и восклицая: — Вот и всё, лучик, ничего страшного! — подхватив Грегори на руки, как и обычно, воспитатель понёс того к своему «тайнику», попутно подавая ему платочек, дабы тот вытер остаточные слёзы, что продолжали катиться из его глаз, от чего Санрайзу становилось больно. — Смотри, у меня есть клей с блёстками, а ещё маркеры и карандаши! Хочешь я принесу альбом? Мы сможем порисовать вместе! Ой-ой, у меня ещё есть плюшевые игрушки! Смотри, котик, ещё собачка, а вот пандочка и милый кролик! — начал радостно предлагать Солнышко, роясь в большом сундуке пиратов так аккуратно, словно там хранятся все его сокровища, что так и было, но ход мыслей Грегори прервался нетерпеливой фразой: — Ну же, не стесняйся, чего ты хочешь? — Мистер Солнышко, а почему вы приняли меня обратно? — тихо спросил мальчик и Санни отстранился от своего хранилища, рассматривая ребёнка и крутя головой, снова же как Мундроп. — Как это почему? Ты был в опасности, да и я не сильно обиделся, всего-то с-свет!.. — снова радостно, хоть и менее уверенно воскликнул воспитатель и шатену показалось, что тот хотел добавить «наверное» к своей фразе, но потом отпустил эту мысль и, приподнявшись на коленях, обнял, на удивление, тёплого робота, что уже сидел перед ним в позе лотоса, как и в прошлый раз. — О, я люблю обниматься! Металлические руки обняли мальчика в ответ и тот улыбнулся, пробормотав тихое извинение и благодарность, которые не укрылись от Солнышка, который бы заулыбался ещё шире, если бы только мог. — А теперь давай рисовать! — снова оживившись сказал воспитатель и впихнул в руки Грегори альбомный лист и целую кучу цветных карандашей. Себе же аниматроник оставил мелки и такую же бумагу, принявшись рисовать и болтать с мальчиком о всём, о чём только можно, от чего тот даже забыл спросить о Фредди…

***

— О нет-нет-нет! Какая ошибка! Где верх?! Где низ?! Убирать, убирать, убирать! — судорожно кричал Солнышко, стараясь строить башенку из подушек правильно, а после, когда наконец получилось, светлый воспитатель отошёл в сторонку и начал плакать из-за коварности Грегори, с которым они играли в догонялки. — Хнык, лучик-лучик, зачем ты это сделал, хнык?! Мальчик хотел было ответить что-то в свою защиту, но его прервал громкий тик часов, громко раздавшийся во всём саду и отпечатавшийся от стен эхом. Солнце удивлённо вскинул приплюснутую голову вверх, на часы, что вывелись из его комнаты и начали тикать, отсчитывая лишь пять минут до… — Грегори, спускайся скорее! — вскрикнул Санрайз и вприпрыжку побежал встречать Грегори, который послушно выбежал из большого тоннеля. — Это кошмар, кошмар, идём скорее! Задержка, задержка! Не должно быть, не должно! Робот торопливо побежал, снова же в своей прыгающей манере, к углу садика, где стояло множество принадлежностей для игр, включая раскладушки, постельное бельё, одеяла, да подушки. — Что мы делаем здесь, Мистер Солнышко? — поинтересовался ребёнок, наблюдая за тем, как Санрайз раскладывает раскладушку и пытается надеть наволочку. — На моё удивление, скоро отбой, мой маленький лучик, нам нужно поспешить и уложить тебя спать! — воскликнул Солнце и начал рыться в своём сундучке, дабы найти самую красивую игрушку, чтобы та охраняла сон ребёнка. — Ч-что?! Но мы ведь не выключали свет! А Луна… — Грегори испуганно выдохнул, на что светлый воспитатель приуныл, опустив голову и молча отдав ему громадную игрушку в виде сонной луны с одной стороны, и улыбчивого солнца с другой. — Ничего не бойся, Грегори! — постарался приподнять настроение мальчику Санрайз и, подхватив его на руки, закружил, заставив издавать задорные смешки, как при их первой игре в рисовании друг друга. Робот аккуратно уложил ребёнка в кровать и укутал того в одеяло, погладив по голове пальцами. — Игрушка тебя защитит и я тебя защищу! А теперь закрывай глазки и спи! Грегори поджал губы и недоверчиво прикрыл глаза, не отрицая, что устал, но и отказываясь впадать в глубокий сон, тем более при включенном свете. Солнце же в свою очередь сжался и сел в уголок, прикрывшись собственным сундучком, и начал ждать конца отсчёта, бегая глазами по часам. Яркое освещение начало медленно пропадать, когда оставалось всего тридцать секунд, а потом резко потухло насовсем, оставляя за собой лишь приятные отблески, которые светлый воспитатель до сих пор видел, но недолго, так как буквально через пару минут из его комнаты выпрыгнул Мундроп, плавно паря на своей верёвке, что для него в принципе привычно, хоть и выглядит до сих пор смешно и нелепо. Если бы маска Санрайза могла выражать эмоции, на его «лице» отобразился бы страх, смешанный с нежностью и радостью. Все эти эмпативные эмоции вызвали у светлого воспитателя смешок, вроде бы нервный, вроде бы высокомерный, а вроде бы такой добродушный. Мундроп плавно опустился перед Санрайзом и его глаза засветились алым, пока его недружелюбный взор устремился на Грегори, который до этого старался наблюдать за ситуацией, но сейчас притворялся спящим, чувствуя, как по его лицу стекает капелька пота, падая на игрушку и впитываясь в неё. — Солнце, что он здесь делает?! Он снова нарушает?! — разгневавшись, громко произнес темный воспитатель, но Солнца лишь отрицательно покачал головой и прислонил палец к нижней части маски Мундропа, где должны быть у человека губы. — Нет-нет, Луня, всё совершенно не так. — снова покачал головой робот и поднялся с места, чувствуя, как колени начинают подкашиваться. — Там запутанная история с аниматрониками, но он не представляет угрозы, так что просто присмотри за-… Фраза была прервана резким грохотом со стороны входа в садик, от чего бедный светлый воспитатель всё-таки почти упал на пол, в последний момент подхваченный тёмным за стальные предплечья. — Это наша территория, как вы смеете?! — если бы Луна мог выражать точные эмоции, то у него бы задёргался глаз лишь при виде чужих, что выломали дверь в их детский сад. Санни попытался встать, дабы не показаться слабым и защитить Грегори, который в недоумении и страхе сидел на раскладушке, то и дело потирая слипшиеся глаза ладонями, но смог лишь нелепо затопать ногами в попытках, что были прерваны Луни, поднявшим своего друга. Солнце прижался ближе к тёмному воспитателю и, всматриваясь в мглу, разглядел лишь еле видимые очертания аниматроников в темноте, так как не имел такое же зрение, как у Луны, что сейчас должен будет сам отстоять их территорию. — Грегори! — послышался крик Глэм-рок Фредди и названный быстро вскочил с кровати, наровясь кинуться прямо в толпу роботов, что стремительно приближались, но его быстро осадила стальная рука тёмного воспитателя, которая тяжело легла на его плечо, властно останавливая. Солнце переминался с ноги на ногу и не мог ничего сделать лишь из-за своей панической боязни темноты, которая до ужаса подводила его прямо сейчас. Подбежавшие к ним роботы хотели было накинуться на них, желая лишь забрать мальчика, что неосознанно жался к Солнцу и одновременно к Луне, хотя так хотел убежать к Фредди, который тоже рвался к ним, но это было довольно проблематично из-за перевёрнутых столов, и это была явно подлянка Монти. Луна, подвешенный на канате, аккуратно оттолкнул светлого воспитателя в сторону, надеясь, что с тем ничего не случится, пока сам подхватил мальчика и задержался в воздухе повыше, облетая столпившихся аниматроников и, найдя взглядом Глэм-рок Фредди, с осторожностью кинул тому ребёнка, откровенно хихикая. Он не слишком переживал за смерть этого ребёнка, за его здоровье и подобное, но раз Солнцу он так важен, что он пустил его в садик после нарушения, то пусть выбирается как хочет, а Мундроп тем временем лучше проверит состояние Санрайза, что скрутился на полу калачиком и слышал лишь топанье и крики чужих роботов, покидающих их территорию.

***

С криком и резкой болью в ноге от удара по железному телу Фредди, Грегори всё-таки не сильно пострадал. — Супер-звезда, бежим скорее, уже почти шесть часов! — опустив мальчика на железобетонный пол сказал робот и, взяв того за руку, дабы не отставал, они вместе рванули к выходу. До сих пор свежая рана на ноге Грегори не желала такого расклада и болезненно пульсировала, заставляя мальчика часто спотыкаться, терять равновесие и замедляться, пока сзади за ними бежали все, кто только мог. Фредди был бы рад посадить мальчика себе в грудное отверстие, что предназначалось для подарков и тортов, но оно до сих пор напрочь заперто. Уже близко, аниматроники отстали, почти никакой охраны рядом с выходом — не может быть. Аниматроник уже предвкушал, как радостно Грегори побежит на улицу, уходя из этого ада, как вдруг прямо перед их носами возникла та персона, которую стоило ожидать. Крольчиха в белом костюме, в лапах её красовался острый нож и пульт с двумя кнопками…