Hotels

POV Ville Германия – странная страна, удивительная, я бы даже сказал. Мне, да как и многим финнам и русским сложно понять всю эту философию педантичности. На самом деле это конечно всё утрированно и есть куча стереотипов о немцах, но всё же они не беспочвенны. Я восхищаюсь этими людьми. У нас концерт в Мюнхене. Огромный стадион, всё в стекле и металле, это великолепно. Огромный крытый стадион, большая сцена. Мы проверяем инструменты перед концертом. Это особое волнительное время. Гас проверяет, удобно- ли стоят барабаны, Линде подтягивает струны своей гитары, а Бёртон тыкает Миджа смычком в задницу. Смычком? О нет, лучше я не буду задумываться о том, где он отыскал его. Через час начнут запускать народ. В предвкушении действа не только они, но и мы. На самом деле многие считают, что музыканты не волнуются, выходя на сцену, что это только их работа. На самом деле это вовсе не так. Мы волнуемся не меньше. И действа ожидаем и мы. Но так бывает не всегда. Сложно сказать точно, но иногда, когда настроение соответствующее, ты готов создать здесь волшебство, просто строя башню из инструментов и своего голоса, ты можешь подняться до самого месяца. Помните, как в фильме «Аризонская мечта»? Нет? В общем отец Акселя, главного героя, продавая Кадиллаки, мечтал выстроить из них башню и добраться до луны. Так и здесь. Это огромное нагромождение из мелодий, голоса и слов, являющихся кирпичиками. Это как Крокон Буш, французский свадебный торт, нагромождение эклеров и карамели. Но так бывает не всегда. Иногда тебе просто хочется выйти на сцен и выплакаться. Так, обычно, бывает у Йонне. Он выходит и просто по сути рыдает на плече у фанатов. Он рассказывает свои грустные истории, изливает душу. Ы просто выходишь, как на исповедь. В этот момент ты беззащитен и открыт. Знаете, как рак, когда на нём раскрошили панцирь. О, кстати, раки. Размышляя об этом всём у меня проснулся аппетит. По возвращению в гостиницу выпьем пива с раками. Отличный будет вечерок. Мы отыграли концерт. Это был не плачь. Не исповедь, это было шоу. Сегодня это было громкое и искреннее шоу. Мне даже захотелось кинуть медиатор в зал, я так и сделал. Его поймала какая-то девчонка, лет 18-20, лови удачу, детка. Линде сделал тоже самое, после ещё и склонился и провёл руками по рукам фанатов, в зал полетели барабанные палочки, ловите, счастливчики. Ловите поцелуй от HIM на прощание. Мы ушли со сцены, толпа ещё ревела. Отличный вышел концерт. Теперь сигарета, выпить воды и снять мокрую майку и пиджак. Футболка и куртка. Отлично. За нами уже приехала машина, инструменты соберут и упакуют. Больше от нас ничего не требуется, можно смело отдыхать. Мы приехали в отель Glas und Metall, где были наши номера и находились вещи. Он действительно не зря так назван, это высоченное здание из стекла и металла, типичная Германия. Ночные огни отражаются в тёмном стекле и создаётся впечатление, что здания и нет вовсе. Такое можно встретить здесь часто, это делается чтобы как-то зрительно разгрузить пространство. Волшебное явление. Повествую парням свою идею с пивом и раками, она дополняется идеей с джакузи или сауной. Лучше джакузи, водный массаж это просто панацея. Распозаемся по номерам, под моим стоит несколько девчонок в чёрном. Интересно, как их впустили? Ну да ладно. Расписываюсь на протянутых мне дисках, в блокнотах и..ах, ну да ладно, на груди одной из них, соглашаюсь сфотографироваться, позирую. Я не понимаю, что они говорят по-немецки, но улыбаюсь им. Я не совсем понимаю людей, которые пренебрежительно относятся к своим поклонникам. Люди ведь такой путь проделали, чтобы добраться сюда, чтобы найти мой номер или как-то вытянуть из официальных лиц отеля информацию. Это- их награда. Мне не трудно, хотя я и устал. Когда те довольны, я собираюсь уже прощаться с ними, прибегает ещё одна, ох нет, ну только не очередь-тянучка. Но нет. Она только одна, приносит мне огромный букет алых роз, девушки что-то говорят в унисон по-немецки, я смог разобрать своё имя и всё. Не рискую соглашаться, вдруг они сказали «Мы будем твоим гаремом, Вилле, женись на нас!», просто улыбаюсь в ответ, принимаю цветы, расписываюсь на плакате своей группы опоздавшей девушке и попрощавшись с ними, скрываюсь в номере. Красивый букет. Мне приятно. Хорошо, когда поклонники проявляют уважение к своему кумиру, дарят не своё собственное нижнее бельё, а цветы или что-то интересное. Опускаюсь на диван, расстёгиваю ремень штанов, закидываю ноги на журнальный столик и закрываю глаза. Можно немного отдохнуть. Вскоре придёт кто-то из моих и мы пойдём веселиться. Точнее отдыхать. Прелесть немецких гостиниц в том, что здесь всегда всё продумано без излишней навязчивости, в отличии от японских. Говоря об этом явлении, скажу, что меня жутко бесило, что когда я был в Токио, в моём номере, строго в 9:00 am шторы сами открывались. Навязчивый сервис. Это страшно меня раздражало, когда куча народу бежит за тобой, постоянно кланяется, вёс время норовит услужить. Я еле держал себя в руках, если честно. В Германии вёс иначе. Здесь всё спокойно и точно. Тебе понадобится – без промедлений сделают, но никто не навязывается. Люблю Германию. Спокойный качественный сервис. Звонок в дверь. Поднимаюсь и иду открывать. Крикнуть «входите, открыто» не всегда безопасно, мало- ли там толпа фанатов, я не против, просто я немного не в форме. За дверью стоит лакей, или как это называется. -Герр Вало, Герр Амур и Герр Линдстрём просили передать, что ждут вас в бассеине на первом этаже. -Да, спасибо, я сейчас спускаюсь. Тот кивает и уходит. Вот о чём я. Потягиваюсь и застегнув штаны и оставив куртку в номере, спускаюсь вниз и иду в сауну. В немецких отелях всё довольно просто и понятно расположено. Но есть особая фишка. Над всеми бассеинами стеклянные потолки и ты можешь наслаждаться звёздным небом. Великолепно. Раздеваюсь до плавок и опускаюсь в бурлящую воду рядом с Миджем и Линде. А вот и Бёртон чешет в нашу сторону. -Помолимся, чтобы Гас был в плавках. – улыбнулся он, раздеваясь и сажая свою задницу в плавках с флагом США в тёплую воду. Мы засмеялись. Наши мольбы были услышаны и Гас и правда был в своих чёрных плавках. Пришёл официант, мы заказали пива и как я и предлагал, раков и ещё чего-то к ним на закуску. Люди плавали в бассеине, кто-то просто лежал на шезлонгах. Покой и благодать. Я положил руки по краям джакузи, как бы приобнимая Линде и Миджа и запрокинул голову. Отличный выдался концерт. Просто супер. Принесли пиво, раков, чищенные креветки и сыр в кляре. Отлично. Честно говоря, я уже очень давно не ел раков, креветок обычно везде полно. С треском поднимаю ему панцирь, отламываю голову, вот она, сочная раковая шейка. Бёртон берёт и хватает только почищенный кусочек. Негодяй. Беру и с силой нажимаю ему на голову, тот уходит под воду. Выныривает, отряхивается. Смеётся. Ладно, я почищу ещё. Потягиваем пиво и болтаем. У джакузи есть особое свойство, посидев с часик, ты чувствуешь себя бесхребетным и мягким. Размякает и расслабляется каждая мышца твоего тела. Говорят что плавание помогает от стресса, ничего подобного, джакузи помогает от стресса лучше всего. Пользуйтесь, если есть такая возможность. Допив пиво и расслабившись, мы собрались идти ужинать. Теперь с новыми силами можно было продолжать вечер. Я высушил волосы, оделся и вскоре спустился в ресторан на первом этаже. За столом сидел Гас и Мидж, вскоре подтянулись и остальные. Во мне разыгрался аппетит, и видимо не во мне одном. Мы заказали много чего, принесли алкоголь. Пиво, вино и водку. Говорят что без водки, пиво – деньги на ветер, так и есть. Нужно расслабиться. После принесли закуски, отлично. Я с ленцой осматривал сидящих в ресторане. Мой взгляд остановился на сидящем за столиком неподалёку блондине. Или это она? Хотя нет, кажется он. Светлые ровные волосы, аккуратные черты лица, он пьёт пиво. Он. Я поймал на себе взгляд его голубых глаз и выдержал его. Это, конечно, мило, когда кто-то отводит взгляд делая вид, что смотрел вовсе не на тебя, но всё же я научился выдерживать взгляды в глаза. Отвёл взгляд он. Вот значит как. Я вернулся к своему бокалу. Интересно, почему он сидит один? Может кого-то ждёт? Хотя не похоже. Ребята за что-то пьют, вновь вливаюсь в свою компанию, хотя раз за разом замечаю, что этот парень поворачивается в мою сторону. Как интересно. Ну что ж. Почему бы и нет? Завтра днём мы уезжаем в Берлин, это не поведёт за собой каких-либо проблем. Если честно я не против знакомств на одну ночь. Когда подходит официант, прошу его наклониться ко мне. Тот выполняет просьбу. - Бутылку самого дорогого вина, которое есть в меню за тот столик. Запишите на мой счёт. Никогда не понимал прикола подкатывать к кому-то довольно стоящему с бутылкой портвейна. Я помню эту шуточку: Молока вдвойне вкусней Плодово-ягодный портвейн. Но всё же это не вариант. Наблюдаю за происходящим. Официант приносит ему бутылку вина и бокал. Ясное дело парень понял от кого это. Вновь смотрит в мою сторону. Улыбается. Улыбаюсь в ответ. Пока что к бутылке не притрагивается. У него ещё около трети бокала пива и он ещё не доел. Оставит на десерт? Я доедаю свою порцию. Парни обсуждают планы на завтра, я слушаю в полуха, раз за разом бросая взгляды на блондина. А что, он ничего. Я не из тех, кто требует ответный жест в обмен на угощение выпивкой или что-то вроде того, но надежду на это никогда не оставляю. Замечаю, что он отодвигает пустую тарелку, допивает пиво. Приносит счёт. Кладёт деньки в тёмно-коричневую книжечку. Поднимается. Берёт бутылку за горлышко и напрвляется в сторону нашего стола. Парни не особо придают этому значения, мало- ли кто куда идёт, проходя мимо просто произносит «триста пятнадцатый» и уходит в сторону лифта. О, да, детка. О он не промах. Просто прошёл мимо, произнося это на ходу, не склоняясь ко мне, чтобы не привлекать внимания, ничего. Хорошо придумано. Понятно, что мы уже не дети, но всё же афишировать отношения на одну ночь как-то не по мне. Поднимаюсь из-за стола и сославшись на усталость, иду к лифту, по пути беру с одного из пустых столов два бокала, захожу в лифт. Триста пятнадцатый? Ну хорошо. Иду по коридору. Подхожу к двери с нужным номером. Сразу вспоминаю историю, приключившуюся со мной в Париже, но её я тоже расскажу позже, если не забуду. Стучу в дверь, через какое-то время открывает мне тот самый блондинистый парень. -Привет. – улыбается он. -Привет. Я тут решил занести тебе бокалы, вдруг они тебе понадобятся? – лукаво улыбаюсь. -В номерах они обычно есть. Но может эти лучше? -Несомненно, дарлинг. Он отступает и направляется в номер, я захожу и закрываю дверь. -Проходи. – он сидит в гостиной, та самая бутылка стоит на столе. Ждал меня, значит. Отлично. Опускаюсь с ним рядом на диван. Решаю представиться: -Меня зовут В..- не успеваю договорить, он перебивает меня. -Да, я знаю, Вилле Вало. – улыбается. Ах, эта лучезарная улыбка, она уже сводит меня с ума. - Да ну? – лукаво улыбаюсь, садясь ближе. – откуда ты меня знаешь, детка? -Твоё лицо сейчас на улицах Германии встречается на плакатах чаще, чем Ангелы Меркель. Какой непосредственный. Это так мило. -Вот как. Всё тогда прошло глаже, чем вообще когда-либо. Мы выпили вина, и после, без каких-либо неловких намёков, я оказался у него в постели. Я узнал, что его зовут Йонне. И ещё я, кажется, влюбился. Я столько раз зарекался влюбляться в случайных любовников. Но видимо всё без толку. Йонне был великолепен. Я не знаю, фанат- ли он моей группы или просто случайный встречный, но я рад этой встрече. Он так сладко всхлипывал, когда я входил в него, что мне хотелось сжимать пальцы в кулаки просто до хруста и треска, это было великолепно. Он не пытался меня привязать к кровати или ещё испробовать какие-то извращения. Мягкое тело с молочной тёплой кожей, большие голубые глаза, сейчас, наслаждаясь его поцелуями в шею и ключицы я серьёзно думал о том, что как только я проснусь утром, то первым делом побегу в ювелирный за кольцом и сделаю ему предложение. Однажды Бем сказал, что я человек-сердце, так и есть. Я редко думаю, я в основном чувствую. Не могу сказать точно сколько раз за ночь мы это успели сделать, но утром я проснулся абсолютно счастливым. Я хотел обнять его, что-то сказать, да не знаю даже что, да вплоть до того, что попросить ехать со мной. Меня накрыло, я влюбился. Знаете, я вот что скажу, что если накрывает одномоментно – это любовь, если же ты ходишь и пытаешься как-то притереться к человеку – это уже совсем не то. Здесь же меня накрыло полностью. Но кровать была пуста. Йонне не было. Я слегка опешил, поднялся, одел штаны и прошёлся по номеру. Его нигде не было. Я даже как-то расстроился. Хотя вообще-то я искал развлечение на одну ночь- я его получил, чего я теперь расстраиваюсь? Что хотел- то и получил. Я одел футболку, обулся и тихо вышел из номера. Я прикрыл дверь и побрёл к себе. Это была великолепная ночь. Обычно утром я сам ухожу первым, здесь же так поступили со мной. Не самое приятное чувство. Сейчас каменная Германия казалась мне холодной и безжизненной, я ждал самолёта, хотелось покинуть эти края и оставить неприятные воспоминания здесь.