My words for you

      Ночная мгла кажется бездонной, дождь настойчиво барабанит в окно, словно зовет к себе, ветер воет громче сибирских волков и склоняет деревья к земле, а сквозь щель приоткрытого окна легкой поступью пробирается тот самый, особенный запах влаги и асфальта, который в детстве так и манил выбежать на улицу и собирать крупные капли в ладони, несмотря на то, что потом мама будет кричать и заставит стоять под горячим обжигающим душем. Тоскливо до жути. Словно прячась от ненастья, Джисон натянул капюшон толстовки и подтянул ноги к себе, поудобнее устраиваясь на диване. Зеленоватые обои студии подсвечены лишь ярким светом экрана, рядом, прижав к себе подушку, сидит Чанбин, каждые несколько секунд шмыгая носом-заболел, наверное; а перед диваном, сгорбившись на крутящемся стуле, полусидит-полулежит Чан, щелкая мышкой и тяжело вздыхая. Усталость плотным облаком повисла в воздухе, и казалось, что её даже можно потрогать, но вдохновение оно такое-пока в душе все бурлит, будешь даже с закрытыми глазами делать, просто потому что хочется. -Послушаете?       Тишину клинком прорезал слишком громкий голос Чана, который развернулся на стуле к младшим, роняющим полусонные головы на грудь. -Давай, -ответил Джисон, встряхнув всем телом и стараясь вернуть себе привычную энергичность, что, если честно, было очень сложно среди ночи.       Бан включил музыку, над которой они работали последние пару часов, и начал тихо напевать слова, которые Джисон написал еще пару дней назад и принес лидеру на оценку. И именно вдохновение этим текстом заставляло их троих сидеть в студии в три часа ночи и писать песню, которую они выпустят только через долгое время после её завершения, если вообще выпустят. Хан прекрасно умел выражать все свои чувства через слова-этого не отнять; и в этот раз, когда Чан в первый раз прочитал то, что написал младший, он выгнал его из своей комнаты и несколько секунд неподвижно сидел, смотря в одну точку и вытирая слезы. -Ну, как вам? -спросил Чан, когда мелодия кончилась. -Для начала неплохо, -кивнув, сказал Чанбин и с кашлем потянулся. -У песни уже есть название? -обратился он к Джисону. -Пока нет, -зевнув, ответил Джисон, искренне стараясь держать глаза открытыми. -Давайте на сегодня уже заканчивать, мне кажется, я уже отключаюсь. -Я тоже, -кивнул Бан Чан и, сохранив то, что они с парнями успели сделать, поплелся с ними к выходу. -Льет как из ведра!       Джисон вытянул руку из-под козырька и, набрав немного воды, брызнул ею в Чанбина. Со тут же угрожающе распахнул глаза и надвинулся на Джисона, угрожая ему кулаком. -Прости, прости, хëн, -затараторил Хан, с громким смехом убегая от Чанбина. -Вы же только что на ходу засыпали.       Чан лишь снисходительно усмехнулся и заказал такси, ведь никто перед тем, как пойти в студию, не догадался посмотреть прогноз погоды и взять с собой зонтик. Джисон, убегая от Чанбина, вышел из-под спасающего козырька, хлюпнув ногами по лужам. Чернильные волосы мгновенно промокли, одежда неприятно прилипла к телу, и в тонкие кроссовки затекла вода. Тут же стало ужасно холодно, и ледяной ветер, пробравшись под одежду, забирался уже под самую кожу. По-детски радостное лицо сияло в свете уличных фонарей, и Хан, воспользовавшись тем, что терять уже нечего, принялся прыгать по лужам, оглушая ночную тишину своим звонким смехом. -Джисон, давай обратно, а то заболеешь, -по-отечески строгим тоном позвал парня Бан Чан. -С носа будет течь, как у Чанбина. -Ну спасибо, -буркнул Со, шмыгнув. -О, такси уже подъехало.       Самый старший устроился на переднем сидении и завел непринужденную беседу с водителем, а утомившиеся Чанбин и Джисон сели сзади и тут же уронили головы друг на друга, задремав под приятный голос Чана. Хан чувствовал как на сидении под ним остается лужа, с волос капает на лицо, одежда от теплого воздуха стала совсем неприятной, а в кроссовках хлюпает вода. Чтобы избавиться от этого ощущения, Джисон, зябко трясясь, мечтал уже поскорее вернуться в общежитие. -Спасибо, до свидания, -донесся до дремлющего сознания вежливый голос Чана. -Эй, ребят, пойдемте.       Чанбин и Джисон, оторвавшись друг от друга, выползли из такси, спотыкаясь на ходу и попадая под поток непрекращающегося дождя. -Давайте быстрее, -позвал младших стоящий у входа Бан. -Сначала хоть немного выжмите свою одежду, а потом заходите, -скомандовал Чан и, смахнув с волос влагу, вошел внутрь.       Чанбин быстро сделал все, что смог, и, похлопав Хана по плечу, тоже вошел в общежитие. Джисон тяжело вздохнул и, стоя на крыльце в желтом свете фонарей, снимал по очереди кроссовки и выливал из них ледяную воду. Ну просто картина маслом. С трудом покончив со своей промокшей одеждой, парень толкнул полупрозрачную дверь и шаркающими шагами поднялся наверх. Джисон сначала зашел в ванную и скинул верхнюю одежду в сушилку, где уже лежали вещи старших. Тишину общежития нарушало только тиканье часов с кухни и негромкое недовольное бормотание Хана, который по своей неуклюжести врезался в очередной дверной косяк. Джисон вошел в свою спальню и, как можно скорее переодевшись в сухую одежду, упал на кровать, чувствуя долгожданное облегчение. Небольшая кровать после тяжелого дня была мягче, чем обычно, и казалась Джисону пушистым теплым облаком среди голубых стен, представляющихся небом. Хан прикрыл глаза, собираясь окунуться в мир грез, но его живот вдруг протестующе сжался и заурчал, требуя от парня еды, про которую Джисон из-за работы благополучно забыл. Голод боролся с усталостью внутри Джисона, и он, сдавшись, вылез из объятий постели, в темноте наткнувшись на угол невысокого деревянного стола. Хан поплелся на кухню, стараясь ступать как можно тише, чтобы не разбудить парней. Включив на кухне ночник, парень на миг зажмурился, привыкая к свету, и сел за стол, чтобы накопить хоть немного сил и энергии. -Доброе утро, что ли.       В кухню, ероша свои русые волосы, вошел Минхо, одергивая задравшуюся футболку, и не удержался от привычной ехидной ухмылки при виде бодрствующего Джисона, который даже не посмотрел на него, хотя обычно только и делал, что пялился. -Чего не спишь? -не дождавшись ответа Хана, спросил Минхо. -Я только из студии вернулся, -ответил Джисон и наконец поднял взгляд на старшего, зевая.       У Ли глаза чуть сощурены от сонливости, штаны висят, как бесформенный мешок, а в ухе болтается сережка, которую тот забыл снять перед сном, но Джисону нравится. Так нравится, что сквозь усталость прорезается улыбка и обессиленное тело понемногу оживает. -Так поздно, -протянул Минхо, и на лице на миг появляется беспокойство которое тот тут же прячет. Сам виноват-нечего так долго сидеть в этой своей студии. -И чего ты тут сидишь? -Хотел кофе сделать, -подавив чих, сдавленным голосом произнес Джисон и снова зевнул.       Хан попытался подняться с места, но конечности совсем не слушались и отказывались работать, не подчиняясь засыпающему мозгу. -Сиди уже, я сам сделаю, -со вздохом бросил Минхо, отвернувшись от младшего. -Я не собираюсь поднимать тебя, если ты тут от усталости свалишься. -Знаю, -протянул Джисон, подперев щеку рукой и вперив взгляд в широкую спину Минхо.       Хан водил взглядом по старшему, ходящему туда-сюда по кухне, и останавливал глаза то на идеальном профиле, то на сильных руках, то на спине, мышцы которой привлекательно проглядывали сквозь футболку. -Твой кофе.       Минхо поставил перед Джисоном кружку с белками (с квокками не нашел), которую подарил ему на прошлый день рождения, и сел напротив со своим чаем и булочкой, припасенной еще со вчерашнего дня. -Спасибо, хён.       Хан с жадностью набросился на кофе, заполняя ноющий желудок горячей жидкостью и довольно мыча. Джисон был таким забавно простым, что его запросто мог осчастливить обычный ночной кофе, заботливо приготовленный Минхо. Какая глупость. Ли не смог удержаться от улыбки, которую поспешил спрятать за кружкой, но блеск обожания в глазах все равно скрыть было невозможно. -Так и о чем песня, которую вы пишете посреди ночи?       Джисон подавился кофе, услышав этот вопрос. Он не мог рассказать Минхо. По крайней мере, сейчас. Младший молчал, дождь за окном немного поутих, а его стук по оконному стеклу заставлял Хана поежиться от воспоминаний о холодной мокрой одежде. Джисон опустил взгляд в темный напиток и загадочно улыбнулся, вспоминая еще не дописанный текст будущей песни. -Потом расскажу, -отмахнулся Джисон, не переставая зевать. -Ладно.       Минхо невозмутимо пожал плечами, хотя самому было обидно, ведь Джисон всегда в первую очередь бежал к нему с новым текстом и спрашивал его мнение. И что там такого, что ему нельзя знать даже идею песни? Любопытство скреблось о задетую гордость, которая, хоть и была сломлена, но все еще стояла на ногах и не давала Минхо склонять голову перед упрямством Джисона и его желанием скрыть что-то от старшего. Ну и ладно. Раз уж ему так хочется, то и Минхо нет никакого дела до этой его песни. Ли негромко фыркнул то ли своим мыслям, то ли непривычно тихому Джисону-это было не важно, он был обижен. -Хён, ты обиделся?       Скорее просто сказал, чем спросил Хан, прекрасно зная характер Минхо, который каждый раз, когда его что-то задевало, недовольно отводил взгляд и делал вид, что его ничего не волнует. Он был слишком очевидным, и это откровенно веселило Джисона, который в компании Минхо уже забыл о сне и усталости, ведь все его внимание было приковано к теням, пляшущим на лице Ли, который упорно старался казаться хладнокровным. -Нет, -резко ответил Минхо, откусывая большой кусок булки, чтобы не отвечать на следующий глупый вопрос Хана. -Врешь.       Минхо пожал плечами и протянул младшему руку. Джисон непонятливо уставился на неё и потер глаза, на случай, если он уже заснул и все это ему только кажется. -Что? -Господи, просто возьми меня за руку, и все.       Джисон мог бы спросить, зачем он это делает, но это было не нужно. Хан не мог объяснить это, но он как будто бы знал ответ, который был каким-то слишком личным, хранящимся только где-то глубоко в душе и не открывающимся никому. Джисон осторожно положил руку на раскрытую ладонь Минхо и шумно выдохнул, ощутив ласковые прикосновения. Стрелки на часах отсчитывали приближение четвертого часа, дождь полностью стих, влажные после него волосы почти высохли, тусклый ночник то и дело мигал, а Джисон сидел на кухне общежития, улыбался как дурак и маленькими глотками пил уже остывший кофе, а напротив него-Минхо, который все еще делал вид, что ему нет дела до Хана и того, что тот поглаживал его руку большим пальцем. В кухне было тепло, уют невидимым пледом накрывал парней и убаюкивал так и не поспавшего Джисона и Минхо, который проснулся, как только услышал ворчание младшего, когда тот наверняка как обычно обо что-то ударился или споткнулся. Ли одним глотком допил чай, которого уже давно осталась одна капля, и встал из-за стола, выдернув свою руку и оставив на своем месте холодную пустоту. -Не сиди долго, -только и сказал Минхо и вышел из кухни, оставив все так же улыбающегося Джисона одного.       Минхо быстрыми шагами прошел по коридору и проскользнул в свою комнату, наощупь пробираясь к кровати, из-за того, что глаза поначалу не привыкли к темноте. Ли с тяжелым вздохом упал в мягкую постель и опустил на лоб прохладную ладонь, хоть немного остужающую разгоряченного парня. Все это было в порядке вещей: дождаться Хан Джисона, который имел излюбленную привычку засиживаться в студии допоздна, съязвить ему, потом приготовить поесть или сварить кофе, а на конец оставить мягкие неловкие прикосновения. Все это было обыденностью, только какой-то особенной и будоражащей обыденностью. И все это устраивало Минхо так, как оно есть. Он не был уверен, все ли друзья держатся за руки при каждом удобном случае, обнимают друг друга немного дольше положенного и пытаются как бы в шутку поцеловать. Но разбираться в этом не было ни времени, ни сил. С этими мыслями Минхо кое-как успокоил свое сердце и провалился в глубокий счастливый сон.       Оставшись в одиночестве, Джисон машинально глотнул почти не оставшийся кофе и тут же скривился от противного вкуса во рту. И как он это пил? Хан вылил остатки кофе в раковину и, ощутив вновь накатившую усталость, пошел в свою комнату, на секунду остановившись перед дверью Минхо. Джисон уткнулся головой в подушки и тихо застонал, прижимая к груди руку, которую совсем недавно держал Ли. Прикосновения между мемберами были нормальными и обыденными, но каждое касание Минхо оставалось в памяти Джисона еще долго и грело что-то там внутри. Хан в последний раз улыбнулся собственным мыслям о Минхо, дожде и тикающих часах и наконец сдался власти сна.       Следующий день выдался удивительно солнечным и теплым, и яркие горячие лучи почти полностью выжгли лужи, в которых еще ночью игрался непоседливый Джисон. Кухня была наполнена стуком приборов о посуду, разговорами и смехом, злосчастная так и не повешенная штора пропускала лишь пару золотистых лучей, бесстыдно гуляющих по кухонной столешнице, по высокому деревянному столу, заставленному тарелками с едой, по светлым стенам и холодильнику, к которому наклонился Хёнджин в поисках какого-нибудь перекуса. Собравшиеся за столом Феликс, Чонин и Минхо ели обед, заботливо приготовленный для них старшим, пока Сынмин был на съемках радио, а 3racha отсыпались после рабочей ночи. -Кто съел мою булочку? -вскрикнул Хван, с подозрением смотря на друзей. -Это была моя, -как ни в чем не бывало ответил Минхо. -Да на ней даже был приклеен сраный стикер с моим именем! -Значит, отвалился твой стикер, и я его не увидел.       Хёнджин, беспомощно взвыв и поняв, что булочку уже не вернуть, демонстративно захлопнул дверцу холодильника и, показав Ли средний палец, вышел из кухни, специально громко убиваясь по своей булочке. -И чего так из-за булки изводиться? -Обязательно купи ему новую, -осуждающе покачав головой, сказал Феликс, потянувшись за новой порцией кимчи. -Но на ней и правда не было этого стикера, -сморщив нос, ответил Ли, ударив своими палочками по палочкам Ликса и забрав последнее кимчи прямо у него перед носом. -Ну и что? -Ёнбок с разочарованным видом положил к себе в тарелку оставшийся салат. -Хёнджин же расстроился. -Да он уже через пять минут про все забудет, -вставил свое слово Чонин. -Вот-вот. Ладно, валите уже, если поели, мне нужно работать.       Младшие, немного поворчав на грубость Минхо, ушли из кухни в гостиную, где с надутым видом смотрел какое-то шоу Хёнджин. Минхо собрал посуду со стола и, помыв её, включил влоговую камеру, которую ему недавно торжественно вручил стафф. Ли оглянулся по сторонам и улыбнулся в объектив. Сколько они уже этим занимаются, а каждый раз все равно ужасно неловко. -Мы только что вкусно поели, -протянул Минхо, -думаю, сейчас мы посмотрим что-нибудь, а потом я пойду... О, Хани!       В кухню, едва переставляя ноги, вошел Джисон, поправляя разлохмаченные волосы и кутаясь в кофту. Щеки на сонном лице кажутся еще больше и мягче, большие глаза полузакрыты, а всегда улыбающиеся губы напряженно сжаты. Безумно очаровательный. -Ты только проснулся? -Ага. Не снимай меня, я ужасно выгляжу! -Хани очень красивый! И стэй тоже так думают!       Джисон угрожающе зыркнул на Ли и, взяв из холодильника йогурт, показал ему язык. Минхо на это звонко рассмеялся и, слегка коснувшись руки младшего, снова вернулся к своему влогу. -Обязательно напишите Хани, что он очень красивый, -прошептал в камеру Минхо, когда Джисон вышел из кухни.       Рассказав о своих планах на день, Минхо, выключив камеру, пошел в гостиную и, плюхнувшись на диван между Хёнджином и Феликсом, попытался вникнуть в какое-то кулинарное шоу, которое они смотрели. -Хён, а ты сможешь приготовить такое? -спросил Чонин, указывая на экран. -Понять бы, что он вообще делает...       Было слишком скучно, медленный нудный голос ведущего убаюкивал, и Минхо бросил любые попытки понять, что вообще происходит на экране. Да и разговоры Хёнджина и Феликса о завтрашних съёмках были гораздо интереснее этого шоу. Ли отвернулся к окну, в котором весело плясало солнце и, наверное, медленно плыли облака, но Минхо не видел этого из-за задернутого тюля. Минхо, устав от бессмысленности своего времяпрепровождения, со старческими вздохами поднялся с дивана и, бросив что-то про то, что это шоу — полная чушь, ушел из гостиной. -Тук-тук!       Минхо приоткрыл дверь джисоновой комнаты и, не дождавшись приглашения войти, переступил порог. Джисон сидел за своим рабочим столом и писал что-то в блокноте, но, как только в спальню вошел старший, быстро его закрыл и с каким-то волнением посмотрел на Минхо. -Что делаешь? -спросил Ли, опускаясь на кровать Джисона. -Опять что-то прячешь? -Ничего важного. -Тогда покажи.       Хан исподлобья посмотрел на Минхо, который всем своим видом давал понять, что не отстанет. У Минхо в глазах искорки, подсвеченные солнечным светом, а у Джисона на лице глупая улыбка и желание отдать ему все, что он попросит. Джисон, не выдержав зрительный контакт, сдался и, открыв блокнот на странице с текстом, который начал писать месяц назад и забросил, протянул его старшему. Минхо, нахмурив брови, начал читать, и лицо его темнело все больше с каждой прочитанной строчкой. У Хана сердце гулко стучит и ждет реакции Минхо, ведь несмотря на то что текст уже давно заброшен, его мнение всегда являлось самым важным для Джисона. Просто потому что это Минхо и одна его улыбка могла свести Джисона с ума. Ли хотел было перелистнуть дальше, но младший сразу же выхватил блокнот из его рук и засунул подальше в ящик. -Это ведь было не то, что ты сейчас писал. -Я же сказал, что расскажу тебе все потом. -Почему?       Джисон молчал. В общежитие вернулся Сынмин и начал греметь посудой на кухне, из гостиной доносились звуки того самого скучного шоу и громкие голоса парней, на которых ругались проснувшиеся от их шума Чан и Чанбин. -Не хочешь пойти сегодня на реку Хан? -спросил Минхо, поняв, что он не дождется ответа от Джисона. -Сегодня?       Джисон задумчиво умолк, а Ли понимающе ждал-он знал, что Хану нужно немного времени, чтобы понять, есть ли у него силы и настроение выходить куда-то из дома. Джисон шумно выдохнул, перебирая пальцы и нервно посмеиваясь, и Минхо сразу понял, что он собирается ему отказать и потом будет ходить поникший с тяжелым и неприятным чувством вины. -Хотя, ты знаешь, я передумал. Что-то сегодня вообще не хочется. -Да? Ну ладно, -Хан заметно расслабился и, уже искренне улыбнувшись, посмотрел на Минхо этими своими большими красивыми глазами.       Интересно, он это специально или нет, потому что от этого открытого взгляда у Минхо сердце заходится, а ладошки начинают потеть, как у провинившегося школьника. И вот сейчас все точно так же, поэтому Ли незаметно вытирает руки о штаны и отворачивается от Джисона, лишь бы не видеть это его глупое улыбчивое выражение лица. -Тогда сегодня, как обычно, посмотрим какой-нибудь ужастик? -спросил Хан, крутанувшись на стуле, и подкинул карандаш, поймав его в последний момент у самого стола, из-за чего неловким движением перевернул стакан с канцелярскими принадлежностями, которые все рассыпались по полу.       Ничего необычного. Это просто Хан Джисон. -Ага. Я уже нашел, что посмотреть.       Минхо нехотя слез с кровати и принялся помогать младшему собирать все, что он рассыпал. Ли протянул Джисону несколько карандашей, и тот забрал их, намеренно как можно дольше и больше касаясь руки Минхо. В этом не было никакой необходимости, Джисон вполне мог забрать эти дурацкие карандаши, совсем не касаясь Минхо, но все это было так правильно и животрепещуще, что без этих прикосновений было просто невозможно дышать. Джисон, собрав все, что упало, поднялся с пола, и Ли встал вместе с ним, придерживая Хана за талию. Без этого тоже можно было обойтись, Джисон справился бы и сам и не упал без поддержки старшего, но Минхо просто хотелось коснуться тонкой красивой талии, потому что... Просто потому что. -Надеюсь, этот фильм будет не таким скучным, как предыдущий. -Вроде не должен. -Остальные в гостиной? Может, пойдем к ним? -Они смотрят какое-то супер идиотское шоу, которое просто невозможно слушать, -Минхо состроил брезгливое лицо, намеренно вызывая у Джисона смех. -Тоска какая. -Она самая.       Минхо снова опустился на кровать Джисона и уткнулся в телефон, включив какую-то игру. Хан непонятливо уставился на него, быстро моргая и кусая губы. Даже через закрытое окно слышались щебечущие голоса птиц, солнечный луч подкрался к лицу Минхо и неторопливо заскользил по нему, подсвечивая лучшие его черты (то есть все, по мнению Джисона). -Так и будешь тут сидеть? -спросил Хан, сложив руки на груди. -Мне нужно пройти задание в игре, -Ли поднял взгляд на младшего и саркастично улыбнулся ему. -А ты пиши свой текст, я мешать не буду. -Точно обиделся, -пробормотал Джисон и, отвернувшись от Минхо, достал из ящика свой блокнот и продолжил писать, что получалось гораздо лучше и легче, когда Минхо был рядом и едва тихо ругался, если проигрывал.       Ведь гораздо проще писать о ком-то, когда этот человек рядом с тобой.       Для вставшего только после полудня Джисона вечер наступил очень быстро; солнце скрылось за горизонтом, дневное пение птиц сменилось на вечернюю людскую суету, на шум машин и музыку проходящих мимо подростков. Хан весь день провел в своей комнате, вдохновение взяло свое, и он самозабвенно писал все, что приходило ему на ум, даже не обратив внимание на то, что Минхо в середине его работы ушел. Поставив последнюю точку, Джисон откатился от стола и потянулся, чувствуя как хрустит его затекшая спина. Джисон посмотрел в окно и удивленно вскинул брови, увидев в нем вместо солнца уличный фонарь. -Хани.       В дверях появился Минхо и, увидев Хана на том же месте, на котором его и оставил, строго нахмурился. -Ты что, сегодня вообще из комнаты не выходил? -Вроде того. -Ты хоть ел? -Забыл. -Боже, ты как дите малое. Тебе повезло, что я заказал нам поесть к фильму. А ты пока включай свой ноутбук, -Минхо щелкнул младшего по носу и вышел из комнаты за едой.       Джисон, как и велел Ли, включил ноутбук и, поставив его на кровать, лег на живот перед ним. Как только он устроился в постели, в спальню вошел Минхо с пакетом из доставки и, устроившись рядом с Ханом, поставил перед ним еду. -Поешь чего-нибудь, а я пока фильм включу.       Проглотив пару креветок в темпуре, Джисон вперил взгляд в экран, где уже появилась заставка фильма. Все по классике: жуткая музыка, резко сменяющиеся кадры, угрожающий шепот, и Джисон, жмущийся к Минхо под предлогом того, что пугается. Свет в комнате погашен, лица освещаются только светом от монитора, и чувства наконец могут выйти наружу, не боясь быть раскрытыми в темноте. Хан согнул ноги в коленях и, качнув ими в сторону, коснулся ног Минхо, который тут же ответил на игру Джисона. Как подростки, ей богу, но обоих все абсолютно устраивает. -Все, хватит, Хан Джисон, -Ли опустил ноги и, в своей излюбленной манере хлопнув Джисона по попе, вновь вернулся к просмотру фильма.       Недовольный тем, что его обделили вниманием, Хан схватил старшего за запястье и, положив руку Минхо перед собой, принялся водить пальцем по ладони, заставляя его посмеиваться от щекотки. Минхо, поймав руку Джисона, переплел их пальцы, крепко держа Джисона, чтобы тот снова не начал баловаться. Хана всего передернуло от пробежавшего по его телу электрического тока, в то время как старший казался совершенно спокойным, несмотря на бурю, бушующую внутри. -Ты фильм смотреть вообще не будешь, м?       Минхо остановил фильм и повернул голову к Джисону, смотря прямо в его широко распахнутые глаза цвета темного шоколада. Друзья так долго и пристально друг на друга не смотрят, но ни один из них не спешил отвести взгляд. Хан разглядывал Минхо так, будто видел его в первый раз и все в нем казалось удивительно красивым; Минхо водил глазами от уложенных на две стороны чернильных волос до родинки на щеке, которая ему до головокружения нравилась. Комнату заполняло лишь горячее прерывистое дыхание, гулкий стук сердец и слишком громкие мысли, заставляющие обоих краснеть. -Нет.       Первый разрушил странную атмосферу Джисон и, отвернувшись от Минхо, включил фильм, пытаясь как можно сильнее прижаться к Ли. За окном, кажется, начал накрапывать дождь, на стуле еще с прошлой ночи сохла одежда, но зато внутри от разгорающегося пламени уже образовалась бесконечная пустыня.       Где-то в середине фильма Джисон, устав от банального ужастика, положил голову на руки, устремив свой взгляд на Минхо, который с первого взгляда казался заинтересованным, но когда Хан заглянул ему в глаза, то понял, что мыслями старший был где-то совсем далеко. Нет, таких парней как Минхо просто не существует, Джисону казалось, что он сам его выдумал, что Минхо лишь плод его воображения и может в любой момент исчезнуть. От таких мыслей становилось жутко, и Джисон, чтобы убедить себя, что Ли реален, схватился мизинцем за рукав его кофты и закрыл глаза. А когда открыл, то экран ноутбука уже погас, а рядом лежал заснувший, видимо, тоже во время фильма Минхо. Слабый свет фонаря едва освещал комнату, и Хан в этой темноте убрал ноутбук на стол, не избежав ударов о стол и шкаф, конечно же. Вот Минхо посмеялся бы над ним, если бы не спал. Младший встал возле кровати и упрямо посмотрел на спящего в ней Ли. Он мог бы пойти в комнату Минхо и поспать там, но из принципа не хотел изменять своей комнате и мягкой кровати, у которой уже образовались удобные для него изгибы. Джисон немного отодвинул Ли к стене, из-за чего тот сквозь сон начал бурчать, и лег рядом с ним, невольно задержав дыхание. Минхо и правда не существует. Вот сейчас Джисон закроет глаза, а когда откроет-его уже не будет рядом. Хан шумно выдохнул и, закрыв глаза на секунду, тут же их распахнул, с облегчением смотря на Минхо, который никуда не исчез. Если он действительно существует, то Джисон, должно быть, просто сумасшедший везунчик. Джисон прильнул к старшему и осторожно положил руку ему на талию. Завтра у него будет все болеть от такого положения, но Хан ни за что не пожалуется и не пожалеет об этом, ведь ощущение тепла тела Минхо стоит любых неудобств. Сам Минхо стоит любых неудобств. Еще раз скользнув взглядом по красивому лицу, Джисон наконец провалился в сон, в котором была песня, Минхо и теплое счастье-все то, что почти есть в его жизни.