Мое сердце говорит твоим голосом.

Он не любил меня, но возвращался сам И снова пристально следил за взглядом, Не верил призрачным моим мечтам... Но забывал все прошлое со мною рядом.

...

Юлия Кожевникова-Баукова

Кира Тим

Гермиона.

Девушка, вместе со своими коллегами, проходила медицинский осмотр в больнице св. Мунго по личному распоряжению Министра. Тот явно опасался новых приступов и решил подстраховаться, на всякий случай. Наконец очередь дошла и до Гермионы. Получив результаты анализов, та подошла к врачу и протянула их ей. Проведя минуты в ожидании, та успела заскучать, от чего бездумно наблюдала за ходом стрелок магических часов. — Мисс Грейнджер, мне нужно провести еще одно, заключительное исследование. Вы не против? — колдомедик достала свою волшебную палочку и предложила пациентке лечь на специальную кушетку и поднять вверх рубашку. Получив нужный доступ, та начала осмотр. Гермиона чувствовала приятное тепло внизу живота, про себя отмечая, что это одна их самых приятных процедур, которые ей пришлось пережить за этот день. — Все хорошо, можете присаживаться на стул. Колдомедик сделала пометки и снова обратилась к девушке. — Вы уверены, что в Вашем положении сможете совмещать столь высокие должности? Услышав вопрос, Гермиона чуть не свалилась со стула. — Что, простите? — девушка с трудом удержалась на месте. — Вы беременны. Срок 4 - 6 недель, возможно еще нет первых симптомов, но факт остается фактом. — Колдомедик как-то странно посмотрела на встревоженную девушку. Гермиона интуитивно положила руку на живот. — И что делать? — глупый, но сорвавшийся с губ вопрос. — Вам решать, — колдомедик участливо положила руку на плечо девушки, — но, — убрав запястье, та выпрямила спину и небрежно что-то написала на листе бумаги. — Если передумаете, вот рецепт на зелье. Оно готовится достаточно долго и стоит дорого. Советую поспешить. В вашем распоряжении несколько недель, не больше. Чем дольше Вы будете тянуть, тем больше побочных реакций получите. Гермиона отрицательно замотала головой. — Нет-нет, этого не надо, — дрожащим голосом та отодвинула предложенный рецепт. — Тогда я выпишу рецепт на специальные зелья, обратитесь напрямую к профессору Снейпу, думаю для вас он приготовит этот состав лично. Вам сейчас не нужны подделки. И… мисс Грейнджер, Вам предстоят постоянные обследования, я все распишу в карте, потом прочтете. Я настоятельно прошу: покой, никаких нагрузок, больше прогулок на свежем воздухе и стабильное эмоциональное состояние. У Вас не все хорошо, если верить данным обследования, но ничего критического я не вижу, — женщина по-доброму улыбнулась. — И все же лучше перестраховаться. Договорились? Гермиона кивнула и на негнущихся ногах вышла из кабинета.

Беременна.

Новость номер один на повестке дня. Теперь многое стало на свои места. И эта постоянная усталость, срывы, истерики, ревность, перепады настроения, смена вкусов. Девушка остановилась у открытого окна. Теперь стало понятно, почему зелья распадались в ее крови. В редких случаях первых недель беременности может наблюдаться подобный эффект. И почему она сразу не вспомнила об этом? Главный вопрос: догадался ли Снейп о такой возможности?

Снейп.

— Руки. Профессор расстегнул легкую мантию и убрав ту, сел на предложенный стул. Все обследование, включая диагностический поиск составило порядка 30 минут. — Я Вам не психолог, держите свои мысли при себе, — шикнул он на особо говорливую сестру, заполняющую документацию. В разгаре спора вышла врач. — Простите, можете пройти в мой кабинет, я подпишу все документы. Облачившись в мантию, Снейп быстро направился в кабинет и заняв предложенный стул, стал ожидать вердикта. Он не опасался за свое здоровье, но понимал, что может обнаружиться какое-то мало приятное послевоенное обострение. Наконец врач подняла на него глаза. — Я думаю про суставы Вы знаете, это не критично, — та снова начла рассматривать снимки, — стандартный хронический бронхит, но это из-за работы в подземельях, здесь тоже ничего критичного нет. Девушка подошла к профессору и бесцеремонно опустив ворот, осмотрела рубец на шее. — Не беспокоит? — Нет. Вернувшись на место, та продолжила расшифровку анализов. — Мне не нравится ваше сердце. Колдомедик, что проводил диагностику, поставил 3 вопроса. Вас что-то беспокоит? — девушка достала палочку и подошла к профессору, жестом предлагая ему лечь на кушетку. — Многие полагают, что его у меня нет. Может все дело в этом? — Снейп совершенно не хотел продолжения обследования, но врач смотрела на него взглядом нетерпящим возражений. Когда пациент оголил торс и наконец удобно лег на кушетку, колдомедик провела диагностику палочкой и достав какой-то сферический предмет, медленно опустила тот вращаться по левой половине грудной клетки Снейпа. Закончив сканирование, та считала ленту. — У вас был инфаркт... в таком возрасте… — колдомедик покачала головой. — При том я вижу явные нарушения ритма, которые должны Вас беспокоить. Почему Вы не обращались за помощью? Снейп поднялся, как только с него сняли прибор и облачившись в привычное одеяние, сел на стул. Сменив гнев на милость, тот продолжил в более дружеском ключе. — Я все знаю. Послевоенная травма, как и многие другие. Про переломы знаю, неправильные сращения и все прочее. Я сам себе врач и понимаю, как уменьшить последствия.

И если бы не Министр с его реформами в системе образования, я бы никогда по доброй воле не посетил это место.

Врач минуту молчала. — Хорошо, я подпишу бумаги, но с условием регулярного осмотра. Раз в пол года жду Вас у себя. Снейп усмехнулся, но кивнул. Приходить он, конечно же, не собирался, лечиться, в принципе, тоже, но выписка о допуске к работе ему была просто необходима. Вылетев из кабинета, он налетел на кого-то невысокого и явно задумчивого. Знакомый запах мятного шампуня сразу ударил в нос и придержав девушку за локти, Снейп удержал ее от падения. — Ой-ой… — Гермиона смотрела на профессора расширившимися от ужаса глазами, прижимая к груди какие-то выписки и рецепты. Почему-то сейчас она судорожно пыталась не выронить ни единой бумаги, хоть как-то компрометирующей ее в глазах будущего начальника. — Прости, я не видел тебя, — Снейп чуть отстранился, но не прервал телесный контакт. — Все хорошо? — тот нахмурился, видя застывшее выражение лица собеседницы. Через пару секунд Гермиона обрела дар речи и потупив взгляд, отстранилась к противоположной стене. — Да, все хорошо. Снейп поднял свою выписку, которая выпала из нагрудного кармана. — Тебе еще долго? Могли бы вместе направиться в Министерство. Взгляд Гермионы был непонятен. Смесь восторга и неподдельной радости, вперемешку с толикой сомнений и страха. Снейп опустил взгляд на бумаги, которые та держала в руках. — Что-то прояснилось по анализам? Почему у тебя столько рецептов? Наконец вспомнив о заброшенных экспериментах, зельевар мысленно дал себе подзатыльник. Из-за простоя и неясности Гермиону могли просто не допустить к работе, а ее светлая голова ему была крайне необходима. Да что уж там, он согласился на эту должность точно понимая, что их общение возобновиться. Надежды, планы, быстрый, но точный расчет. — А… нет, витамины всякие прописали… Дальше будем наблюдаться, искать причину… Но допуск мне дали, работать могу. Девушка зачем-то протянула Снейпу выписной бланк, в котором значилось «Здорова, к работе допущена». — Хорошо, значит одной головной болью меньше. — Мы опаздываем, наши бесполезные курсы уже начались. Снейп улыбнулся одним уголком губ, но ничего не прокомментировав, ступил в камин за Гермионой. Спустя несколько часов насыщенных лекций и занятий, тот быстро забежал в лабораторию для контроля работы. Похлопав в ладоши, тот привлек всеобщее внимание немногочисленного коллектива. — Коллеги, вы наверняка уже в курсе, что мне придется какое-то время посвятить себя Хогвартсу. Увидев кивки понимания, тот отметил про себя в который раз, что в магическом мире новости разлетаются, как горячие пирожки. — Так вот, я буду всегда на связи. Мой камин подключен напрямую к лаборатории. В случае внештатной ситуации вы всегда можете позвать меня. Так же будьте готовы, что я в любой момент могу прийти сюда и проконтролировать вашу работу. Все должно оставаться неизменным. Никаких опозданий и пренебрежения техникой безопасности. Осмотрев растерявшихся коллег, тот продолжил. — Я не забрасываю проекты. Продолжайте наш основной эксперимент, без меня побочные разработки не трогайте. Сейчас мне некогда производить расчеты, поэтому действуйте по готовым наработкам. На этом все. Подойдя к своему столу, тот начал быстро собирать вещи и некоторые ингредиенты. — Северус, это на долго? — Лия подкралась бесшумно, но Снейп не дернулся. — Несколько месяцев, может больше. Женщина разочарованно выдохнула, чем привлекла внимание зельевара. Конечно, он наверняка тоже будет скучать по вкусным домашним булочкам, интересным разговорам на тему зельеварения, прогулкам у реки и послушанию, которое демонстрировала только Лия. — Ты так вздыхаешь, словно я навсегда. Одна нога там, другая здесь. Ничего принципиально нового. Закинув дневник с наработками в кожаный портфель, тот закрыл его на защелки. — Нет, Северус, я буду скучать по тебе. Женщина подошла к зельевару, крепко обняв того за шею, повисла на нем, словно на столбе. Снейп опешил. Он не любил объятий, если только не обнимал сам. Ему нравилось их дружеское взаимопонимание, красивая картинка, типаж, но он так и хотел оставить их взаимоотношения на уровне платонического общения. Никаких прикосновений, кроме случайных, ни единого намека на что-то большее. — Приходи ко мне в гости, камин для тебя всегда открыт, — женщина коснулась нежными губами его гладкой щеки, но… Поцелуй, который у любого нормального мужчины вызовет трепет и желание продолжения, на Снейпа подействовал в обратном направлении. Ему стало не по себе, противно от того, что он стоит, словно 15 летний подросток и обнимается по углам с хорошенькой дамой. — Ой, — шум разбившейся лабораторной посуды заставил его разум проясниться и обратиться к источнику. — Простите, я все уберу, — сбивчиво шептала Гермиона, так не вовремя вошедшая в просторный кабинет. Бросив разбитые колбы на быстро подбежавшего помощника, та с максимально гордым и безразличным видом покинула лабораторию.

Почему именно сейчас?!

Снейп мысленно выругался и воспользовавшись моментом, отцепил от себя Лию, попутно отчитывая стажеров за проявленную халатность. Через некоторое время, тот со спокойной душой вышел из лаборатории, под гробовую тишину за спиной.

Гермиона.

Столкнувшись в дверях со Снейпом, девушка даже не удивилась своему "везению". Не самая лучшая перспектива стать матерью–одиночкой в самый разгар жизни, так еще и будущий папаша нарисовался как нельзя кстати. Все навалилось как снежный ком, еще и проблемы на работе... Вот оно ей надо? Почему жизнь подкидывает все важные события одним разом, не разбивая на периоды спадов и насыщенных временных промежутков?

Что он там говорит?

Интересуется здоровьем? Неужели опомнился или наигрался с невестой?

Отпустила, забыла, смирилась. Но почему при виде этих черных, бездонных глаз подкашиваются колени и сердце выпрыгивает из груди, совершая полет? Почему нельзя было влюбиться в какого-то простого парня, с которым было бы все легко и понятно; спокойно выти замуж и только к 30 задуматься о рождении первенца? Гермиона, прокручивающая все мысли в голове, коротко и немного заторможено отвечала на вопросы. — Министерство. Схватившись за "ниточку", та быстро шагнула в камин. Лекции, конференции, семинары, учебные планы, статистика, аналитика, бухгалтерия и это только малая часть ее будущих обязанностей. Тяжело вздохнув, Грейнджер принялась быстро конспектировать все, что ей рассказывали и к концу дня почти разобралась в необходимой документации. Гермиона не упускала из вида Снейпа. Или это он всегда оказывался максимально близко к ее персоне? За несколько часов совместной работы он отлучался за чаем с булочками, приносил чистые пергаменты и перья и в целом вел себя очень участливо, заинтересованно и внимательно. Гермиона поддалась на уловки, снова поверила в свою исключительность и важность, откидывая на задний план все предрассудки. Допивая сладкий чай Снейпа, та окончательно убедилась в намерении рассказать о новом статусе профессора и дальше будь, что будет. Остаться одна она всегда успеет (вернее уже не одна). Расстались они под вечер. Договорившись проверить работу подразделений и после поужинать где-то в уютном месте за обсуждением модернизации работы школы в условиях острой нехватки кадров, те разошлись по кабинетам. Гермиона быстро собрала вещи и положившись на своего заместителя, в предвкушении вечера побежала в лабораторию. Раскрыв двери, та с безмятежно счастливым видом быстро прошла через ширмы и кабинеты к столу Снейпа, но остановилась в паре метров. Услышав разговор, та замерла. Казалось, что Гермиона не дышала несколько секунд, а после жарких объятий и поцелуя не выдержала. С губ сорвался тихий стон разочарования, а тело перестало слушаться: зрение расфокусировалось из-за подкативших слез, а рука безвольно опустилась на хлипкий столик, с которого градом посыпалась чистая посуда. — Ой... Простите… — бормотала себе под нос, быстро собирая все эмоции в кулак. Выпрямив спину и показав абсолютное, завышенное безразличие, Грейнджер вышла (сбежала) из кабинета и быстро, не оборачиваясь, прошла к себе, а далее по каминной сети попала в свою спальню в замке. Оказавшись в необжитой, серой спальне, она наконец дала волю слезам. Наложив все возможные заклинания, та опустилась на холодный пол. Крики разочарования наполнили комнату, пропитывая каждый уголок болью и печалью. Новая жизнь все же заиграла серыми красками и не предвещала ничего хорошего.