Мое сердце говорит твоим голосом.

я подарю тебе слезы,

что режут лицо.

извини, но я по-другому не могу,

я буду началом и буду твоим концом.

Снейп.

Когда Кейт ушла, Снейп подошел к стеллажу с книгами и достал журнал по репродукции. Пролистывая страницы, тот изредка заострял внимание на некоторых абзацах, но отгонял непрошенные мысли. Женщина вернулась через несколько часов и своим тихим шиканьем привлекла внимание друга. — Снейп, я чуть не поседела, пока все это собирала. Ну и девушка, она была частым посетителем нашей больницы и больничного крыла в Хогвартсе. У нас хранятся все копии ее медицинских карт и скажу тебе, что она явно весело проводила время, — Кейт увеличила медицинские документы до истинного размера, раскладывая их на столе. — Да, это все Поттер. На нем все заживало, как на собаке, а вот ей часто доставалось самое интересное. Но в школе не было проблем с зельями, я точно помню, — Снейп взял самую первую маггловскую карту Гермионы, пролистывая ее. — В маггловских документах ты ничего не найдешь. Все важное выносят на обложку, а как ты видишь, там ничего нет. Обычные ежегодные осмотры. Ее родители следили за здоровьем дочери, не более, — Кейт взяла папку со школьными документами. — Ого, оборотное? Кем стала? Кошкой? — женщина звонко засмеялась. — Снейп, я хочу познакомиться с ней. — Да, она очень напоминает тебя, Кейт, такая же умная и больная до знаний. Вы бы подружились, — Снейп усмехнулся и взял карту с последними результатами осмотра. — Вот и познакомь нас, может я смогу чем-то помочь ей, — Кейт посмотрела на застывшего собеседника. — Слушай, ну здесь ничего сверхъестественного нет, на все проделки находилось лекарство. Зелья работали успешно, никаких проблем. Послевоенные записи размыты, но лечение тоже проходило нормально. Ты нашел что-то? Снейп? Северус медленно перевел взгляд на собеседницу, протягивая ей карту. Ничего не говоря, Кейт пробежалась глазами по результатам последних осмотров и передала документы обратно. — И что? — Ты читать разучилась? — хрипло огрызнулся зельевар. — А что там? Беременность... осложнения... терапия... Нет, ну с давлением у нее проблемы, с почками, но это норма для ее состояния и корректируется зельями. Они там, кстати, указаны. Смотри внизу, принимает регулярно, значит эффект есть. Снейп смотрел на буквы и не мог составить из них слова. В его голове проскакивали дни, словно кинолента, которую отмотали на несколько недель назад. — Ты не знаешь, беременность может привести к тому, что зелья перестанут действовать? Яды, лекарства, все абсолютно станет нейтральным? — Снейп уже заранее знал ответ, ведь натыкался на подобную информацию в литературе. — Да, особенно первые недели. Это бывает редко, но на моей практике случалось, — девушка засмеялась, — эх, Снейп, кажется, наш эксперимент подошел к концу. Премию мы с тобой не получим и в историю не войдем. Этот феномен хоть и редок, но явно уже прошел. Девушка принимает зелья и они действуют. — Да уж, — Снейп сделал копию всех документов, касающихся беременности Гермионы и отдал архивы Кейт. — Спасибо за помощь и прости, что отнял время. — Заходи почаще, папочка,— Кейт коротко обняла старого друга и выйдя из кабинета, проводила того до камина. Буквально ввалившись в свой кабинет, Снейп осел на пол, закрывая лицо руками. Призвав бутылку огневиски, тот разложил на полу все документы, принявшись методично просматривать каждый листок. Через несколько часов он знал все, сопоставляя данные документов с отлучками Гермионы якобы "по работе", "по личным делам", "по болезни". Вспоминая каждый несвойственный всплеск эмоций, адресованный ему, Снейп недовольно хмурился. Помня то беззаботно - счастливое выражение лица на собраниях и нечеткость, прозрачность мыслей - становилось понятно абсолютно все. Когда бутылка огневиски подошла к концу, первоначальная злость притупилась, приходя на смену тревоге. — Она что думает, я буду стоять в стороне? И долго вот так бегать собирается? О чем она только думала? Снейп снова вспомнил несколько собраний, на которых Грейнджер рассматривала его так пристально, словно какую-то очень интересную картину, недовольно хмурясь и покусывая нижнюю губу. Призвав маленькое зеркало, директор попытался сфокусировать зрение, рассматривая собственные черты. — Если этот ребенок мой, то пусть будет похож на кого-то еще. Мерлин, давай не будем портить человеку жизнь. Ему итак достались не самые адекватные родители. Убрав зеркало, Снейп снова вернулся к документам. Злость на Гермиону прошла окончательно. Он даже смог оправдать такое поведение девушки. — Может она боялась, что я что-то подсыплю ей и решу проблему кардинально? Возможно, я бы так и сделал. Но уже поздно или... Какой там срок? Прикинув в голове время на изготовление зелья и сопоставив информацию с данными литературы, тот недовольно выругался. — Слишком поздно! Слишком жестоко. Хотя... Снейп тяжело вздохнул, отгоняя непрошенные мысли. На какое-то мгновение ему показалось, что все можно исправить. Гермиона явно была готова закрыть глаза на все его косяки, мирилась с трудностями характера, дарила ощущение счастья и спокойствия и, к удивлению, не требовала ничего взамен. Но все же торопиться рано.

Нельзя просто заявиться к ней и что?

Признаться в симпатии? Позвать замуж?

Демонстративно бросить документы на стол и забить ее голову фактами, а потом... что?

Следует поступить правильно.

Но где этот баланс?

Строить семью только из-за ребенка? Любит ли он ее настолько, чтобы прожить с ней уготовленный отрезок жизни? Готова ли она отодвинуть на второй план мысли о карьере и посвятить себя семье?

И никакого совместительства, одна должность со стабильным графиком.

Я возьму дополнительную подработку, увеличу нагрузку...

Стоп.

Куда я так тороплюсь?

Много вопросов, на которые нет ни малейшего ответа. Их взаимная симпатия очевидна, но хватит ли ее для большего? Рассудит время. Всю неделю Снейп держался отстраненно, предпочитая не выходить за пределы своих комнат. Отменяя общие собрания, не появляясь в Большом зале он только привлекал внимание к собственной персоне, подогревая некоторые сплетни, гуляющие по замку. Директор стал тенью, двигаясь незаметно по коридорам под дезиллюминационными чарами в самом разгаре ночи. Он часто натыкался на студентов, но никогда не делал замечания. Во-первых, чтобы не выдавать своего присутствия, а во-вторых, давая возможность подросткам испытать себя. Он предельно четко контролировал некоторых личностей, предостерегая от ошибки, но старался давать возможность каждому набить собственные "шишки". Желание "найти себя" в роли наставника охватило Снейпа с головой. Последняя новость выбила его из привычного ритма жизни и смирившись с ситуацией, он пытался приспособиться. Работая с первокурсниками он чаще делал строгие, но не пугающие замечания. Перестал в дневное время "носиться" по коридорам, приучая себя двигаться медленно и размеренно. Строгость и жесткость движений была заменена на плавность и осторожность. Когда кто-то наступал на его мантию, то получал строгое, но простое замечание быть внимательнее и не носиться по коридорам. По школе стали распространяться слухи, портившие репутацию "строгой и злобной летучей мыши". Все чаще превалировали такие реплики, как "понимающий", "нормальный", "прикольный", "не злобный". Осознание того, что "все не так страшно, как кажется на первый взгляд" пришло не сразу. Но стоило услышать настойчивый стук в дверь одним поздним вечером и вся уверенность разом испарилась. Он не был готов к откровенному разговору, не сейчас. Оставалось еще слишком много вопросов, на которые у него не было ответа. — Снейп, открывай, — послышалось из-за двери после очередной тирады ударов. — Я знаю, что ты в комнате. Карта тебя выдала. Снейп поднялся и медленно пошел на источник шума. Двигаясь в абсолютной темноте тихо, четко, осторожно тот подошел к двери и почти беззвучно открыл ее. — Не поздно для визита? — сухо уточнил тот, но сделал шаг назад, пропуская гостью к себе. Гермиона колебалась только несколько секунд, а затем ступила в глубь темной комнаты. Дверь за ее спиной тихо закрылась. — Можно зажечь свечи? Я ничего не вижу, — почему-то шепотом уточнила та. Уверенность явно покинула девушку, как только она оказалась в настолько незащищенной, мрачной обстановке. — Нет, — прозвучало где-то над ухом Гермионы, от чего она слегка дернулась. — Почему? — Так проще, — Снейп аккуратно взял девушку за запястье и усадил в большое кресло, которое было обустроено ранее специально для нее. Устроившись напротив, тот тяжело вздохнул, настраиваясь на непростой разговор. — Проще? Я хотела поговорить начистоту, а сейчас все мои мысли куда-то улетучились... — Гермиона вертелась в кресле, пытаясь по звуку понять, где прячется собеседник. Эта "игра" ее пугала и прельщала одновременно. Снейп усмехнулся. Почему-то сейчас ему стало комфортно. Страх неизвестности пропал и казался какой-то шуткой. Все разговоры неизменно вели к главному, но сейчас, под покровом ночи, можно отложить их до более удобного случая. — Значит все это было не важно. Одним словом - эмоции, — один короткий вздох. —Только так, в темноте, я могу говорить честно. Ты же за этим пришла? — Да, — Гермиона замолчала. — Боишься смотреть мне в глаза? Снейп молчал. Прошли долгие минуты, казавшиеся вечностью. Гермиона порядком накрутила себя и уже готова была проиграть, как вдруг Снейп заговорил. — Возможно. Я примерно понимаю о чем ты хочешь спросить, но не смогу дать ответ. Мне нужно еще немного времени. Девушка вздохнула с облегчением. — Ты уверен, что знаешь, о чем я хочу поговорить? — насмешливо уточнила та. — Думаю, что это касается тебя, меня и еще одного человека, — коротко ответил тот. — Неужели ты не в силах разобраться в таких простых вещах, Снейп? — Гермиона прикрыла глаза, пытаясь скрыть рвущиеся наружу слезы. Она пыталась оставаться сильной и темнота играла ей на руку. — Я давно разобрался, но не во всем, — Снейп говорил четко и безэмоционально. — Тогда скажи мне, зачем ты так со мной? То бегаешь, окружаешь вниманием, заботой, то отдаляешься и делаешь вид, что мы не знакомы. Потом заводишь роман и даже не объясняешься. Зачем? Кто я такая, чтобы уделять мне время, да? Когда и там все не складывается, ты вспоминаешь, что есть такая дурочка, как я, и снова зовешь в свои сети. И я верю, черт, Снейп, я всегда тебе верю. А ты играешь. Не надоело? — Гермиона прервалась, борясь с дрожью в голосе. Длительное молчание Снейп расценил как окончание реплики. — Разве я тебе что-то обещал? — тяжелый вздох. — Нет, — тихо ответила девушка, переходя на шепот. — Разве я делал что-то недостойное тебя? — Нет. — Тебе было плохо со мной? — Снейп тоже говорил тише. — Нет, — ответы были едва слышны. — Ты бы хотела прожить всю жизнь со мной? — Снейп напрягся, тихо вставая с кресла и становясь вплотную к девушке, но не на столько, чтобы она почувствовала его присутствие. А в ответ тишина и шелест мантии. Гермиона что-то искала или куталась в теплую ткань, не желая отвечать на вопрос. — Гермиона? — Да, — прошептала та. — Это ответ на мой вопрос? — не унимался тот, присаживаясь на корточки. Сустав в колене предательски щелкнул, выдавая его местонахождение. Гермиона тихо засмеялась, все еще кутаясь в мантию. — Что смешного? — Снейп потянул за край мантии, ища руками лицо девушки. — Гарри... — Гермиона шмыгнула носом, но улыбнулась, — он просто заходил недавно и мы говорили о тебе, в том числе. — Поттер, — недовольно протянул Снейп, осторожно приближаясь к губам девушки. Остановившись в паре миллиметров, тот тихо протянул, — надеюсь этого вы не предвидели. Коснувшись легким поцелуем соленых губ, Снейп подвинулся ближе к девушке, слегка привставая на носочках. Второе колено щелкнуло, тут же выдало неудобную позу. Гермиона снова засмеялась, но уже громче и уверенней. Снейп недовольно фыркнул, но не отстранился. — Стой, — Гермиона слегка отодвинулась от Снейпа и заставила его отойти. Поднявшись, та усадила его на свое место, устраиваясь сверху на его больных коленях. — Так ты будешь издавать меньше звуков, старичок, — и не дождавшись возражений, снова прильнула к желанным губам. — Да что ты, — угрожающе прошептал тот, — посмотрим, сможешь ли ты не издавать звуков, юная леди. Подняв девушку на руки, Снейп быстро направился в сторону своей спальни. Уверенно двигаясь в темноте, тот ловко обходил все косяки и даже ни разу не задел ничего из того, что уже неделю валялось (аккуратно лежало, согласно иерархии) на полу. Открыв дверь беспалочковым способом, тот подошел вплотную к большой постели, усаживая Гермиону сверху. Скидывая с нее одежду самым простым, можно сказать, маггловским способом, тот зацеловывал каждый миллиметр открывшегося участка тела. Он не отдавал себе отчета в своих действиях. Возможно именно темнота подсказала верное направление, скрывая своей тенью ненужные эмоции. Когда стоны, издаваемые Гермионой стали громче, Снейп быстро скинул с себя мешающую одежду, возвращаясь к желанному источнику тепла. Поцелуи и укусы - метки, оставленные во мраке ночи. Стоны, шлепки и крики наполняли комнату, оживляя ее, придавая некой самобытности. — Северус, — то тихо, то громко шептала девушка, желая привлечь внимание партнера. Тот отвечал короткими фразами, сообщая, что весь во внимании, но как правило, дальнейших слов не требовалось. Снейп делал всё, что Гермиона так хотела получить все эти долгие недели. Она же в свою очередь овладела его мыслями, дурманила взгляд и опьяняла одним лишь своим присутствием. Насытившись магией страсти и желания, Снейп удобно развалился на просторной постели, одной рукой притягивая девушку к себе. На короткий миг ему показалось, что вот оно - настоящее счастье. Уткнувшись носом в ее растрепанные волосы и натянув одеяло максимально высоко на Гермиону, Снейп прислушался к ровному и тихому дыханию девушки, проваливаясь в спокойный сон, полный света.

Драко.

Драко вернулся в свою комнату и написал короткое письмо. В нем сообщалось о желании молодого человека вновь провести вечер с Магнолией, но уже в более неформальной обстановке. Ответ пришел незамедлительно. Естественно, женщина согласилась. — Я даже знаю причину согласия. Ну и пусть. Кинув письмо в камин, Драко развалился на кровати, медленно расстегивая рубашку. Сон накатывал с невероятной силой, погружая парня за считаные секунды в царство Морфея. Проснувшись рано утром и приняв душ, Малфой изучил домашние работы студентов, но не делал никаких заметок. Разбор будет позже. Зайдя в свой класс, тот, не без помощи магии, проверил составы для будущих занятий, которые он собирался раздать в качестве бонуса. Образцы оказались превосходного качества и программировались чарами отдельно для каждого случая. — Пожалуй это для самого лучшего состава дня, — Драко быстро рисовал круги в воздухе, запечатывая флаконы в "оковы". — А тебя мы дадим тому, кто справится быстрее всех... Тебя одному из Гриффиндорцев, а тебя одному из Слизеринцев. Пойдет. Подготовка к уроку заняла очень много времени. Ученики уже стали стекаться к кабинету и занимать свободные парты. Когда все собрались, началась игра "чей факультет заработает больше призов". Драко устроился за учительским столом, иногда поднимая голову для проверки. На его счастье никаких "Лонгботомов" в классе не оказалось и он мог спокойно ждать, когда юные гении справятся с задачей. — Профессор Малфой, я все, — отозвалась самая умная Гриффиндорка.

О, слизеринская копия Грейнджер, я не сомневался.

— Вы уверены, мисс Стил? — увидев утвердительный кивок, тот дождался, когда девушка поставит зелье на его стол. Магия быстро считала идеально приготовленное зелье и перед глазами той оказался заветный приз. — Спасибо, — девушка светилась от счастья, — уже третье зелье удачи. Стоит использовать хотя бы одно, ради эксперимента. — Не забывайте о побочных эффектах, мисс Стил. Вы и без этого зелья преуспеваете во всем, за что беретесь, — Драко мило улыбнулся студентке, от чего та залилась краской. — Еще раз спасибо, — прошептала та и села на свое место, приступая к домашней работе. — И я все! — Я тоже! Драко перевел взгляд на студентов, сверлящих друг друга взглядом. — Оба, ко мне, — скомандовал зельевар и мальчишки наперегонки подбежали к столу учителя. Просканировав флаконы, магия преподнесла один флакон, отдавая предпочтение слизеринцу. — Прости, Майк, но Марк был быстрее. Гриффиндорец надулся, но кивнув, вернулся на место, а слизеринец, посмотрев на профессора, уточнил, что же ему досталось в этот раз. — Это восстанавливающее зелье. Все, можешь вернуться на свое место. Проверив еще несколько работ, Драко поднялся и стал ходить по классу, но старался никому не мешать. Устроившись неподалеку от последних парт, тот посмотрел на вышеописанных студентов, прислушиваясь к разговору. — Эй... Майк? — шептал слизеринец. — Чего тебе? — недовольно ответил гриффиндорец. — У меня восстанавливающее зелье. — Хвастаешь? Отстань, — Майк отвернулся, делая вид, что читает пергамент. Марк молча поднялся и поставил флакончик на стол друга(?). Драко так и не разобрался в тонкостях их взаимоотношений. — Будь осторожней на игре. Ты не думай, что я такой добрый. В следующий раз отдашь мне свое зелье, — Марк тоже сделал вид увлеченной работы, но от взгляда преподавателя не ускользнул благодарный кивок Майка.

И все же эти дети лучше нас.

Проведя оставшиеся уроки, Малфой быстро переоделся и шагнул в камин. Спустя несколько перемещений, тот выпал из камина одного паба. Быстро приведя себя в порядок, тот прошел к условленному месту. — О, Драко, — Магнолия широко улыбнулась, как только увидела слизеринца. — Добрый вечер, я рад, что Вы откликнулись на мое предложение. — Мы перешли на "ты", забыл? — Магнолия снова улыбнулась, а Драко на мгновение залюбовался этой неподдельной, искренней улыбкой. — Прости, мне сложно переключаться. В школе все общаются предельно официально, — Малфой осмотрелся. — Тебе здесь нравится или пойдем в другое место? Женщина пожала плечами. — Я бы хотела прогуляться, погода как раз располагает. Малфой принес плащ женщины. Утеплившись, те вышли на улицу, подгоняемые легким дуновением ветра. — Как дела в школе? — Магнолия взяла Драко под руку, замедляя шаг. — Сносно. Дети просто чудесные, никогда не думал, что мне так понравится преподавать. Мне кажется, они меня понимают. Да и я их тоже, — Драко слегка выпрямился, вспоминая утреннюю сцену. — Я рада, что ты нашел себя, Драко, — по-доброму отозвалась женщина, смотря в даль. — В этой жизни важно найти свое место. — А ты? Нашла? — Драко повернулся, рассматривая профиль собеседницы. — Да, — та довольно улыбнулась, — я на правильном пути. — Тогда я рад. — А как у тебя на личном фронте? Нравится какая-нибудь учительница? — довольно протянула женщина, не стесняясь подобного вопроса. Драко засмущался, опуская взгляд. Он не среагировал на всю интимность вопроса, отвечая максимально честно, словно общался со старым другом или наставником. — Да, есть одна очень важная для меня ведьма...— тот улыбнулся, но тут же поник, — но она принадлежит другому. — Что значит принадлежит? Она что, вещь? — Магнолия остановилась, смотря в глаза Драко, — так... она замужем? — Пока нет, но она любит его. А он... не определился, — Малфой усмехнулся, — или определился, но не разобрался в себе. Я так и не понял. Женщина нежно гладила парня по холодному запястью. — Тебя не учили, что за счастье нужно бороться? Девушки любят поступки, да и мы вообще, влюбчивые. Сегодня она с ним, завтра с тобой, прояви инициативу, — Лия подмигнула, продолжая движение. — Думаешь все так просто? — О нет, в отношениях просто не бывает. Но почему бы не попробовать? Продолжая прогулку, Драко выложил всю свою жизнь, рассказывая о самых пикантных моментах и не утаивая даже причастность к темным сторонам истории. Он опускал имена, но называл факты, которые женщина без труда сопоставляла. К концу вечера она знала все о Драко Малфое, а тот не знал о ней ровным счетом ничего, но был убежден в обратном. Психология - такая точная и коварная наука.