Приходи домой

Бекки проснулась в гостиной своих друзей. Она уже и забыла что решила переночевать сегодня не дома. Впервые за долгое время. Позавтракав вместе с ними, Бекки почти ничего не говорила, лишь поддакивала Пхонг и Нам, которые счастливо болтали о новой жизни. — Как там наш котёночек? — они обожали Лиару и при каждом удобном случае спрашивали про нее. Иногда девочку оставляли с Пхонгом и Нам, когда девушкам нужно было куда-нибудь уехать. И на праздники они все очень часто виделись, — она говорила, у нее шатается зубик, — Нам улыбнулась и спародировала ребенка, — «зубная фея снова принесет мне денюжку!». — Ага, да все никак не выпадает. Боится старым-добрым методом, а стоматологи вообще ужас-ужасный, — рассмеялась Бекки, — мы даже думали ей повышать оплату за зуб, если согласится пойти к врачу. Но тогда Лиара подумает, что зубная фея предвзята. Разговор за чашкой чая и утренним омлетом шел быстро и незаметно. — Кстати, Бек, когда в следующий раз соберёмся все вместе? — девушка задумалась: пока у них с Фрин плохой период, довольно сложно будет это устроить. Хотя эти сборы всегда поднимали настроение. — Не знаю. Пока времени особо нет, — соврала Бекки, — вы сегодня с утра? — Ага, а ты? — спросил Пхонг. — Сегодня смена в ночь, надо мне торопиться к своим. Бекки понимала, что дома ее ждёт разнос. Ее не было дома ночью, она не предупредила, но при этом ни единого звонка или сообщения от Фрин. Это пугало ещё сильнее, чем обратное.

***

Открыв входную дверь, та случайно захлопнулась с грохотом. И Бекки увидела мимо проходящую Фрин. Ее жена аж подскочила от неожиданности. Но затем сделала серьезное лицо и посмотрела прямо на Бекки: — И где ты была? — тон спокойный как вчера, но слегка встревоженный. — Я ночевала у Пхонга и Нам. — Ты думаешь вообще своей головой? Как я должна была объяснять это дочери? Как я должна была понять, что с тобой все было хорошо? — Ты могла бы позвонить… — Я видела, что ты в сети и звонила Нам. Бек, если мы с тобой позавчера серьезно поговорили, это не означает, что теперь можно все. У тебя также есть обязанности. Если не нравится быть женатой девушкой — ок. Но Лиара вчера весь день спрашивала где ты. И я не собираюсь ей вечно врать. — Прости, я просто подумала ты не захочешь меня видеть… — виновато потупила взгляд в пол Бекки. — Я все равно переживаю, — шумно через нос выдохнула Фрин, — если захочешь есть — в холодильнике суп, — девушка укоризненно взглянула на Бекки и развернулась, уходя в гостиную. К удивлению Бекки, к ней навстречу выбежала Лиара. — Мамочка, вы опять ссоритесь? — девушка подняла на руки малышку и поцеловала ее в нос. — Да, мы с мамой иногда ссоримся. Прости, золотце, что тебе приходится это слушать, — Лиара прижалась головой к груди Бекки, слушая таким образом ее голос, — а ты чего не в саду? — Карантин, — радостно подняла руки вверх девочка, — кто-то заболел ветрянкой, половина группы тоже. А я не заболела, — гордо подняла голову Лиара, — мамуля говорит, у меня сильный иммунитет! — Конечно сильный. Это потому что ты кашу по утрам кушаешь, — усмехнулась Бекки и опустила ребенка на пол, — так… Что делали вчера? — А мы играли в прятки! А потом мамуля затеяла генеральную уборку. И я даже училась пылесосить. — Ого, круто, — Бекки показала большой палец вверх дочери. В кармане брюк зазвонил телефон. Бекки подняла его и не смотря на номер ответила, приложив динамик к уху. — Алло? — Привет, дочь. Бекки застыла на месте. Родители? Ее родители? У нее начали дрожать руки от такого родного голоса, которого она не слышала уже много лет. Девушка перевела взгляд на Лиару, девочка вопросительно смотрела на нее. — Иди поиграй с мамой, золотце, — сказала девушка, прикрыв микрофон, — мам, пап? Что у вас случилось, вы не звонили нам с тех пор как… Реакция Бекки была ожидаемой. Родители в последний раз интересовались ее жизнью примерно семь лет назад. Как раз когда они с Фрин заключили брак. И в этом и была вся загвоздка. Они не принимали ориентацию девушки с самого юношества. Когда она в восемнадцать лет сделала каминг-аут, приведя свою первую девушку в дом, они осыпали ругательствами пару и выгнали прочь ее на тот момент девушку. Они давно расстались, но это были ее первые подростковые чувства, и как многие, ей хотелось поделиться впечатлениями с родителями. Рассказать, как она счастлива с ней, как хочет, чтобы мама и папа приняли ее. Но этого не случилось. И тогда Бекки посадили под домашний арест на целый месяц. Девушка даже не имела права на использование телефона. Все дни она проводила испорченное лето с самой собой, пытаясь тысячу раз поговорить с ними. Может, завтра поймут? Это ведь всего лишь любовь. Два года все было «хорошо». Бекки училась, сдавала на отлично экзамены, не говорила об ориентации, родители делали вид, что забыли, что их дочь «ненормальная» и жили в своей иллюзии. Однажды, даже пытались устроить ей свидание с парнем, что так нравился им, но не ей. Она тогда просто кинула юношу в игнор, а сама обиделась на маму с папой. Прошло время, и когда девушка в двадцать лет встретила Фрин, то поняла — это скрывать она ни за что не станет. Потому что с первого взгляда увидела в Фрин свою будущую жену. До этого были влюбленности, различный опыт. А здесь — вот мой человек. И придя домой после очередного свидания с ней, девушка впервые за два года начала искренне улыбаться. Родители уже погрязли в мечтах о том, что дочь наконец встретила своего принца на белом коне. А она встретила принцессу, любовь всей своей жизни, девушку мечты… И через неделю, когда к ним пришла Фрин, давно в статусе «лучшей подруги», то они им признались. Сквозь страхи и нервные ожидания. На этот раз мама выдохнула и сказала, что дочь переболеет, а отец разозлился и ушел в другую комнату, не желая разговаривать с дочерью и ее девушкой. Затем, они съехались и спустя несколько месяцев объявили что женятся. Вот тогда родители поняли, что все серьезно и обозлились, высказывая все, что они думают. Оскорбляя и Фрин, и Бекки. Сколько слез было пролито… Кое-как пытаясь сохранить контакт с мамой и папой, Бекки иногда им писала, с надеждой, что они когда-нибудь поймут. Но точкой невозврата стало, когда Фрин забеременела. Мать кричала в трубку что «ребёнок будет расти среди больных людей» а отец не проронил ни слова. Это ранило до такой степени, что Бекки приняла решение никогда больше с ними не контактировать. Однако, сегодня что-то изменилось. — Мы скучали, — в голосе мамы слышалась дрожь, — как ты? Как там наш внук? — Внучка. И ее зовут Лиара. А мы с Фрин нормально живём, — с небольшой опаской рассказала Бекки, — вы же… Не хотели с нами общаться. — Да, но, — в разговор вмешался отец. Бекки аж промурашило. Он больше не злится? Он ее принимает? — мы столько лет жили в ссоре. И каждый день говорили о том, что нужно мириться. Ты у нас ведь единственная дочь. Больше никого. И жизнь быстротечна, — Бекки слышала искренние ноты папиного тембра. — Пап… Я тоже скучала, — она пыталась не заплакать, — я хотела написать или позвонить, но вы же всегда злились… — Солнце, — теперь снова взяла телефон в руки мама, — мы можем приехать к вам, поговорить? Ты нам разрешишь? — Да… Конечно, приезжайте, я скину адрес, — Бекки поспешно попрощалась и скинула местоположение, тут же прошла в гостиную окликая Фрин, — у нас тут гости намечаются. — Э-э, спасибо, что сказала заранее, я так благодарна, — саркастично ответила ее жена, — кто? Бекки замялась, нервно покрутив пальцы рук. — Мои родители. — Что?! — Фрин округлила глаза и резко встала с дивана, а Лиара снова слушала их разговор, оставив игрушки в бездействии, — зачем? — Ну… Хотят поговорить. Папа даже сказал, что хочет помириться, — Бекки посмотрела на их дочь, — надо как-то Лиаре рассказать… — Бек, они же могут опять за свое взяться! Они же ненавидят людей других ориентаций! — Фрин обеспокоенно походила по комнате, но все же тоже взглянула на Лиару, — дочь, сейчас кое-кто придет. Надо будет познакомиться. — Кто? — непонимающе подняла брови малышка и играла со своими косичками. Фрин замолчала. Как ей объяснить кто эти взрослые дядя и тетя на пороге? Что они делают? Почему они сейчас пришли? Как вести себя сейчас? А если Лиара не захочет? — Твои бабушка и дедушка, — спокойно вместо нее ответила Бекки, — они приедут, чтобы с тобой поболтать, узнать тебя. Молчание длилось секунд пять. На ощупь будто прошел час. — У меня есть бабушка и дедушка? — Лиара вытаращила глаза на мам, — а почему они на мой день рождения не пришли? — Ну… Я думаю они сами тебе все объяснят, — тут уже и Бекки не знала что ответить, — давай пойдем приготовим им наш любимый салат, хорошо? Лиара встрепенулась, кинула плюшевых медведей и Стича в сторону. Она ужасно любила помогать по хозяйству мамам. Будь то это была уборка или готовка. Ей нравилось чувствовать себя взрослой, а девушки всегда ей давали такой шанс. И не ругали за ошибки. — Ага! — девочка побежала на кухню попутно напевая песню и одновременно крича, — я буду мыть овощи! И нарезать тоже! Я уже большая и могу сама! Бекки кивнула, прекрасно понимая, что последнее не разрешит ребенку, и подошла к все ещё ошарашенной Фрин. — Прости, я не смогла им отказать. Все же это мои родители… И я так скучаю по ним, — она погладила по плечу Фрин, — мы сами все приготовим к их приходу. Об этом не переживай, хорошо? — Хорошо. Но имей ввиду: я с ними вежливой не буду. Они явно что-то задумали, — презрительно посмотрела на нее Фрин и положила свою руку на ладонь жены, — и, пожалуйста, нам надо что-то делать с нашими ссорами. Я жутко устала плакать по этому поводу. Ты меня правда обижаешь, — Бекки на секунду почувствовала боль за нее. Фрин права. Все что сейчас между ними — означает, что они идут куда-то не туда. Но как исправить, если даже нет подсказок?