До Мондшадта

– Я иду! – крикнула Сян Лин, выходя из своей кухни и в спешке упаковывая свои кулинарные творения, надеясь, что она сможет забрать их все за один заход. Но, как и ожидалось, больше половины блюд повар вынести не могла, так что спустя пару секунд после того, как она отдала одно из них в руки Син Цю, любезно протянувшего руки помощи, девушка снова скрылась в потемках своей кухни. Запах горячей пищи очень сильно ударил по носам людей, сопровождавших Сян Лин в Мондштадт. Пусть еда и была аккуратно упакована… Запах мяса, перца и прочих специй никак не уходил из голов подростков, которые хоть и смотрели на блюда с некоторым недоверием, но не без аппетита точно. – Это точно съедобно? – спросил Чун Юнь, предусмотрительно отойдя на шаг от своего товарища, державшего сочный стейк, покрытый не совсем понятно чем. – Я не говорю ничего про мастерство нашего гениального повара, но… – он запнулся, увидев изучающий взгляд уже успевшей вернуться с кухни снова Сян Лин, ждавшей ответа. – Но?... – подходя, сказала девушка. – М… Но я помню, что было до этого, и… – Чунь, ты же знаешь, что я всегда готовлю тебе что-то холодное! Вот и сегодня. – убирая с мешка полотно, скрывавшего его содержимое, проговорила Сян Лин – охлажденные крылья в соевом соусе! – просияла дама. Чун же в ответ на это немного покраснел и сказал: – Ого… я обязательно попробую и скажу, как мне! – Непреднамеренно выпрямившийся экзорцист оказался чуть выше остальных в их уже сложившейся компании: Синь Янь - запевала и генератор идей, чем заняться сегодня; Сян Лин - повар и воодушевитель в трудную минуту; Син Цю - тихий книголюб, который, впрочем, не прочь иногда пошутить над кем-нибудь и заняться активной деятельностью; и Чун Юнь - основная физическая сила, когда это необходимо и робкий парень, который иногда страдает от излишней активности своей компании. – Ну что ты… Ты же поделишься со своим старым другом, Чуня? – хитро съязвил Син, посмотрев на своего товарища и заставив его отвернуться. – Действительно, дружище! – теперь и Синь Янь навалилась на экзорциста своим весом, вымаливая в шутливой форме часть порции. – Нет! Это только Чун Юню, и никому больше, ясно? – грозно протараторила синеволосая, угрожая взглядом закидать кого-нибудь остатками мяса и сала – Я спрошу у него, не ели ли вы его порцию! И если да… – окончательно раскричавшись, Сян Лин внезапно затихла, будто собираясь прямо сейчас показать последствия такого действия. – Ой, ну что ты… Не стоило… Наверное. – смущенно прошептал Чун, глядя в спину буквально закрывшей его руками поварихи. – Я сам бы смог отстоять свое право на твой прекрасный деликатес, Линь. – Ага… Смог бы он… Сам себе веришь-то, дружище? – хихикнул Син Цю, вспомнивший один забавный случай, связанный с кражей еды у друга. В одном из походов к озеру Цинсю каждому полагалось по несколько пайков в самой разнообразной едой, которая у каждого была разная. Каждый пакетик помечался значком, обозначавшим того, кому эта еда предназначалась. В меру своей любезности и шутливости, Син решил проигнорировать пометку на упаковке и сгрызть почти все холодные закуски в пакетике Чуна. Внезапно, в этот момент к нему подошла Синь Янь, которая попросила поделиться едой (стоит сказать, что то, что они ели не лакомства самого Синего, она не знала). На эту просьбу книголюб дружелюбно протянул пакет к рукам девушки, после чего они оба буквально за пару минут опустошили содержимое мешка. Стоит ли говорить, каково было удивление Чуна и злость Сян Лин, когда вскрылось, что запасы на поход для экзорциста были истощены до даже не притронувшегося к ним хозяина. По стечению обстоятельств, съесть в отместку что-то из пайков других ребят Чун не мог - невозможность адекватно употреблять острую еду, которую все, кроме него, здесь любили… Говорила за него. По итогу синеволосый чуть не был забит до смерти кухонным ножом, которым повар в тот злополучный момент нарезала рыбу, а Чуну пришлось есть из запасной сумки, которая была припасена на какой-нибудь подобный случай им же. – Я тебя сейчас в реку выкину, знаешь? – снова раззадорилась Сян Лин, подходя к парню с явным намерением совершить дозу насилия прямо здесь и сейчас. – Не надо, я не буду! Обещаю! – отступил Син, демонстративно выкидывая руки вперед, как будто защищаясь от повара. Тем временем Синь Янь очень тихо и незаметно подобралась к Лин, после чего положила свою левую руку ей на ягодицу и несильно сжала её, правой рукой помогая Син Цю уйти от надвигающейся опасности. – Ты… Ты… Ты! – не в силах совладать с собственными эмоциями, повариха обнажила копье, с которым побежала на рокершу, собираясь точно что-то плохое с ней сделать. – Не уйдешь, не уйдешь! – Ой… Пора валить! – ретируясь, закричала девушка. – А вот и уй.. Эй! – внезапно остановленная чьими-то сильными руками Синь Янь очень сильно возмутилась, попытавшись вырваться. Но, поняв безуспешность этой затеи, дама просто принялась ждать злую судьбу с остро наточенным оружием, которое было готово к использованию почти всегда - повариха часто точила копье, и делала это качественно. – Чун, подстава! Отпусти, отпусти! – Не смей отпускать, или я и тебя покрошу на вок! – все ближе приближаясь уже к Синь, угрожала Сян Лин. Тем временем Син Цю, решив, что настал час мстить за произошедшее, так же тихо подошел к поварихе сзади, и, подмигнув уже успевшей понять, что сейчас будет рокерше, тоже сжал место чуть ниже пояса Сян Лин с невинным изучающим выражением лица. В этот момент лицо самой девушки было настолько разъяренным, что казалось, что она сейчас взорвется. Смеющиеся Синь и Син образовали дуэт надрывающегося от абсурдности ситуации хохота, в то время как по понятным причинам экзорцист и повар этого настроения не разделяли. Однако после попытки прямо сейчас сбежать с места преступления, книжный червь по неосторожности упал на землю, и теперь смеялась уже Сян Лин. – Постой… Не убивай меня пожалуйста! Дам что хочешь! Деньги, книги, авторские права! – задыхаясь и пытаясь встать, молился Син. – Поздно! – с маниакальной улыбкой облизнулась девушка. – Сейчас на примере любителя литературы буду изучать человеческое мясо, подождите всего пару секунд! – Син Цю после этих слов закричал и попытался изо всех сил встать, но ему помешала опустившаяся на его грудь босая нога Лин. Сама повариха тем временем вертела в руках копье и после пары оборотов приставила его к животу Синего. – Ты его не воткнешь в меня, я это знаю. – с улыбкой наглеца сказал лежавший под Сян Лин парень. Однако, его уверенность внезапно пропала после вновь появившейся ненормальной ухмылки на лице девушки, которая слегка надавила на черенок оружия, отчего оно немного ушло вниз. – Не воткнешь же?... – уже очень робко прошептал парнишка, ёжась от осознания того, в чьих руках вертится его жизнь сейчас. Тем временем Чун Юнь продолжал держать неформалку за руки, не давая ей совершить чего-нибудь неприятного ещё. Впрочем, дама устроилась поудобнее, обмотавшись вокруг подкачанных конечностей Чуна, и прикрыла глаза, окруженная мышцами почти по всему телу. Сам же парень не до конца понимал, зачем девушка так делает, потому просто наблюдал за происходящим в паре метров от него. А происходило следующее: Лин, почувствовав полную доминацию над своим оппонентом, начала смещать ногу с груди чуть ближе к шее и голове лежавшего. Тот, понятно, запричитал и снова обратился к поварихе с молитвой: – Ну пожалуйста, прекрати, подруга… Я прошу, перестань. Что мне сделать, чтобы ты прекратила меня унижать… Да еще и при моем друге! – Син Цю указал на Чуна, державшего пригревшуюся на его груди и руках даму. – Ну… Даже не знаю… – начала растягивать гласные дама, приближая свою стопу к подбородку парня. Когда она оказалась совсем близко, девушка мягко переместила копье на грудную клетку парня и сказала: – Целуй. – От этой цитаты Син поморщился, после чего вздохнул и легонько коснулся губами ноги девушки. – …Все? – постарался сделать жалобную гримасу и отстраниться книголюб, надеясь, что от него отстанут и дадут ему спокойно подышать и отдохнуть от всего. Но в ответ услышал: – Еще! Ты не поцеловал даже, знаешь? Быстро исправляйся! – В этот момент парень смирился со своей судьбой уже окончательно и довольно глубоко поцеловал ногу чуть выше уровня пальцев девушки. Еще по прошествию нескольких секунд откуда-то сверху прозвучало: – Достаточно. Можешь вставать. – и с него слезла и нога, и копье. Вздохнув с облегчением, парень указал на оставшуюся двоицу, устроившуюся близ друг друга. Такой жест немного смутил Чуна. Это стало причиной того, что он отпустил Синь Янь из своих импровизированных объятий… И едва не опрокинул её же. – Ах… Синь, ты… Как? – промурчал экзорцист, направив взгляд к девушке. – Ой… Зачем ты… Уронил меня? – любительница музыки наигранно вздохнула и закрыла глаза руками. – Что же со мной будет-то теперь? А? – запричитала в шутку рокерша. Но по причине того, что юный экзорцист не умеет воспринимать большинство шуток как именно шутки… Внезапно лицо Чун Юня покраснело, его глаза забегали в поисках того, чем можно было бы помочь человеку, а наблюдавшая за этим Сян Лин очень зло зыркнула на заигравшуюся даму, и, видимо, смогла заставить её вмиг прекратить свои действия, так как иначе объяснить её резкое движение в сторону еды и смену настроения с жалобного на весело-игривое не получалось. – Так, товарищи… Прекратили весь этот балаган сейчас же, и давайте уже отправляться в путь! Мондшадт не ждет! – победоносно воскликнула повариха, после чего взяла часть еды и жестом направила друзей к себе, которые тоже взяли часть пищи и отправились за девушкой. Их ждал очень интересный поход к городу свободы, в котором случится много всего самого интересного.