Дорогая, сними маску

      Целительница никогда не считала себя симпатичной девушкой. Сильной в плане защиты себя и возлюбленной, умной в знаниях целебных трав, осторожной в словах. Но никак не красивой. Эти шрамы по всему телу, оставшиеся после встречи с обезумевшим демоном, никогда её не красили. Да, она знала, что является странной. Но лисичка... лисичка оказалась более странной. И девушка не смогла бы сказать сразу, что в ней не так.       Кицунэ только хитро-хитро смотрит на неё, так что целительница только думает (а правда ли, что лисицы могут поглощать души людей для роста новых хвостов? нет, тогда бы эта лисичка не стала бы с ней общаться после спасения). Целительница спасла её, когда та убегала от стражников короля (традиционного до такой степени, что запер свою же дочь в заброшенной башне), разозлённых тем, что она не поддалась на их угрозы. Просто лисичка слишком наглая для этого мира, полного предрассудков. И Кицунэ знает это, слишком хорошо, чтоб не кидать на девчушку нежные взгляды и вилять девятью хвостами.       Целительница не знает, что ей делать на её знаки внимания. Она её и вправду любит, но мысль, что это неправильно... как-то не отпускала её слишком быстро. Кицунэ не спешит.       Лисичка прожила несколько сотен лет, она понимала, когда стоило просто подождать. Она только невинно целует её в лоб и шепчет: — Сними маску предрассудков, милая. В любви нет границ. Их и не должно быть. Люди сами придумывают границы. Но я-то не человек, мне на них плевать.