А он знал об этом...

На босса Портовой Мафии покушались довольно часто. Но обычно охрана успевала его защищать, к тому же Дазай, в основном всегда, предупреждал босса о покушениях на него заранее, потому часто они были безуспешными. Но не в этот раз... В этот раз Дазай тоже предупредил босса о готовящемся на него покушении, но охрана не справилась и даже способность Акутагавы не помогла. Его Расёмон разорвало, а самого эспера отбросило далеко назад. Но босс остался жив, благодаря Дазаю. Когда на Мори было совершенно это покушение, Осаму находился рядом. Он закрыл Огая от способности эспера, развернувшись к нему лицом и касаясь его: сверкнула белая вспышка, возвестившая об обнулении чьей-то способности. Огай упал спиной на землю, придавленный к ней телом Дазая. — Дазай-кун, сказал бы, что хочешь быть сверху, я бы тебе позволил, — с ухмылкой произнёс Мори, оглаживая плечи своего зама. — Сука... Мори, ты не понимаешь, что тебя реально могли убить? — Когда я с тобой, мне ничего не угрожает. Найди этого эспера и убей. — Конечно, босс. Но сегодня он ушёл, и я хочу тебе сказать, что он самый сильный одарённый из всех, с кем мы сталкивались. Его способность предназначена для массового убийства людей. — Это я уже понял.

***

Дазай сопроводил босса домой вместе с его охраной. Потом, попрощавшись с Мори, уехал домой, хотя Огай предлагал ему остаться на ночь и даже настаивал, но Дазай отказался, сославшись на сильную усталость. А через несколько дней ему снова пришлось схлестнуться с тем же эспером, который уже покушался на Мори. Босс отдал Осаму приказ поймать его и обезвредить. Осаму вышел на охоту... Благодаря агентурной связи эспер вскоре был найден. Но на его поимку Осаму решил отправиться один. Что он и сделал. Однако перед тем, как зарядить боевыми патронами свой пистолет, правая рука босса Портовой Мафии просмотрел видеозапись с этим эспером, которую ему показал один из айтишников, после чего Дазай отдал приказ: — Немедленно уничтожить видео и все его копии. — Что? — не веря своим ушам, переспросил программист. — Ты слышал, что я сказал, — ответил Осаму, холодно взглянув на эспера. — Да, простите, — эспер, которого звали Катай Таяма, выполнил приказ Дазая. — Ты здесь один? — спросил Дазай. — Да, — протянул тот. — Прости, — проговорил мафиози и перерезал мужчине горло. — Ты был ценным сотрудником организации, но этот человек для меня всё.

***

— Я догадывался, что это ты, Чуя. Не так много в мире существует эсперов, управляющих гравитацией, — раздался над ухом невысокого рыжеволосого парня до боли знакомый голос, и он обернулся, встретившись взглядом своих небесно-голубых глаз с карими омутами Дазая. — Как ты нашёл меня, Дазай? — спросил Накахара, подходя к Осаму ближе и взял его ладонь в свою руку. Они стояли на крыше стоэтажного здания, и он не услышал, как к нему подошёл Дазай, впрочем, тот умел подкрадываться беззвучно. — Это было несложно. Почему ты хотел убить моего босса? — Не догадываешься? — Догадываюсь, но хочу услышать это от тебя. — Меня наняли. — Я так и знал. Значит, после приюта ты отказался вступить в ряды Портовой Мафии, потому что был слишком правильным, а теперь, выходит, ты киллер? — Жизнь заставила, — коротко ответил парень. — Почему ты не обратился ко мне? — Зачем? Чтобы ты пристроил меня в свою организацию? — Почему бы и нет? — Знаешь, — Накахара провёл ладонью по щеке Осаму. — Я не хочу этого видеть. — Чего видеть? — Я ведь знал о ваших отношениях с боссом Портовой Мафии, потому и отказался от его предложения. — Ты всё ещё любишь меня? — задал вопрос Осаму Чуе. — Я никогда не смогу тебя забыть, — прошептал тот, неотрывно глядя в глаза цвета виски. — Хоть ты и предатель. Они с Чуей были ровесниками, и оба росли в одном приюте. Когда Дазаю было пятнадцать лет, Мори Огай стал его опекуном, и Осаму покинул приют, Чуя вступать в мафию не стремился и, вообще, он скрывал свою способность ото всех, лишь Осаму было известно о том, что он эспер. Накахара попал в приют в двенадцать лет, когда его опекуны погибли. К тому времени он неплохо научился контролировать свой дар, но помнил, что раньше его способность доставляла ему немало проблем, пока он не взял её под контроль. Потому Чуя не хотел, чтобы кто-то знал о том, что он одарённый. После ухода Дазая из приюта, они с Чуей не перестали общаться и Дазай навещал товарища. Они всегда нравились друг другу, а когда им было по шестнадцать, у них начались отношения. В семнадцать лет Осаму вступил в связь с боссом, причём Огай его ни к чему не принуждал, и он сделал это по своей воле. Незадолго до этого, у них с Чуей возникли определённые недопонимания. Накахара часто предъявлял Осаму претензии, ревновал его к боссу, говорил, что знает, что Мори педофил и, что ему известно для чего он взял опеку над Дазаем. И однажды это произошло: Дазай изменил Чуе с Мори. — Как ты узнал об этом? Я помню, что ты меня всегда ревновал к боссу, но в то время между нами ничего не было. Я не хочу скрывать от тебя правду, впервые это произошло, после одного из наших скандалов. Так ты действительно узнал об этом как-то или это были лишь твои домыслы. Чуя фыркнул. — Узнал. Мне переслали видео. В тот же день Огай предложил мне вступить в организацию, но я отказался и решил уехать. — Видео, значит. А кто его переслал, ты знаешь? — Нет. Когда Чуе стало известно о связи своего возлюбленного с боссом Портовой Мафии, он покинул приют, и больше они с Осаму не виделись до сегодняшнего дня. Способность Чуи была предназначена для убийства, поэтому он легко нашёл ей применение, вскоре став киллером вражеской для Портовой Мафии организации. — Я получил приказ ликвидировать тебя, Чуя, — проговорил Дазай. — Да и без этого приказа, я знал, что должен это сделать, чтобы спасти босса. Но я не могу. Я люблю тебя. Мы не виделись два года, и я не мог понять, куда ты пропал и почему. Я не знал жив ли ты. И что теперь ты прикажешь мне делать? А что ты сам собираешься предпринять? — Я должен выполнить приказ. — Я тоже, но ведь это получается замкнутый круг. — Ты прав. — И знаешь, мне уже плевать на всё, кроме тебя. Осаму накрыл губы Чуи поцелуем, оглаживая его плечи, партнёр притянул его к себе ближе, проникая руками под одежду возлюбленного, скидывая с него плащ и поглаживая спину. Дазай сбросил плащ любовника вниз, целуя его шею, Чуя запрокинул голову назад, и его шляпа улетела вслед за другими вещами. — Как же я скучал по тебе, милый, — шептали губы Осаму, покрывая поцелуями любимую шею. — Прости, я виноват, я тебя предал. Но я люблю тебя. Вслед за верхней одеждой вниз полетели жилеты парней, портупеи и рубашки, за ними последовали брюки и нижнее бельё. Расстелив свои вещи на крыше, Чуя мягко уложил на них Осаму, прошептав: — Смазка есть? — Есть, я же знал куда иду. Осаму передал Чуе баночку лубриканта, которая лежала в кармане его плаща. Целуя шею и грудь любовника, Чуя спустился поцелуями ниже к плоскому животу Дазая, проводя влажные дорожки языком вниз. Дыхание парней участилось, губы Накахары переместились к головке возбуждённого члена Осаму, язык обвёл её по кругу, затем прошёлся по стволу вниз, а смазанный лубрикантом палец Чуи проник внутрь Осаму, отчего тот выгнулся и застонал. Накахара задвигал пальцем, нащупывая простату, а вскоре добавил к указательному пальцу средний и ускорил движения, разводя пальцы в стороны и проворачивая их внутри, продолжая двигать языком и губами по члену Осаму. Дазай стонал всё громче и дрожал от нетерпения и желания. Добавив к двум пальцам третий, Чуя вновь провернул их внутри любовника, проталкивая глубже и срывая новый стон с губ Осаму, тут же добавляя ещё один палец и двигая рукой более резко. — Чу-у-уя... — стонал Дазай. — Войди в меня... Выпустив член Осаму изо рта и вытащив из него пальцы, Накахара смазал свой возбуждённый орган лубрикантом и, приставив его ко входу в анус, вошёл в любовника в два толчка, сорвав с его губ очередной стон, целуя грудь, затягивая в рот соски и слегка посасывая их. Минуту спустя Чуя подался назад и вновь толкнулся в Дазая, не сдержав стона, проникая глубже и закидывая ноги партнёра себе на плечи, постепенно ускоряя движения. Осаму со стоном двинул бёдрами навстречу Чуе, ощущая знакомое приятное жжение внизу живота при каждом толчке, когда член партнёра попадал по простате. Накахара, удерживая Осаму за ягодицы, всё быстрее и резче вбивался в него. Дазай всё интенсивнее двигал бёдрами навстречу толчкам Накахары, всё громче постанывая и временами вскрикивая, когда проникновения были наиболее глубокими. Ощущая внутри всепоглощающее пламя, Осаму чувствовал, что уже на грани, его разгорячённое, раскрасневшееся тело, с капельками пота на коже, прошила дрожь, заставляя выгнуться и с криками излиться на свой живот и не только. Это был словно выстрел: крупные капли спермы попали и на живот его возлюбленного. Выйдя из Дазая, Чуя обхватил ладонью свой орган и, быстро задвигав ею, со стоном излился на пах Дазая, после чего упал рядом с ним, обнимая и целуя в губы. — Ну и что будем делать дальше? — позже, когда закончился поцелуй, спросил Чуя. — Чуя, а давай просто уедем, бабла нам хватит на безбедную жизнь на несколько лет, ещё и квартиру, и тачку купим. — И куда мы поедем? — Можно поехать во Францию. Я тут выяснил кое-что, пока искал тебя. Ты родом оттуда, может, найдёшь свои корни. — Правда? И как ты это выяснил? — У меня свои методы. Так что, согласен? — С тобой, хоть на край света. Но ведь нас будут искать: Портовая Мафия и организация на которую я работаю. — Пусть ищут, ведь мы убьём любого, кто придёт за нашими головами. — И ты готов так всё бросить? Я думал, что мафия — твоя жизнь. — Моя жизнь — это ты, любимый. — Проговорил Дазай, накрывая губы любовника поцелуем и подминая его под себя. — Хочу почувствовать тебя в себе, — произнёс Чуя, зарываясь пальцами в каштановые волосы и оглаживая затылок Осаму. — Как скажешь, милый, — ответил Дазай, неотрывно глядя в голубые озёра своими карими омутами и целуя возлюбленного в шею.