Прости меня, малыш Шинни.

      Был солнечный день. Жаль, участники смертельной игры не могли узреть эту красоту в настоящее время.       Единственное, что мог увидеть сейчас Тсукими — это свое собственное изображение, называемое ИИ Шина. Но он имел возможность не только смотреть на него, но и разговаривать с ним, чем Шин и занимался. Или по крайней мере пытался. Если бы только эта машина так легко отвечала на вопросы.       ИИ, может, и хотел помочь своей живой копии, стоящей напротив него, но не имел права. Он продолжал отнекиваться и говорить, что «Хиери не разрешает» и «Я итак вам много рассказал»       — Прекращай свою игру в молчанку, — твёрдо отрезал Шин, — иначе придётся прибегнуть к более эффективным и жестоким методам. Выбирай.       Парень закатал рукава, показывая, что если после его предложения последует отказ — силуэту на мониторе не поздоровится. Но это была очередная ложь, Тсукими никогда не отличался особой силой, он не мог сделать даже одно потягивание на турнике, что уж тут говорить про драки.       — Так и быть. Я смогу рассказать Вам некоторую информацию, о которой со мной говорил мой хозяин.       После одобрительного молчания со стороны собеседника, ИИ продолжил:       — Он часто приходил ко мне разговаривать о Вас. Рассказывал, как любил пугать до дрожи в коленках, дергать за непослушные и мягкие волосы, шептать жестокие вещи на ухо. Это больше походило на рассказы извращенца. Хоть я и не имею право так говорить, возможно он им и является. Об этом довольно трудно судить, так как я сам ещё представляюсь Шином Тсукими, я….       Шин потупил взгляд и пытаясь вспомнить что он вообще тут делает вновь взглянул на парня на мониторе:       — Все, прекращай, это совсем не то, что я хотел услышать.       Послышался скрип, когда из дверного проема вылезла голова с волосами цвета стереотипной блевотины. Сразу же после закрывая за собой дверь.       — Хеей, Соу, точнее…Шин, — тень комнаты не давала увидеть ужасающую улыбку Мидори, — С чего это ты вдруг решил, что можешь выпытывать тайны у бедного ИИ?, — Мидори поднял наигранно обиженный взгляд на собеседника, — тебе надоела спокойная и практически счастливая жизнь? Ох, я так разочарован в тебе. Думал, может у нас ещё получится дружить как в старые добрые времена, но видимо мне придётся проучить твоё любопытство, милый.       — Не думай, что если будешь называть меня ласковыми именами, то я перестану, — его руки тряслись, сердце билось быстрее нормы, а дыхание сбилось. Шин глубоко в душе до сих пор побаивался Хиери, но продолжал убеждать себя, что всё давно прошло, оставляя неприятный осадок. Однако после фразы «мне придется проучить твоё любопытство», страх охватил всё его тело моментально и безвозвратно, так, что Шин не мог двинуться.       — Ну же, Шин, я разрешаю тебе убежать, давай, пока я добрый, — Мидори ехидно улыбнулся и заглянул в глаза оцепеневшему Тсукими, — М, почему же ты не уходишь? Ха-ха, я тебе так сильно нравлюсь, дорогой? — Я…., — слова не лезли из горла, Шин продолжал стоять, еле дыша и смотря прямо в глаза старого друга.       — Думаю, твое время вышло. Как мило, ты решил остаться и добровольно принять наказание! Ты как всегда благороден и честен с собой, Шин, — в темноте послышались кабинета послышались мягкие шаги и Тсукими не успел опомниться, как перед ним встали два изумрудных глаза. Мидори опустился под стол и отключил ИИ Шина, после чего вновь поднялся и улыбнулся оригиналу.       — Ты выглядишь так мило, когда сжимаешься от страха, как котенок, — холодные пальцы взяли Шина за подбородок и подняли его голову. Бедняга вздрогнул и продолжил покорно смотреть.       Мидори приблизился к губам друга и оставил на них короткий прохладный поцелуй. Шин всегда пах чем-то сладким, не терпким, приторно-сладким, и Мидори позволил себе снять с парня собственный шарф и уткнуться носом в чужую шею, вдыхая знакомый запах. Шин продолжал стоять неподвижно, следя за каждым движением манекена.       Мидори чувствовал на себе взгляд и ему хотелось смеяться, до чего Шин был прелестным, когда пытался действовать в критических ситуациях.       Он оставил на шее поцелуй, еще один, еще и еще, пока не услышал тихий вздох от Шина. Мидори улыбнулся и поднялся снова к губам. Глаза Шина больше не были испуганными, если только чуть-чуть. Они скорее были растерянными, совсем не готовыми к чему-то подобному. Соу наклонился к губам парня напротив и укусил нижнюю. Парень пискнул, почувствовав как струйка крови течет по его лицу. Мидори аккуратно слизал ее, затягивая того в поцелуй. Тот снова вздрогнул, но позволил обвить талию руками и углубить поцелуй, осторожно отвечая на него.       Тсукими пытался оторвать его от себя, толкая в грудь, когда воздух совсем начал заканчиваться. Мир плыл перед глазами, в голове всё смешалось, поцелуй стал похож на жестокую пытку. Соу же не собирался так легко сдаваться, решив ещё больше насладиться попытками задыхающегося парня, он всё упорнее вжимался в опухшие от такого напора, губы.       Однако, подумав, что на этом достаточно, Хиери оторвался от сладких, пропитанных кровью губ и посмотрел Шину прямо в его большие заслезившиеся голубые глаза.       — Тебя так мало хватило. И двадцати секунд не прошло, как ты потерял весь воздух в лёгких. Не думал, что-ли, сходить в бассейн, может, тебе бы помогло, — зеленоволосый не мог прекратить улыбаться, сильнейшее удовольствие от проделанного вызвало мешающую тесноту в чёрный джинсах.       — Почему ты остановился? Р…разве не ты хотел отомстить мне? Убить меня? — вытирая губы своими тонкими ручками и пытаясь привести дыхание в норму, задавался вопросом Шин.       — Это не входило в мои планы. Я просто поиграюсь с тобой, — весело прозвучало в ответ, но Тсукими совершенно не мог понять, что здесь может быть веселого. Разве убить кого-то столь раздражающего как он — это не развлечение? Счастье? Удовольствие? Наслаждение, черт возьми.       Мысли о возможности побега и вовсе испарились, когда в рот пробрались холодные грубые, и конечно же, не свои пальцы. В это время вторая рука партнера пыталась содрать эту раздражающую фиолетовую куртку.       Под давлением пара попятилась назад, где находился один лишь деревянный стол с компьютерами на них. Весь удар от столкновения принял Шин, конечно, так вышло бы в любом случае. В результате этого с уст слетел крик боли, что ещё больше разыграло адреналин в крови Соу, как будто он вколол себе по вене и словил трип. Не желая ждать, он продолжил раздевать парня, и даже самостоятельно поднял ему руки и снял футболку, после чего дошёл и до ширинки.       — П..подожди…Ты действительно собираешься это сделать?, — дрожь в голосе никуда не уходила и пальцы изо рта тоже. — А что мне мешает, м, дорогой? Я так долго ждал этого, а сейчас ты предлагаешь мне, после того что сделал ТЫ, просто взять, развернуться и уйти? Знаешь, милый, ты немного выводишь меня из себя этими до жути глупыми вопросами, придется что-то изменить.       Сдернув штаны и выслушив тихие просьбы одуматься и всё же отпустить бедного Шина, Мидори грубо развернул его спиной к себе, наконец вытащив свои пальцы из теплого рта Тсукими.       — Что ты…АЙ!       Сразу два пальца легко вошли внутрь такого же, как и рот, горячего отверстия. Слюна Тсукими была хорошей смазкой. Разводя их как ножницы и двигаясь вперёд назад, Соу выслушивал приглушённые всхлипы и был очень разочарован тем, что не видит этого чудесного, заплаканного личика Шина. Второй рукой зеленоволосый опускается вниз, к паху парня и осторожно двигая туда-сюда.       Долго не ждав, в анальное отверстие входит и третий палец, а движения спереди становятся всё более рваными и резкими. Шин заметно твердеет, уже не ревет, но терпит. Ему давно стало понятно — кричать смысла нет. Лучше уж смириться и попробовать получать удовольствие.       Мидори осторожно вытаскивает свои пальцы, заканчивая растягивать Тсукими, ещё и выслушивая последующий жалобный выдох. Что, довыебывался? Думал, не возьмут на слабо? Ещё как возьмут, и видимо, ты уже проиграл, когда дал понять, что привык к пальцами Соу.       — Знаешь, а ведь если так подумать, то ты сам напросился, — неожиданно сказал Хиери и тут же вошёл на половину длины, вызывая у Шина вскрик и моментальные слёзы на глазах. Стенки вокруг полового органа сжимались, а член пульсировал, в результате чего Хиери чуть ли не ронял хриплые стоны. Конечно, он не мог. Не собирался унижаться перед тем кого всё это время любил ненавидел.       Но возвращаясь к началу, «получить удовольствие» сказано было довольно громко. Жаль, ведь осознание этого приходит только тогда, когда Соу начинает двигаться. Ужасная боль с каждым толчком, замыленные слезами глаза, но Шину всё равно получается ловить кайф. Может, он мазохист? Может, у него фетиши на такое отношение к себе? Кто знает. Хотя, Мидори знает, ведь именно он пугал его изо дня в день, издевался и подшучивал, а голубоглазый всё это терпел, как послушная собачка, будто после этого ему дадут косточку, но ничего подобного так и не произошло.       Мидори со всей силой вдалбливал Тсукими в стол, ощущая своё превосходство над его хрупким телом, которое содрогалось с каждым толчком и выгибалось. Рвано дергал член напарника своей рукой, чтобы тот смог наконец получить свою «косточку».       Разочарование от того, что зеленоволосый не видел лицо своего партнера никуда не уходило, из-за чего пришлось остановиться в движении и спереди, и сзади, грубо взяв Шина за подбородок, разворачивая голову к себе.       — Слушай, так дело не пойдёт, малыш Шинни. Или ты смотришь на меня, или я больше не собираюсь тебе помогать.       Соу сгорал от желания увидеть его лицо стонущем и слёзно умоляющем двигаться быстрее, дать кончить и тому подобное. То, что могло произойти в здоровых отношениях, согласованном сексе.       Но они не такие. Они и никогда не станут такими. Единственное, что остаётся Мидори — брать голубоглазого насильно, видеть, как он захлебывается в слезах боли, а не наслаждение, даже пытаясь ему помочь.       Отрывистые стоны, пошлые хлопки, удушающий жар распространялись на всю комнату. Левая рука зеленоволосого блуждала по телу Тсукими, пока вторая держала его хрупкие запястья, да так, что потом точно останутся синяки. Шин жалобно хныкал от невозможности коснуться себя, ведь к толчкам сзади он уже давно привык.       Единственное, чего он не понял, как они встали в другую позу. Как он, сдирая кожу на спине, облокотился на компьютер со своим же ИИ, как обхватил длинными ногами талию, а руками плечи Мидори, как нефритовые глаза напротив смотрели ему прямо в душу. Улыбка с лица Хиери никуда не девалась, даже когда происходили непроизвольные выдохи.       — Эээй, милый, не отводи от меня взгляд, — протянул Мидори, когда парень перестал смотреть ему в глаза, — мне такое не нравится.       — Слушай, мне в..вообще, нгх, не нравится, чем мы сейчас занимаемся, — ответил прерываясь на вдохи тот.       — Ах, значит так…, — руки Мидори плавно потянулись к шее Шина, пока бедра продолжали толкаться в тёплое нутро партнера, — мне кажется, воздуха немного не хватает для нас двоих, придётся тебе потерпеть.       Руки схватили нежную шейку, начав легонько душить. В голубых глазах Тсукими отобразился самый настоящий страх, который ещё больше воодушевил Мидори, жаждущего подчинить себе Шина.       — Хочешь, дорогой, я задам тебе загадку? Если угадаешь ответ, кивнув на правильный вариант, то я прекращу твою пытку. Или же, в худшем случае ты просто…, — Мидори наклонив свою голову влево, вытащил язык и закрыл глаза, театрально показывая, что при неверном ответе с ним расплатятся также, как он собирался поступить с ИИ Тсукими.       Шин истерично дёргал головой давая согласие и пытаясь ловить ртом воздух, как рыбка пытается издать звук в воде. Жалкий.       — Так вот, почему зеленоглазые видят лучше, чем слепые? Думаю ты никогда не узнаешь ответа на этот вопрос…., — Соу всё также делал театрально грустное лицо, опуская кончики губ вниз и начиная смотреть куда-то в угол, пока не увидел, что Шин понял, что где-то есть подвох, — Ха-ха-ха! Смешная шутка, да?, — продолжил Хиери после пятнадцати секундного молчания, отпуская шею Тсукими.       Также ловя воздух, как в прошлый раз, Шин почувствовал горячий язык на его выю, который следовал прям по пути места, на которых совсем недавно красовались тонкие длинные и холодные руки. Толчки стали резче и быстрее, те же руки Мидори надавили на только появившиеся синяки Тсукими на запястьях.       Парень уже давно понял, что всё подходит к концу, но это было конечным действием. Прогибаясь с громким стоном, голубоглазый кончил себе на живот, а после ещё пары толчков, закончил и сам инициатор, изливаясь прямо внутрь.       Шин от усталости почти сразу отключается, пока Соу ещё пару минут сидит рядом, смотря и гладя нежную кожу лица парня. Всё же, он чудесен. Просто так вышло. Просто они не могли стать нормальной парой. Не могли стать даже секс-партнерами. Просто пошли на крайние меры.       — Прости меня, малыш Шинни, — тихо шепчет зеленоволосый и кратко целует его в губы.

***

      Тсукими просыпается в той же комнате. Одетый и приведённый в порядок, аккуратно сидящий на полу. Его ИИ уже давно включено, расспрашивает о самочувствии. В ушах звенит, голова не варит. Что было до этого? Только бог знает. И Мидори.       — Эй, — вставая, произносит парень, — почему я на полу? Почему у тебя такое странное выражение лица? Что произошло, черт возьми?, — уже плавно подходя к монитору, задается вопросами Шин.       — Всё в порядке? Фух…, — выдыхает ИИ, — А теперь…я расскажу тебе всё, что услышал, — продолжает Тсукими на мониторе и ждёт одобрительного кивка головы.