Беглец 2

      Далеко-далеко в галактике во времена, когда мир Асгарда был крошечной звёздочкой, среди множества планет возникла она — планета Хайр.       Хайр всегда процветала. Не сказать, что хайриты были верхом цивилизации, но они и не стремились стать таковыми. Мир планеты был прекрасным: зелёный ковёр из многотравья стелился скрозь до такого же зелёного леса; там, среди могучих стволов и ветвей, был создан город под зелёными сводами шелестящих крон.       Самым главным у народа был Унг — первый, родившийся под тремя лунами. Он направлял свой народ, благословлял на создание жизни и вершил судьбу провинившихся. Когда приходило время покоя, Унг уходил к Великому древу и там растворялся среди мерцающей пыльцы, впитываясь в благословенную землю и листву, растворяясь в воздухе, ожидая момента перерождения. Его место занимал следующий, появившийся под тремя лунами, и он тоже становился Унгом.        Как же замирало в груди, когда наступало это время — трёх лун. Такие огромные, они возвышались над лесом всего один раз за три подлунных оборота. И те, кто появлялся в это время, были особенными. Считалось, что луны отметили своим светом нового хайрита, и он обязательно будет великим вождём.       У подлунного народа не было конфликтов с другими расами. Чудом или ещё какими силами, но планету не замечали те, что бороздили небо. Хайриты их называли — черхи', что означало «чужие». <tab На пике семидесятого трелуния пришло несчастье. Небо заслонило что-то огромное, такое большое, что закрыло собой все три светила. От чёрной массы отделился маленький светлячок и направился на поверхность планеты. Он упал, оставив за собой длинную борозду глубиной в три локтя.       Было страшно. Женщины и дети попрятались в кронах деревьев, а мужчины пошли на совет Унга. После споров было решено идти на разведку. Их любопытство и стало роковой ошибкой. — Будь осторожен Арм, — шелестящим голосом, как шёпот листьев на ветру, предупредил один из разведчиков своего друга. — Не будь таким трусом Лим, возможно тебе это зачтётся, и ты станешь следующим Унгом, — чуть громче, чем следовало в такой обстановке, ответил Арм.       Тонкие, как лианы, в зелёных одеждах — они походили на эльфов из сказок. Шаги в траве были бесшумны, точны и быстры.        Место падения инопланетного осколка всё ещё дымилось, и сквозь плотный дым было сложно разглядеть, что там в этой яме. — Я полезу вниз, — Арм приготовился прыгать. — Подожди, — Лим резко дёрнул его за руку, — вдруг там монстр или яд, или… — Перестань бояться, друг мой, иначе страх поглотит тебя навсегда и не отпустит, — хайрит убрал руку соплеменника и прыгнул в неизвестность. — Арм? Арм, что там? Арм? — тишина и едва слышное шипение, всё что он услышал в ответ. — Арм!       Лим уже собрался с мужеством и приготовился прыгать за другом, когда зелёная вспышка на миг его ослепила. А потом пропало всё: шипение, дым — остался лишь Арм, лежащий на дне ямы в позе эмбриона. — Арм! — тут уже было не до собственного страха.       Лим спрыгнул вниз и осторожно приблизился к хайриту. Казалось, что тот просто спит: дыхание было ровным и глубоким, глаза закрыты, руки подложены под голову. Лим коснулся плеча друга, обтянутого в ткань цвета травы, и тот сразу отреагировал на касание. Арм вздрогнул, открыл глаза и сел. — Арм, что это было? Ты видел эту вспышку? — зачастил Лим. — Что молчишь? Где тот камень?       Арм смотрел в упор на Лима, но так и не произнёс ни слова. А потом случилось то, что осталось в памяти, как начало конца для зелёного мира Хайра. Хайрит на глазах у друга осыпался песком.

POV Лим

      Песок сыпался мне на колени и попадал на руки. Я был в таком потрясении, что даже не сразу сообразил, что случилось. Вот я тормошу Арма за плечо, а уже в следующий миг сквозь пальцы сыпятся серые песчинки. В местах, где песок касался кожи, началось жжение. Я посмотрел на ладонь — она вся стала серой, и эта проказа очень быстро расползалась выше по руке. Вскоре огнём горело уже всё тело. Было больно, но я не мог потерять сознание, что-то удерживало меня от этого. Чувство горящей плоти всё усиливалось, и я открыл рот в немом крике. Песок, что покрывал моё тело, словно того и ждал — он, как змея, хлынул внутрь. Теперь у меня горела не только кожа, теперь пылали внутренности. В последний раз моргнув, я увидел, как руки осыпаются горсткой песка. Свет для меня померк через четыре удара сердца.

***

      Во что я превратился? Кто я? Я он? Или она? Оно? Я животное? Или дерево? И что это такое? Странные слова… Что это за странное нечто…мелькает перед…чем? Хочется сделать… вдох? Странное ощущение… Словно я — не я… А кто я? Что-то быстрое мелькнуло рядом… Это что-то живое, я знал. Это единственное, что я знал в данный момент. Это существо кружило рядом, а внутри меня начинал разгораться пожар. Я не знал кто я и что я, но я знал одно… Я должен сжечь это существо, сделать таким же, как я сам…

END POV Лим

       Лес погрузился в тишину. Диковинные птицы не пели песен, невиданные животные спрятались в норы, жители лесного города в страхе ждали чего-то. Сама планета будто застыла в ожидании беды.       Мудрый Унг отправился к Великому древу, просить совета в молитве. Когда вождь добрался до места, застыл в ужасе. Всё святилище было превращено в безжизненную пустыню. Серый песок высокими барханами, как погребальным пеплом, покрывал то, что раньше было зелёным раем. — Святые Луны! — взмолился Унг. — Что же нам делать!       Но, увы, его космические боги не ответили. Зато ожила пустыня. — Песчаный демон! Песок, как крадущийся кот, пополз к ногам вождя. Тот сделал шаг назад, песок полз следом. Тогда Унг развернулся и побежал, побежал так быстро насколько хватало его сил. Но, что мог сделать старик против ожившей бури? Волна песка без труда накрыла пытающегося убежать Унга.        Песок довольно уркнул и неспеша пополз дальше. Зачем торопиться, если впереди целая вечность и ещё немного…