человеческое тепло

прикосновение. сатору почувствовал это и проснулся от глубоко сна. его бдительность и параноидальные мысли сопутствовали этому. не смотря на очень нежные прикосновения к его волосам, которые даже ты не почувствуешь, ему это понравилось. он всю свою жизнь проходил со своей бесконечностью и был лишен такого прекрасного явления, как прикосновение. пока другие руки укладывали его волосы, он наслаждался. собственно, он был в комнате сугуру и конечно же спал с ним в одной кровати. сатору нравилась его комната, его внешность, его действия, все что угодно, что касается его. но сейчас, он почувствовал самое главное, а это его еле заметные и ощутимые прикосновения. при всей своей любви, он всегда снимал бесконечность, когда был рядом с ним, но гето очень закрыт и не так-то прост. он всегда держал своего одноклассника на дистанции. и все же, не смотря на это, каким-то боком годжо уже пол года живет в его комнате и даже близко каких-либо возражений от другого не слышит. гето прекратил, в тот же момент с окна подул весенний ветерок, наполненный ночной свежестью и тишиной. он был даже приятен, но приятнее были прикосновения сугуру. гето сместил руки ближе к лицу голубоглазого и начал уже очерчивать его формы лица. румяные щеки, которые виднелись в белой ночи, красивые пышные белые ресницы, бледная, но очень нежная кожа. изящность и тонкость. годжо таял в этих прикосновениях. тонкие пальцы сугуру вмещали в себя всю любовь и заботу, которую другой давно не получал. движения опять приостановились. теперь уже годжо ощущал чужое дыхание. – наверное, ты меня не простишь, но я не могу, – шепотом произнес тот. сугуру легко и воздушно прикоснулся к губам. он не стал останавливаться, покрывая белоснежную кожу легкими поцелуями. все так бы и продолжалось, пока что-то не упало в комнате. брюнет приостановился и начал оглядывать комнату. вроде бы ничего сверхъестественного, но он перепугался. поворачиваясь обратно, гето видит чудовище с голубыми глазами. залупа какая-то. – пиздец. – произносит он, падая на деревянный пол, – МММММММММММ СУКА....., – его все же это сильно напугало. годжо испугался не меньше. он, вскочив, начал протягивать руку. ухватившись, брюнет вернулся на кровать. теперь они лежали как два солдатика. – я надеюсь, ты ничего не видел. – произносит гето с долей испуга в полушепоте. – видел. – с выдохом отвечает голубоглазый. смутившись, сугуру отвернулся от него. – прости меня, пожалуйста, я не имел права такое творить, когда ты спишь. прости прости прости. я просто не мог уже таить этого от тебя, – брюнет задыхался, явно смущенный таким откровением со своей стороны. по его расчетам годжо должен был спать как убитый. и потом, он планировал это сделать уже месяц точно. как так получилось? почему тот не подал знаку? поче... – ты только не загоняйся, хорошо? если бы ты был бы мне противен я бы... я бы тебя отолкнул.. наверное... честно говоря, – годжо повернулся к спине гето., – я тоже устал таить свои чувства к тебе. ты такой прекрасный, серьезно. я хотел это отрицать, но, как тут откажешься от тебя? мне кажется когда я с тобой, я в каком-то гипнозе, никак по-другому. – ты серьезно?, – гето обернулся, чтоб посмотреть, не придуривается ли тот. – нет блять, со стенкой разговариваю – зануда, – фыркает тот. – да. гето снова приблизился к лицу сатору. так близко рассматривать его глаза интереснее. он опять повел рукой по лицу, все так же. легко и воздушно. только одно изменилось. это прикосновение губ. оно стало напористей и уверенней, видимо из-за взаимосоглашения с обеих сторон на это. только вот это начало анекдота. оба они девственники и даже жизнь их не готовила к поцелуям. все идет по наитию и по чувству удовольствия, правда у них получается это не очень. оба задыхаются, слюнявят друг друга. и все это поддерживается нервными и трясущимся действиями рук обоих. – мммммммм...,–корчится брюнет. – что-то случилось?, – отцепившись, сказал другой. – ты мне губу прокусил, дурак, – он не врет. алая кровь быстрыми темпами уже капает на чистую белую постель., – блять, – сугуру начал нервно убирать ее с губ, вставая., – молодец сатору, – изображает аплодисменты. – ну подожди, я же не специально., – они оба выбежали из комнаты.