Чётки Бейли

На стене в комнате Санрайза висели часы: аккуратный круглый циферблат был украшен маленькими, блестящими в темноте звёздочками. С одной его стороны изображалось солнце, с другой же — луна. Мерное тиканье наполняло каморку и, Солнце уверен, был бы человеком — непременно бы заснул. Тихая и спокойная обстановка непривычно сильно давила на Санрайза, в какой-то момент воспитателю показалось, что прошла уже целая вечность. Однако, стрелки часов говорили обратное. С момента появления Солнца в комнате, минутная стрелка передвинулась всего лишь на пятнадцать делений. Санрайз вздохнул. Солнце и луна. — Слабо закрашено! — внезапно воскликнул воспитатель, взглядом изучая часы. Солнце на них выглядело прекрасно: сияло даже ярче, чем обычно. А вот луна, прежде когда-то не менее сияющая, была несколько раз перечёркнута красным маркером. У Санрайза не было привычки портить вещи, более того, он бы очень сильно разозлился, сделай это кто-нибудь при нём. Пожалуй, спонтанное решение закрасить луну на часах маркером было единственным разом, когда Солнце изменил своим принципам. Ещё несколько раз обведя взглядом часы, Санрайз, вновь оглядевшись, вскочил на ноги. Сидеть больше не представлялось возможным, слишком утомительным для дневного воспитателя было ожидание. К тому же, с техосмотра уже должен был вернуться его сменщик, встреча с которым обещала быть для Солнца… несколько волнительной. Или, если уж совсем честно, пугающей. До этого момента Санрайз даже и представить не мог, что самостоятельно пойдёт искать причину многих своих кошмаров. Стоит ли говорить, что темноты воспитатель боялся далеко не потому, что этого предписывала его программа. — Его зовут Луна, да, — озвучил мысли Солнце, медленно выходя на балкон. Нервно оглядевшись, воспитатель приобнял себя за плечи, бормоча имя сменщика: — Луна, Луна… Луна! Последнее «Луна» у Санрайза получилось слишком громким и отчётливым, из-за чего воспитатель тут же прикрыл рот ладонями. И, надо сказать, причина для этого была. Вдалеке, прямиком рядом с дверями, которые были слегка приотворены, маячил до боли знакомый силуэт. Толком не разобравшись, кто это был, Солнце, тихо ойкнув, быстро сбежал с балкона обратно в комнату. Потоптавшись на месте, воспитатель, по-прежнему закрывая руками рот, прильнул к ближайшей стене, жмурясь и на миг замирая. Спустя пару минут каморка вновь погрузилась в тишину. Тиканье часов убаюкивало, погружая помещение в состояние покоя. Медленно открыв глаза, дневной воспитатель отшатнулся от стены. Он чувствовал себя странно и максимально непривычно: тело немного потряхивало, словно бы Санрайз прямо сейчас совершил что-то против системы, из-за чего ему необходимо было немедленно пройти перезагрузку и направиться в центр технического обслуживания. К счастью, наваждение прошло также быстро, как и началось. Убрав руки от лица, Солнце слабо мотнул головой. Что же он делает? Ему нужно срочно переговорить со сменщиком, пока тот опять не исчез куда-нибудь! К тому же, раз Луна вернулся после техосмотра, значит, теперь с ним всё в порядке, верно? «Я достаточно долго думал над причиной его поведения, но, как видишь, так и не смог её найти». Глубоко вдохнув и, тем самым, пытаясь выглядеть обыденно и непринуждённо, Санрайз в привычном для себя темпе направился к выходу из комнаты. Сделать он решил это не через балкон, а через нижний выход, чтобы не привлекать лишнее внимание. Аккуратно закрыв за собой небольшую дверцу, воспитатель двинулся вперёд, проходя мимо аттракционов и ловко огибая горки на пути. Совсем уже близко была регистрационная стойка, однако никого поблизости Солнце не заметил. — Хэ-эй, Мундроп, — решил подать голос воспитатель, думая, что тот где-то поблизости. Произносить имя сменщика было непривычно, так как Санрайз в основном старался не упоминать того в своих разговорах. — мне нужно… нужно поговорить с тобой! Это срочно. Слова Солнца, произнесенные достаточно громко, эхом разнеслись по пустому игровому залу. Свет хоть и был включен, но, казалось, темнота всё равно успевала скапливаться у стен. Она двигалась, изменялась, дышала и ползла вверх к потолку. Неуютное чувство настигало Солнце также быстро, как хищник свою добычу, хватало, больно и невероятно цепко. По спине пробежался холодок. Чувствительные рецепторы во всю кричали о чём-то недопустимо холодном и Санрайз, резко дёрнувшись, крутанулся на месте. Глаза у Луны были красными, что само по себе как-то жутко, учитывая его работу. Встретившись с ним взглядом, первое, что захотелось сделать дневному воспитателю — повернуться обратно. Впрочем, сделать он этого не мог, хотя бы потому, что пару минут назад сам кричал его имя, желая поговорить. И пусть Солнце первый вызвал Луну на разговор, единственное, чего ему хотелось — как можно скорее вернуться обратно в свою комнату. Мундроп выглядел уставшим и каким-то измотанным, вся его раздражённая поза так и твердила оставить её обладателя в покое. — Ну? — недовольный голос Луны пронзил образовавшуюся тишину и Солнце внезапно понял, что впервые видит его настолько близко рядом с собой. — Вы желали видеть меня? О, я весь во внимании. Даже сквозь недовольство было слышно, с каким ехидством обращается к Санрайзу сменщик. Собравшись с духом, Солнце, коротко кашлянув, хоть в этом и не было необходимости, проговорил в спешке: — Здесь недавно был Фредди, он попросил поговорить с тобой. Он спрашивал, в чём причина травм детей в твою смену, потому что это нехорошо и вообще, нас могут закрыть, а это ужасно. Меня не должны заменить, потому что это тоже ужасно. И тебя… могут заменить. Ужасно. Нужно прекратить очередные инциденты в твою смену. Ведь это безопасность. Я… мы отвечаем за неё, — выпалив всё, что хотел сказать, за несколько секунд, Санрайз замер, внимательно выглядываясь в лицо собеседника напротив. К огромному удивлению Солнца, Мундроп оставался абсолютно равнодушным. Для полноты картины ему не хватало, разве что, показательно зевнуть. — Это всё? — скучающе произнёс Луна, прищуриваясь. — Да… то есть, нет, — ладонями взмахнув перед собой, Солнце замялся. — ты ведь уже прошел техосмотр? Какие результаты? Сменщик промолчал, явно не торопясь с ответом. Санрайз чувствовал на себе внимательный, изучающий взгляд и, неловко переступив с ноги на ногу, повернул голову в сторону. — Допустим, — протянул Луна, делая пару шагов по направлению к Солнцу, так, что дневной воспитатель, кажется, мог разглядеть даже пуговицы на его кофте. — я абсолютно исправен. Тебе что за дело? — Мне? Мне ничего… — Санрайз вновь повернулся лицом к собеседнику, встретившись с ним взглядом. — но я переживаю за репутацию детского сада, поэтому, мне важно знать, будут ли прекращены несчастные случаи. — За ребятишек беспокоишься? Какая прелесть, — Луна игриво усмехнулся и максимально сократил дистанцию между ним и Солнцем, заставляя последнего сильно нервничать. — Но, знаешь… Прежде спокойный голос Мундропа внезапно наполнился незнакомой Санрайзу ранее злобой и раздражением. Он словно источал яд и, вполне возможно, мог отравить атмосферу вокруг себя на несколько метров. — …твои обязанности заканчиваются там, где начинаются мои. Только не расстраивайся, — на лице Луны появилась язвительная усмешка. — и прекращай лезть не в своё дело. До этого молчавший Санрайз, вздрогнув, чуть было не задохнулся от возмущения. Присутствие Мундропа рядом нервировало его, но, более того, Солнцу не нравился тон, которым с ним разговаривали. — Но, это моё дело! — возмущённо дёрнувшись, Солнце фыркнул. — И я так просто не могу… — Разговор закончен, — холодно оборвал его Луна, отворачиваясь и, судя по всему, собираясь как можно скорее покинуть этот зал. — Нет, не закончен! — горячо выпалил Солнце, от безысходности схватив сменщика за рукав кофты. — Ты… ты просто жалкий эгоист, вот ты кто! Думаешь только о себе, а сам собираешься лишить меня счастливой жизни? Ну уж нет! — Что? — дёрнувшись, будто его ударило током, Мундроп резко выдернул свой рукав из цепкой хватки Солнца. — Какая ещё, к чёрту, счастливая жизнь? Санрайз, насупившись, обиженно засопел. Пожалуй, он действительно выкрикнул кое-что лишнее, но это не отменяло того факта, что ночной воспитатель вёл себя просто отвратительно. Помня слова Фредди о возможном закрытии детсада из-за участившихся инцидентов, Солнце, если бы мог, расплакался бы прямо здесь. Конечно, он не знал, какие у Мундропа были причины для подобного поведения, однако ясным становилось то, что виной всему стал явно не сбой в системе. А раз так, то почему он решил, что вправе распоряжаться судьбой их детского сада? Судьбой самого Санрайза? Луна, оглядев Солнце снизу вверх, коротко рассмеялся: — Говоришь, лишаю тебя счастливой жизни? Я польщён, — отвесив шуточный поклон, ночной воспитатель расплылся в широкой улыбке. — Прекрати! — почти что взвизгнул Санрайз, обиженно сжав кулаки, чем вызвал ещё один приступ смеха у Луны. — Не могу поверить, что ты действительно так сильно жаждешь ежедневно подтирать детишкам задницы, — ухмылка Луны медленно переросла в самый настоящий оскал. — весьма и весьма забавно. Солнцу показалось, что до этого момента он никогда ещё не испытывал настолько сильный прилив энергии. Маленькими волнами она поднималась из груди и расходилась по телу. Хотелось закричать, вскрикнуть, высказать всё и сразу, без остановки. Улыбка Мундропа, наблюдавшего за ним, кажется, стала ещё шире. Вполне вероятно, что тот просто злил его, специально пытаясь вывести из себя. — Или же твоя «счастливая жизнь» — просто бесцельное существование в стенах этого садика? — тем временем продолжал Луна, медленным шагом преместившись куда-то за спину стоявшего неподвижно Солнца. В голосе ночного сменщика скользило явное любопытство, от которого Санрайзу становилось ещё более неприятно. — Моя «счастливая жизнь» тебя не касается, — пытаясь успокоиться, проговорил дневной воспитатель. — ты не имеешь никакого права лезть в неё и, тем более, как-то нарушать! — Даже так, — хмыкнул Мундроп. Судя по всему, теперь он пребывал в абсолютном веселье. — и кто же меня остановит? Неужели ты, Солнце? Слышать своё имя от кого-то, вроде Луны, Санрайзу было странно до дрожи. Дневной воспитатель и не предполагал, что его сменщик окажется таким неприятным типом. Без малого — эгоист, который готов портить жизнь другим просто потому, что ему захотелось. Солнце злился. Злился, прежде всего, на себя, за то, что допустил подобное. Ранее он и представить не мог, что ситуация в детском саду будет зависеть от такого аниматроника. — Фредди… обещал зайти сегодня. Тебе тоже нужно будет появиться, — тихо пробормотал Солнце, опустив взгляд на пол. — это всё. За его спиной послышалось громкое фырканье и, несколько мгновений спустя, шорох. Обернувшись, Солнце обнаружил, что Мундроп исчез. Исчез ровно также внезапно, как и появился.