Про летний дождь и жар на щеках

      Лето в этом году беспощадно жаркое. От палящего солнца спасает укромное место под раскидистыми дубами. Здесь приятная прохлада и мягкая трава, раскрывается вид на небольшую полянку. Все яркое, теплое, солнечное, все залито светом. От одного вида на душе становится спокойно, тихо и радостно-радостно, но Влад, конечно же, об этом никому не скажет. Они молчат, наслаждаясь этим раем на Земле, разглядывают поляну, слушают журчание реки неподалеку отсюда и отказываются наотрез думать о чем-то плохом. Варя позволяет себе расслабиться, укладывая голову на плечо Влада. Она мечтательно улыбается, искренне и по-настоящему. Смотрит вдаль, думает. Я хотел бы посмотреть на мир ее глазами, — проносится в голове у Влада. Эту мысль он с непонятной, невысказанной нежностью хранит в своем колючем сердце. Волосы щекочут ему шею. Ветер играет с темными длинным прядями. Солнечные лучики бродят по лицу: скачут по розовым губам, около прищуренных глаз, на бледных щеках. Варя даже не знает, насколько она сейчас красива. Влад замечает это в каждой детали. Ловит себя на том, что засматривается. Он поспешно отворачивается. Смотрит на полевые цветы, на домик неподалеку, на качающиеся ветви деревьев. Летний ветерок становится настоящим спасением для его, Влада, пылающих щек. Он прекрасно знает, что румянец — последствие долгой прогулки под солнцем. Реакция на Варю давно не такая — Варя вызывает у него радость, страсть, столь необычную для Влада нежность, а иногда — злость. Смущение они оставляют на начальных этапах, где-то два года назад. Подставляясь под ветерок, Влад прикрывает глаза. До слуха доносится тихий, абсолютно счастливый смех. Они поворачивают головы одновременно. Волосы Вари, распущенные и освобожденные от дежурной косы, лезут в лицо. Влад хмыкает, пытаясь понять, что вызвало веселье у Вари. Та протягивает ладонь. Кончики тонких пальцев холодные, — это Влад тоже замечает. Иногда он пугается сам себя, своей внимательности и полной перемены характера, когда дело касается Вари, но потом понимает, что по-другому не может. Варя касается его алых подпаленных солнцем щек аккуратно, не давя. Что-то нежное, такое же, как летний ветерок, умирает внутри Влада и вновь возрождается. Лето жаркое, прежде Влад такого не припомнит. Солнце даже днем горит оранжевым, не желая ни на денек уступить дождям. Рассвет наступает рано, закат — поздно; алые краски прольются на небе ещё нескоро, ещё долго солнце будет в зените. Влад никогда не признается, что готов подставляться солнечным лучам и плавиться под ними, лишь бы холодные ладони продолжали аккуратно касаться лица. Да, никогда бы не признался, — повторяет про себя Влад, будто бы Варе и без этого не будет ясно. Варя — чуткая и внимательная, поэтому, когда Влад позволяет себе прикрыть глаза, она лишь улыбается. Они увлекаются своими мыслями и друг другом настолько сильно, что пропускают момент, когда тучи набегают на солнце. Первые капли едва различимы, но через пару минут дождь заливает с новыми силами. Варя вскидывает голову, когда между ветвей деревьев на них капает вода. — Удивительно. Небо хмурится. Небо плачет. — Идеальных дней не бывает, — настроение Влада ничуть не меняется. — Что-то должно было пойти не так. Варя смеётся. — Дождь ничего не портит. И ничего не меняет, думается Владу. Он чувствует, как его берут за руку, позволяет утянуть себя долой из укрытия на поляну, где льёт как из ведра. Они промокают до нитки сразу же: летний ливень, никак подарок судьбы, не щадит никого. В мокрой одежде они отбрасывают стеснение и остатки серьёзности. Их никто не видит, а лишние преграды ни к чему. Лето в этом году жаркое. Оно обжигает, грозится выжжечь Землю. Но оно так же полно сюрпризов, оно остаётся невероятным. Когда налетает прохладный ветерок или проливает летним дождём свои слезы небо, лето кажется удивительным. Влад запоминает его надолго. Они бегают друг за другом, смеются, сбивая дыхание, даже танцуют — каждый миг на одинокой поляне принадлежит им и только им. Солнце скрылось за тучами. Солнце Влада продолжает светить. Жар на его опаленных щеках утих. Жар в его сердце не утихнет никогда.