Первый урок

      Чайлд лежал на широкой кровати в небольшом номере гостиницы Гёте и будто бы в замешательстве хмурил рыжие брови, размышляя. Зачем он понадобился в Мондштадте самой лишь Царице известно: ситуация была плотностью под контролем Синьоры и даже Сердце Бога Барбатоса уже было в её аккуратных, но от того не менее надежных, руках. Аякс мотнул головой, отгоняя от себя лишние мысли. Думай не думай, а результат меняться от того не будет - он, одиннадцатый предвестник, был здесь, в Мондштадте, краем уха слушая, как делегация Фатуи на первом этаже распивали привезённую из Снежной водку и под гитару пели знакомые почти до зубного скрежета песни.       По дому... признаться, скучалось. Не лучше делало и отношение местных к Фатуи: не в пример жителям Ли Юэ, Мондштадцы явно не понаслышке знали о коварстве и хитрости последователей Царицы. Виктор, неустанно стоявший в соборе, тихо вздыхал: Мондштадт был бы значительно более приятным и красивым, если бы не его жители, открыто выражающие свою неприязнь.       Однако мрачные мысли не задержались в рыжей голове надолго: воспоминания о Ли Юэ заставили юного предвестника вспомнить и Моракса. Чайлд слабо улыбнулся, вспоминая мужчину: страстный, сильный, могущественный. Именно то, чего жаждал Аякс, именно то, что было ему нужнее кислорода. Нужнее даже, пожалуй, бесконечной кровавой битвы, которой Чайлд существовал с тех пор, как вышел из бездны и до встречи с одним лишь консультантом похоронного бюро. Даже несмотря на обман, Тарталья отдавался Чжун Ли самозабвенно и был тем абсолютно доволен.       Узнав же о предстоящей деловой поездке любовника в Мондштадт, Чжун Ли нахмурился, но ничего не сказал. Лишь позже предостерёг: ни под каким предлогом не приближаться к бардам. Особенно если барды любят выпить. Особенно если у бардов есть Глаз Бога. Чайлд тогда лишь хмыкнул, списав предостережение на какие-то архонтовы заморочки, коих немало порой предвестник замечал в Мораксе. Впрочем, тогда Чайлд даже не попытался обдумать напутствие Чжун Ли: драконий член ощущался внутри столь явственно, что думать о чем-то другом казалось по меньшей мере кощунственным. Воспоминания об их последнем сексе сладко отдались теплом где-то внизу живота. Чайлд прикрыл глаза, опуская руку и слабо сжимая член через ткань штанов, как вдруг откуда-то подул слабый ветер, а затем раздался негромкий хлопок и на бёдрах Чайлда неожиданно оказался немалый вес.       Аякс резко распахнул глаза, материализуя в руках водяные клинки, рефлекторно ими закрываясь, и замер. На осознание ситуации ушло несколько долгих секунд. На его бёдрах сидел... мальчишка? По-другому ночного гостя язык не поворачивался назвать - слишком уж молодо он выглядел, хитро улыбаясь, пока на его поясе, в свете луны, поблескивал Глаз Бога.       — Убери клинки, мальчик, я тебе не враг — с ухмылкой произнёс он, проводя руками по груди и животу Аякса, прикрытыми тканью одежды, — Вот ведь, а Моракс умеет прятать любовников. Но я всё равно нашёл, отметил тебя этот старый ворчун, — он захихикал, останавливая руки на груди, полностью игнорируя переливающиеся клинки словно их нет и в помине, — Наверняка сказал не приближаться к бардам, так ведь? Точно боится, что заберу его сокровище!       Пока странный гость продолжал тихо посмеиваться, Чайлд лишь нахмурил брови, размышляя. Он никогда не был столь глуп чтобы не понять сразу, кто был перед ним: не только по словам о "старом ворчуне", но и сам парень, несмотря на внешний вид, словно излучал силу, чем-то напоминающую силу Моракса. Архонт. Барбатос. Известный как самый слабый среди нынешней семерки, Архонт Ветра, Свободы. И, тем не менее, именно он сидел на его, предвестника Фатуи, бёдрах, вполне однозначно елозя задницей на полувозбужденном половом органе, прикрытом лишь тканью штанов. Клинки исчезли сами собой.       — И что же это должно значить, Барбатос? — Аякс, хмурясь, задал самый очевидный вопрос, предупреждающе смотря в хитрые глаза напротив, однако, вновь задумавшись о сказанном, произнёс, — Постой, какие любовники?       Барбатос искренне расхохотался, падая вперёд и утыкаясь Чайлду в грудь. Тарталья же глубоко вздохнул, успокаивая самого себя. Это ведь просто глупый архонт бардов, перебравший алкоголя, верно?       — Не зови меня Барбатосом, мальчик, моё имя Венти, — наконец успокоившись, архонт снова вернулся в прежнее положение, вновь поглаживая чужую грудь, — И первый ты у Моракса, не беспокойся. Другие его характера не выдержат, даже я б свихнулся. А ты вон, целехонький…       Чайлд от удивления вскинул брови, однако заметно успокоился. Неожиданная даже для самого Аякса некоторого рода чувствительность определенно была обоснована тем, что член из полувозбужденного состояния от действий Венти перешёл в полную боевую готовность. Точно. Очевидно.       — Ты не ответил на мой первый вопрос, — Аякс оглядел елозящего на нем архонта и усмехнулся, — Венти.       — Научу тебя кое-чему, — словно и не заметив чужой колкости, Барбатос хитро подмигнул, отнимая, наконец, руки от Аякса и расстегивая уже собственную рубашку, нарочито медленно оголяя каждый сантиметр собственной кожи, — Ублажишь по возвращении своего старикашку, глядишь, обрадуется…       Довольно ловко и, кажется, вполне привычно справившись с пуговицами, Венти приподнялся, стягивая ещё и шорты, под которыми предсказуемо ничего не оказалось, что самого барда, похоже, совершенно не смущало. На свет показался пусть и не самый большой, но очень даже милый член, что бодро стоял, слегка покачивающийся из-за елозящей на чужом паху заднице, пока белые чулки, притягательно обтягивавшие бёдра, отвлекали на себя часть внимания. Голова Чайлда осознавать ситуацию не хотела совсем, а вот головка давным-давно была готова перехватить инициативу, до тех пор полностью принадлежавшую разуму. В сексе с архонтом ведь нет ничего плохого, верно? Тем более если этот архонт - Барбатос… В конце концов, их отношения с Чжун Ли не были связаны никакими особыми обязательствами, так что Аякс решил, что возражать - себе дороже, а потому резво, под пристальным взглядом Венти, стянул с себя собственную одежду. Член, выпущенный из её оков, тут же выпрыгнул, мягко стукаясь о живот и всецело привлекая внимание архонта.       — И с таким достоинством ты снизу? — он присвистнул и, не удержавшись, лизнул головку, заставляя Чайлда поджать пальцы на ногах — Впрочем, старый ворчун свою задницу даже под страхом смерти не подставит. А она у него ведь что надо... — мечтательно протянул архонт, приходясь языком по чужому "достоинству", — А в прочем, тебе может и подставит. Любит ведь, дракон недоделанный…       Чайлд зарделся, тут же отворачиваясь. Даже столь большое внимание Венти к его, Аякса, члену, не смущало так сильно, как упоминание чувств Чжун Ли.       — Любит, не сомневайся, — чмокнув чужой член, заверил архонт, хитро улыбнувшись, — Уж я эту энциклопедию ходячую наизусть знаю, поверь. И ты узнаешь... не всё сразу, но он позволит.       Венти, похоже, решил, что больше отвлекаться не стоит, а потому, не теряя больше ни минуты, обхватил головку члена губами, слабо посасывая и проходясь по ней язычком. По телу Чайлда волнами расходилось удовольствие, а сердце от слов архонта трепетало, словно птица в клетке: неужели его мальчишеская, наивная любовь взаимна? Он ведь об этом даже мечтать не смел... Консультант похоронного бюро, бывший архонт, всегда казался недосягаемым. И Чайлд, осознав свою влюбленность, даже не надеялся, что кто-то вроде Моракса даст ему хотя бы шанс. Даже когда они стали секс-партнёрами, Чайлд считал себя не более, чем удобным для Чжун Ли вариантом, лишь вовремя попавшимся под руку. Теперь же… что-то изменится, верно?       Улыбаясь своим мыслям, Аякс неосознанно положил ладони на голову Венти, уже начавшегося двигаться на его члене. Архонт же стоял над ним на четвереньках, продолжая крутить задницей: собственный стоящий член явно доставлял ему дискомфорт, но отсасывал он не в пример самозабвенно, явно со знанием дела. Так, что совсем скоро Чайлд осознал себя громко стонущим, и, к тому же, почти на грани. Внизу живота всё сжималось перед оргазмом, ноги сводило от возбуждения, а в глазах плясали мириады звёзд. Но Венти внезапно отстранился и, облизнувшись, оглянул Чайлда, задерживая лукавый взгляд на подрагивающем от возбуждения, истекающем смазкой члене и улыбаясь.       — Что ты делаешь?! — негодующе захныкал Чайлд и попытался двинуть бёдрами вверх, в попытке достигнуть чужого рта или хотя бы чужих рук. В попытке достигнуть столь желанного оргазма, который Венти так безжалостно оттянул.       Архонт, однако, подобной наглости не допустил, прижав бедра Аякса к постели, и, для собственной уверенности, сжал чужой член у основания. Ноги Чайлда начало трясти, а внизу живота почти болезненно тянуло.       — Чего-то хочешь, мальчик-милашка? — словно издеваясь, вопросил Венти и Чайлд, изредка запинаясь, взмолился:       — П-позволь мне кончить, прошу! Я с-сейчас умру!       Венти демонстративно закатил глаза и тихо пробубнил что-то про ворчливых предвестников и Фатуи. Аякс этого не услышал. Всё, чего ему сейчас хотелось - кончить, желательно на лицо этому наглому архонту. Просто… чтоб знал. Чтоб… не зазнавался. А Венти, сжалившись наконец, член его отпустил, помогая достигнуть долгожданной разрядки лишь двумя движениями руки, тут же подставляя личико с открытым ртом. Чайлд громко вскрикнул и, выгнувшись, кончил: сперма брызнула акурат на чужой язык, пачкая, к тому же, губы и щеки.       Прошли долгие минуты, пока Аякс, отдышавшись, выругался на родном снежном. Венти, уже слизав с губ всю сперму, понимающе кивнул и мягко погладил чужой живот, стараясь не касаться опавшего члена.       — Ну что, понравилось? — архонт склонил голову вбок, с интересом вглядываясь в лицо предвестника.       — Глупый вопрос… — блаженно выдохнул Чайлд, из-под ресниц глядя на улыбающегося Венти, на щеках которого все ещё блестело что-то белое… и это что-то тут же напомнило о другом, — Постой, а как же ты?       Венти, вновь рассмеявшись, приподнялся, демонстрируя свой уже успевший опасть член:       — Разве ты не заметил, когда я кончил?       И правда, теперь Аякс припоминал что-то такое: Венти взял до невозможного глубоко, почти уткнувшись носом в пах, пока его рука потянулась куда-то вниз, задержавшись на несколько мгновений, и приглушенно простонал. Чайлд, пожалуй, потому это и запомнил: стоны отдавались приятной дрожью чужого горла, из-за чего сам предвестник выгнулся от накатившего удовольствия.       — И правда... — Аякс слабо улыбнулся, протягивая руку и укладывая ладонь на чужую щеку, прямо поверх оставшихся капель спермы, слегка смазывая их, — К слову, научиться отсасывать столь хорошо вообще реально?       — Конечно. Нужна только практика… — Венти подластился под руку, прикрывая глаза, а голос приобрёл учительские интонации, — Хотя, пожалуй, то, что сделал я можно и с посредственными навыками провернуть. Главное хорошо чувствовать ситуацию: когда тот, кому ты... когда Моракс почти готов кончить и когда возбуждение на пике. Иначе последствия будут не самыми приятными. Но сделаешь правильно и… результат оправдает себя.       — Так этому ты и собираешься меня научить? — Чайлд еле заметно выгнул бровь, выжидающе смотря на архонта.       — Именно, — лукаво усмехнулся Венти, подползая выше, и, удобно устроившись на груди предвестника, прикрыл глаза, — Это был лишь первый урок.