Рок-группа "Taivat"

Аплодировали все. Это Венти помнит чётко. Где-то рядом с ним визжала парочка девчонок и обнимались плача от всего, что происходило. Он и сам плакал. Венти впервые посвятили песню, спели при всех, но только для него. На сцену летели мягкие игрушки, о Архонты, кто-то кинул свой бюстгальтер. Группа прощалась с фанатами ещё минут пятнадцать. Алатус: подходи к чёрному входу где вход в гримёрку и на сцену Алатус: в этот раз тебя обязательно найду Лишь два сообщения, что барабанщик написал ему ещё находясь на сцене, заставили парня с косичками закусить губу. В нём сейчас такие противоречивые чувства. Венти хочется поколотить старшего за такой шокирующий момент, но в то же время хочется с разбегу прыгнуть в его объятия и не смотря на окружающих поцеловать так сильно, нежно и чувственно, как только он умеет. Когда люди стали выходить из помещения, то Барбатос со всех ног понёсся к выходу, чуть ли не теряя свой берет.

***

Концерт оказался триумфальным. Такого ажиотажа никогда не было на их выступления, как в этот раз. Если посмотреть информацию на сайте, то предзаказы альбома давно превысили их рекорд.  — ты куда так торопишься?! — Казуха вырывается из цепких лап фанатов, что активно делали фотографии их группы и в особенности Сяо. — мы хотели сходить выпить!  — я ненадолго! — барабанщик проворно ускользает и исчезает из поля зрения всех людей в радиусе двадцати метров, если не больше. Алатус торопился найти Венти, заключить в свои объятия и наконец-то признаться. На улице довольно прохладно. Бывший вокалист ёжится от пронизывающего ветра и прячет замёрзшее лицо в вороте куртки.  — давно не виделись, — знакомый голос раздаётся за спиной. — Сяо. Перед Алатусом он. Тот человек, что нагло пользовался им, тогда ещё влюблённым. Молодой человек практически не изменился: всё такая же причёска, то же самое лицо, губы на которых играла наглая улыбка.  — что тебе надо? — взгляд барабанщика сразу стал жёстче и злее, его брови нахмурились, придавая человеку более гневный вид. — нет, не так… Какого хуя ты здесь забыл?  — а ты всё так же груб, — его бывший притворно смеётся и так же лживо смотрит на него с нежностью. — посвятил мне песню, всё так же сохнешь по мне? У Сяо ладони сжались в кулаки, короткие ногти впились в кожу, оставляя красные следы полумесяцы. Он не хотел вспоминать как был ходячим кошельком этого человека, как его не ценили, не давали ответную заботу. Сяо не хочет вновь окунаться в прошлое.  — эта песня не для тебя.  — да кто у тебя ещё может быть?! — блондин словно зарычал. — ты же никому не нужный, бесполезный и эгоистичный музыкант, что думает только о себе! Желание проехаться кулаком по этой роже росло с каждой секундой.  — эгоистом из нас был только ты, — Сяо глубоко вдыхая, стараясь успокоить себя. — ты использовал меня как тебе удобно, а потом просто свалил в туман к богатому мужику после той аварии. — его голос был спокоен, но в душе словно разбушевался океан. Это молчание после, оно напрягало. Барабанщик в один момент захотел спрятаться о то всех, закрыться в себе, но задорный, дрожащий и почти плачущий голос выдернул его из отвратных мыслей.  — Алатус! — Венти выглядел так, словно пробежал целый марафон. — Алатус! Барбатос, не замечая незнакомца, с разбега прыгает в объятия старшего, зная, что его поймают. И Сяо ловит, обнимает крепко-крепко, утыкаясь носом чужую шею и приподнимая парня над землёй. Человек из прошлого уходит на задний план, а эти косички, что прямо сейчас щекочут нос Сяо, занимают всё подсознание музыканта.  — какого чёрта ты мне не сказал?! — младший шмыгает носом и шуточно бьёт парня по спине своим кулачком. — я там чуть в слезах из-за тебя не захлебнулся!  — кхм, — сзади раздаётся покашливание и Венти уже хочет развернуться и посмотреть, но рука Алатуса останавливает движение его головы и прижимает ближе к себе. — я вам не мешаю?  — мешаешь, — спокойно отвечает Сяо и показав свободной рукой фак, начинает делать осторожные шаги назад. — давай, исчезай из моей жизни опять, желательно навсегда. Барбатос не сопротивляется, лишь смеётся и виснет на старшем как коала на эвкалипте.

***

Казуха лично уговорил и Сяо и Венти пойти вместе с ними в бар. Помимо Венти и всех ребят из группы, к ним присоединились брат и сестра Камисато. Сяо не был против такой шумной компании.  — вот представьте какой он хороший лжец! — выпивший Каэдэхара нагло тыкал самого старшего в ногу, но тут же получил подзатыльник от Скарамуччи. — самый хитрожопый среди нас! Алатус делает жест «рука-лицо» и уже хочет придушить главного вокалиста. Казуха единственный не с шилом в жопе, а самой настоящей дубиной. Венти, тоже уже под градусом, лишь хихикает и осторожно чмокает парня в щёку.  — ну пусть поразвлекается немного, — после его слов желание убивать стало чуточку меньше. — ты мне кстати что-то хотел сказать.  — да, — поставив стакан с алкоголем на столик, Сяо разворачивается всем корпусом к Барбатосу. — если ты сейчас скажешь «пизда», пизда будет тебе и я ничего не скажу. Венти тут же закрыл рот. Вот же ж мелкий. Глубоко вдохнув и выдохнув, Алатус припадает к чужим губам, целуя так, словно прочитал мысли Венти. Рядом с ними слышится одобрительный гул, смущённый писк Томы и Аяки в унисон, а после:  — с тебя сотка, Казу.  — да ну нет!