Рождество – самый лучший праздник, с этим вообще-то трудно поспорить

Чонгук споткнулся о стоящий перед дверью камень и уже в двадцатый раз мысленно послал Тэхёна вместе с его собакой, которую нужно выгуливать. Животное, конечно, милое, но на улице -15, а в куртке и тонкой кофте очень даже холодно. - Чёрт возьми, ну почему именно я? – отплёвываясь от снега, Чон встал и продолжил путь к высокому зданию впереди, вышеупомянутый Ёнтан посеменил за ним. – Где он там сегодня выступает? Естественно не ожидая ответа, потому что: если Бог разговаривает с тобой – это шизофрения, Чонгук начал громко материться в динамик телефона, понимая, что Ким не послушает. Нет, ну а что вы хотели? Встречаться с участником довольно известной группы изначально тупая идея, но Чонгук уже влип в это «дерьмо» и, кстати, выбираться не планирует. Сначала они просто дружили: переписывались, гуляли, разговаривали часами – после, это переросло в самые неловкие отношения, которые Чон когда-либо видел. Сейчас, правда, эта стадия прошла и о ней глупо вспоминать, но Чонгук не был бы собой, если б не делал этого. - Что ж, ну хоть вечером вместе посидим. – стоило этой мысли прийти в голову, Чон засветился и совсем забыл про обиду, граничащую со злобой.

***

Рождество – самый лучший праздник, с этим вообще-то трудно поспорить. Тэхён глупо улыбается и поднимает на руки любимую собаку, медленно её покачивая. Чонгук совсем не ревнует, нет, что вы. - Чонгук-и, спасибо, что зашёл за мной с Ёнтан-и, я уж думал придётся одному топать до дома. – иногда этот высокий, татуированный, подкаченный брюнет вёл себя совсем как ребёнок. Это и умиляло, заставляло влюбляться сильнее. - Давай уже пойдём. Нужно успеть заехать за пирогом к твоей маме, не хочу, чтобы она на меня обиделась. – Чон пытался выглядеть серьёзным и взрослым, но всё разрушилось, стоило только чей-то тёплой руке оказаться на его талии. - Не переживай, ты же прекрасно знаешь, она не обидчивая. – Тэхён притянул его ближе к себе и попытался поцеловать, когда Ёнтан поднялся на задние лапы и уткнулся носом в лицо Чонгука. – Я же говорил, ты ему понравился. - Тэ, мы живём вместе уже три года, естественно, я ему понравился. – раздражение из-за прерванного поцелуя хоть и появилось, но через секунду уже ушло. Полабызаться они ещё успеют дома. – Всё, пошли. Выходить на улицу не хотелось, но, конечно же, пришлось. - Блять, почему так холодно? Мы ж не в Антарктиде. – а иногда этот высокий, татуированный, подкаченный брюнет громко матерился, курил и пытался склеить Чонгука силой собственной харизмы. - Сейчас декабрь. Ты ожидал солнца и моря? – на самом деле, если бы концерт был немного раньше – говоря совсем честно концерт можно было перенести, а вот Чонгуково желание отметить дома нельзя – они были бы во Франции, грелись при +15 и спали под тёплыми одеялками. - Я ожидал Эйфелевой башни и круассанов с кофе. - Ради карьеры певца нужно чем-то жертвовать. – Чонгук открыл наконец дверь машины и посмотрел на парня. Лицо его было грустным, словно задели что-то глубоко внутри, такое детское и невинное. Наверное, если семилетнему ребёнку сказать, что он зря написал письмо Дед Морозу и ему ничего не подарят, взгляд будет именно такой. – Ладно, в следующий раз мы точно съездим, даже если у вас будет концерт. Их же можно переносить? - Если они вне тура, то можно. – он вмиг посветлел и улыбнулся, садясь в машину. - Значит, решили. А теперь, поехали к маме. Ёнтан уже бегал по задним сиденьям, а Тэхён включал радио. Чонгук определённо любит это Рождество.

***

Гирлянда горела разноцветными огоньками, ёлка переливалась золотыми лучами, по комнате витал запах праздника и маминого пирога. Чонгук мягко перебирал тёмные волосы Кима, лежащего у него на коленях. Тепло. Тэхён то и дело посматривает на праздничный стол, но не подходит, уже пытался, за это и получил слабый нагоняй от Чона: «Это к празднику». Совершенно не понятно зачем так готовиться, они даже отпраздновать нормально не успеют; в три часа ночи за ними зайдут друзья, потому что любоваться ночным городом во время празднования одно удовольствие. - Чонгук-и, ты точно уверен, что у нас нет дисков с нормальными фильмами? – только сейчас Чон посмотрел на телевизор, шла какая-то третьесортная комедия вперемешку с фантастикой и это определённо не тот случай, где настолько плохо, что хорошо. - Не уверен, но проверять не буду. Ты и так заставил меня дойти до того клуба, мне слишком лень. - И как же ты собираешься гулять ночью? – брюнет приподнял голову и посмотрел на Чона с явной такой усмешкой. - Я поем, наберусь сил и пойду. Секрет успеха прост. - Ну раз ты не будешь, то и я не буду. – он уронил голову обратно и подлез под пальцы, намекая продолжить этот "массаж". За просмотром этой плохой попытки стать комедией прошло два часа. Чонгук, если честно, подзаебался слушать наложенный смех и пару раз хотел побежать к шкафу искать любой другой фильм, но такое расслабленное и уставшее лицо Тэхёна заставляло оставаться на месте и смотреть дальше. Блять, ну почему Чон так любит этого придурка. Официально ведь они даже не в отношениях, хотя на деле трахаются, вместе спят, живут в одной квартире и на предложения познакомиться говорят, что заняты. Никто никому ничего не предлагал. И Чонгук, если честно, всю эту официальную сторону ебал, так ведь проще, но родители вопросами донимают, а это уже не решить так быстро. - Гук-и, можешь, пожалуйста, ответить на звонок? – видимо, он слишком долго был в своих мыслях. Где-то, на краю дивана, и правда лежал телефон. Чонгук провёл пальцем по экрану, отклоняя звонок, и посмотрел на время. - Так, Тэхён, пора просыпаться. Давай. Сейчас уже родственники звонить начнут. – Ким покрутил головой и встал, поскрипывая костями. В его взгляде так и читалось: «Я тебе какое плохое зло сделал?» Тихо цокнув, Чонгук перезвонил маме и сел за стол. Тэхён пришёл через пару минут уже бодрый и с мягкой улыбкой на обкусанных губах, он сел напротив и наклонился к столу, выкладывая получившуюся фотку в инсту; подписчики будут рады его поздравлению, хотя, может быть, это просто формальность, как когда тебе на день рождения звонит родственник из села Пидорово, который видел тебя, бегущим под стол. В общем, это не важно. Главное, что они сидят сейчас напротив друг друга и счастливо улыбаются, отправляя первый глоток шампанского в рот. - Люблю тебя, Гук-и. - И я тебя, Тэ. – слишком смазливо и сладко для рождества, но Чонгук готов послать каждого, кто так думает, лично, потому что он правда любит и потому что его правда любят в ответ.