***
А вот и тот редкий случай когда кто-то там сверху проявляет снисходительность, стирая прописанную судьбу, позволяя начать всё сначала. Детский плач разносится по комнате. Пятнадцатилетний Шиничиро Сано подрывается с места, буквально кубарем подлетая к кроватке малыша. Вспоминая наставления деда он в попытках успокоить маленького (о Боже! Как неожиданно!) Такемичи чуть сам не начинает плакать. Заполненные слезами голубые глазки открываются, судорожно зрачки бегают из стороны в сторону, по итогу цепляясь за тревожное лицо над кроваткой. - Мичи? Голодный наверно, да? Или животик болит? А может зубки? - О, Шин был в панике. Его целью было успокоить Такемичи любым способом, иначе Майки, Изана и Эмма тоже проснутся и тогда эта ночь станет катастрофой. - Давай я тебя покачаю на руках?- продолжая беседу с ребёнком, старший из детей Сано, сражаясь с внутренней паникой, поднимает это хрупкое тельце на руки, позволяя цепляться за волосы и больно щипать щеки. Как говориться "Чем бы дите не тешилось", верно?...***
(Прошло 3 года) Еще не до конца уверено, но громко по деревянному настилу раздается топот маленьких ножек вперемешку с заливистым детским смехом. - Я все равно догоню тебя! - не менее весело звучало вслед от Изаны, что гнался за Такемичи который, между прочим, стащил у старшего, последнее, прошу заметить, печенье.