Я подарю тебе букет полевых цветов

Накахара проснулся от холода. Повернув голову назад, он посмотрел на Дазая. Шатен забрал всё одеяло себе и мило сопел. Осаму как-то морщился, то ли от холода, то ли от того что ему снилось. Чуя улыбнулся. Он не стал будить Осаму, просто поправил одеяло и подошёл к окну. На улице всё ещё шел дождь. Чуя безумно любил такую погоду. На часах было десять утра, но из-за того, что было настолько пасмурно, казалось, что уже вечер. Чуя снова оглянулся, посмотрел на спящее лицо Дазая и улыбнулся. Как же мило он морщится во сне... А ведь буквально пару минут назад, рыжик хотел уже взять подушку, и кинуть ею в Осаму. Накахара пошёл на кухню. Он поставил чайник и начал прокручивать все моменты вчерашнего. — "Вчера Осаму был какой-то другой... Более романтичный.." — мысленно произнёс Чуя. Щеки рыжика резко обрели красный оттенок. Чуя испытывал симпатию к Дазаю с пятнадцати лет. Все четыре года, он смотрел на шатена влюблённым взглядом, сам того не замечая. Но год назад его симпатия резко пропала. Он резко стал холодный в дружбе с Дазаем, иногда даже грубил ему. Были ссоры, но короткие. Дазай зачастую первый извинялся. В итоге, у них появились свои шутки и своя манера общения. Часто подкалывали друг друга, часто смеялись с этого же. Это не влияло на их самооценку, так как они были уверены, что думают о друг друге совсем по другому и это всего лишь шутки. — "Вчерашний вечер безумно греет мне душу. Чувствую то же, что и год назад..." — снова в мыслях произнёс Чуя. Дверь открылась. В комнату зашёл сонный Осаму. На нём были одеты одни джинсы. Тело у шатена безумно сексуальное. Оно не было перекаченное, но его фигура была довольно стройная. Шикарный пресс, накаченные руки, бледная, но не совсем, кожа. Чуя не заметил, как смотрит на него уже минуту. — Чу, сделай кофе пожалуйста. Я пока пойду в душ. — сказал Осаму, и вышел с кухни. На плите уже вовсю кипел чайник. Чуя не мог сосредоточиться на реальности. Накахара вышел со своего мира, только когда вода с плитки полилась на стол, на который Чуя поставил руку. Рыжик обжёгся. Парень моментально убрал руку, получив болевой шок. Он быстро выключил плитку, подошёл к раковине, и начал мочить ожог холодной водой. — "Чёрт. Мне нужно угомонить свои чувства хотя бы при Осаму. Ранее, я мог их скрыть, так почему же сейчас я веду себя как четырнадцатилетняя девчонка?!" — он злился на самого себя. Он не хотел снова влюбляться в кого-то. Особенно в Дазая. Так как Осаму мог бы узнать о его чувствах и дружбе придёт конец. Чуя держал обожжённую руку. Когда вода лилась на руку было не так больно, но Чуя должен был сделать кофе своему другу, поэтому Накахара выключил кран и подошёл к плите. Дверь на кухню снова открылась. Осаму посмотрел на своего друга. Он увидел, что тот вытирает мокрый стол левой рукой, а правую держит около губ. — Что-то случилось? — взволнованно спросил шатен, подойдя к своему другу. Накахара обернулся. Сам того не замечая, перестал вытирать стол. Он внимательно смотрел на Осаму. Сейчас Дазай выглядел настолько сексуально, что Чуя на секунду забыл как дышать. Мокрые капли с волос капали ему на ключицы, а после спускались к груди, к прессу и останавливались на полотенце, которым шатен обмотал нижнюю часть тела. Рыжик следил за каждой капелькой. Парень забыл про ожог, он уже будто и не болел совсем, но новая резкая боль последовала за ожогом. Голубоглазого будто пырнули ножом внизу живота. Он почувствовал тяжесть в паху и его щеки загорелись алым цветом. Накахара выбежал с кухни, в ванную. А Осаму кинул непонимающий взгляд. Он не очень понял, что происходит, но заподозрил. Только, из-за чего он завёлся... — "Он так и не сделал кофе..." — посмотрел на пустую чашку, подумал шатен. Парень сам взял две чашки и стал делать кофе им обоим. Чуя задыхался сидя в ванной. — Нет, нет, нет, нет, нет!! — быстро произнёс Чуя. — Я не могу. Он парень, я парень, он мой друг в конце концов. — Чуя заплакал. Когда у него была симпатия ранее, у него не было сексуальных фантазий, мыслей о поцелуях, и так далее. Он смотрел на Осаму с некоторым восхищением, смотрел и думал: "какой же он красивый" и максимум, что ему хотелось - это обнимать Дазая 24/7. Тогда он даже не считал это симпатией. Он считал это просто восхищением и ничем более, кроме как отношения между кумиром и его фанатом. Но сейчас всё изменилось. Изменилось в худшую сторону. Как у него! У человека, от которого без ума половина девочек с университета; мог встать на мужчину. Так ещё и на лучшего друга. Ужасно. — Я не буду к себе прикасаться. Это мерзко. Если Дазай об этом узнает, то нашей дружбе точно конец. — Чуя заплакал. Он ногтями начал царапать себе коленки. И стал ждать, пока всё снова станет на свои места. — Прошло уже почти десять минут, а его до сих пор нету. — Осаму посмотрел на кухонные часы. Начиная себя накручивать мыслями о том, если он в ванне вскрылся; шатен выбежал с кухни. Он постучал в дверь в ванной. — Чуя, с тобой всё в порядке? — взволнованно спросил кареглазый. Чуя вздрогнул от неожиданности и запинаясь ответил: — Д-да, всё хорошо! Я сейчас выхожу! — крикнул Чу. Вроде боль полегчала. Алый цвет уже исчез с его щек. Но стоило вспомнить Осаму без футболки. Чуя резко закотил глаза. Боль снова резко ударила в пах, но в штанах уже не было так тяжело. — "Мне всего лишь хватило подумать о нём?" — взволнованно подумал рыжик, после резко вылез с ванны и умылся холодной водой. Голубоглазый открыл дверь, собрался с собой и пошел на кухню. — Твой кофе уже остыл. — Осаму уже был одет. Из-за этого, у Чуи появилось безумно много вопросов. Парень снова начал волноваться. — "Почему он оделся? Он всё понял? А если у него будут вопросы ко мне, что я скажу? «Да, у меня встал на тебя, это естественная реакция». Да какая естественная?! Был бы он девушкой, я бы мог объясниться. Но это уж точно не естественно. Я даже не знаю, было бы лучше, если бы Осаму молчал или спросил меня об этом. Если он молчит, ибо хочет сам разобраться в этом, а в итоге он меня опозорит. Нет. Он точно не такой. Осаму никогда никого не предаст. Даже если его лучший друг гей. Но я не гей, блять, как всё ужасно сложно." — безумно много мыслей в голове у Чуи, из-за которых он молчал и не слушал Осаму. Шатен щёлкнул пальцами перед лицом Чуи. — Алло! — повышенным голосом произнёс Дазай, что заставило Чую вздрогнуть. — А? ч-что?... Я слушаю! — растерянно сказал Чу. — Ты сам не свой сегодня. Что-то случилось? — печальным и взволнованным взглядом шатен посмотрел на своего друга, который уже готов был заплакать, и из-за этого Дазай ещё больше стал волноваться. — Нет! Тебе так кажется! Не стоит лишних волнений за меня! Я просто заболтался по телефону, и из-за этого получил ожог. Может быть шоковое состояние ещё не прошло. — Чуя пытался не смотреть в глаза другу. — Почему тогда побежал в ванну, со скоростью света, ничего не сказав мне? — тоном, будто требуя объяснений чуть ли не допрашивал его Дазай. Из-за этого, Чуя чуть не заплакал. Он сильно волновался и это было безумно заметно. — Меня стошнило. — парень отвёл взгляд. — Хахаха, Чуя, и это всё? — засмеялся Дазай и сразу перестал быть серьезным. Чуя удивлённо посмотрел на друга. — Ну да... — выгнув бровь сказал рыжик. — Блять, Чуя, хахахаха! — Осаму не мог остановить смех. — Лицо попроще хоть сделай, чел, хахахахахх! Я специально пытался быть серьезным, но чёрт. Ты так отвечал, что я чуть не заржал, но я уже не могу, Чуя, ты... Хахахаха! Ты смешной. — Осаму чуть не заплакал от слёз, а у Чуи будто груз с плеч. — "Он ничего не заподозрил, все будет хорошо! Но... Его потрясающий смех, он так красиво смеётся, хоть и с короткими остановками, чтобы хватать воздух, но эти остановки ни капли не портят его прекрасный смех". — Чуя смотрел на своего друга, снова безумно влюбленным взглядом, пока тот не замечает этого и смеётся. Осаму успокоился только через минуту. Чуя всё ещё стоял около двери. — Чу, ты когда сядешь то? — улыбаясь говорил Осаму. «Чу, Чу, Чу,» — только это слышал Чуя. Раньше он ненавидел, когда шатен так его называл, но сейчас... Это так мило, так нежно, так аккуратно звучит. "Чу"... Будто человек говорит это со всей любовью. От этого кружится голова, разум пьянеет и бабочки пырхают в животе. Походу Чуя понял свою самую любимую форму имени. Нет. Скорее ему нравилось только когда так его зовёт сам Осаму. Он не мог представить, как кто-то другой называет его так же нежно и с любовью как это делает Осаму. А может он и не делает это с любовью, а рыжик просто себя накручивает, но так приятно слышать это от Осаму... Душу так греет... — ЧУЯ БЛЯТЬ! СЯДЬ УЖЕ НА ДИВАН! — теплые мысли испортил крик. Чуя вздрогнул снова. Осаму не искренне так грубил, это может быть часть их манерного общения, а может Осаму реально злился. Скорее и то и другое. — Ты очень странный сегодня. Очень. Постоянно летаешь в облаках. Я тебе что-то говорю ты и вовсе меня не слушаешь. Тебя что-то беспокоит? Ты можешь высказаться мне. Почему ты постоянно задумчивый? Ты выглядишь грустным. Ты думаешь, что я не волнуюсь? Я убью того, кто тебя обидел, просто дай мне знать, что с тобой. Мы всегда шутим, ты шутишь в ответ. Я когда называю тебя Чу, ты чуть ли не бьёшь меня, значит ты даже не слышал то, что я тебя так назвал, ибо стоял как статуя на месте. Что с тобой? — Осаму встал с дивана, подошёл к Чуи и взял его за руки. — Ты мой лучший друг, единственный человек, которому я доверяю на все тысячу, нет миллион, та даже больше процентов. Так почему ты не можешь мне довериться и рассказать, что с тобой происходит сегодня. Что происходило вчера... Ты совсем другой. Можно сказать даже холодный... Тебя что-то тревожит? Дело во мне? Я смогу измениться. Могу не быть рядом первое время, чтобы тебе было проще. — Осаму смотрел на Накахару печальными глазами. Чуя заплакал. — Последнее... — Чуя сильно плакал. Осаму кинул не понимающий взгляд на него. — Можешь совсем немного... Мы... Мы можем не общаться первое время? Неделю? Месяц? Я потом дам тебе знать о том, что мы снова сможем общаться как раньше. Чтобы снова не было вопросов, ни у тебя, ни у меня. — Чуя не хотел смотреть в глаза своему другу. Он не хотел расставаться с Осаму ни на миг, но подумал, что его симпатия к нему снова угаснет, если они не будут общаться первое время. — К-конечно... Я могу, но... — Дазай заплакал. — Что тебя тревожит? Я очень волнуюсь за тебя. — его сердце билось как бешеное. Он не хотел, чтобы у его лучшего друга были проблемы. Он настолько сильно волновался, что даже думать не мог, как сильно дорожит этим человеком. — Можно я не буду объяснять? Это не из-за того, что я тебе не доверяю, просто я сейчас пока не могу... Прости меня пожалуйста.. — Дазай отпустил запястье Чуи. И перед тем, как выйти сказал; — Я не буду нарушать твоё личное пространство и давить на тебя тоже не буду. Чтобы ты не думал, что я обиделся. У каждого свои секреты, и если ты не можешь мне рассказать о своих проблемах, я не буду рушить твою зону комфорта. Но я буду держать за тебя кулачки. Чтобы ты смог выбраться от проблем. Чу... — Дазай закрыл дверь. Чуя заплакал ещё больше. Нет, нет, нет, нет, нет!!! Он сейчас же хотел догнать Осаму и обнять его до смерти. Никогда не отпускать вовсе. — "Это «Чу»... Он заподозрил, что мне нравится, когда он так меня зовёт? Почему он говорит это, если знает, что мне якобы не нравится, когда он меня так называет? Он сказал это напоследок, думая что я сейчас ему врежу или, что сейчас обниму за это? Как всё сложно..." — Чуя плакал, и надеялся, что симпатия пропадёт как можно скорее, чтобы не расставаться с Осаму как можно дольше.