Уходя от боли

«А на исходе четвёртой недели, уже открыв дверь в свою комнату, он застал Самолёта и Мобэй-Цзюня целующимися.» Шень Юань мог бы, конечно, как-нибудь показать своё возмущение и недоумение, - какого черта, почему именно в его комнате? – но он мог поклясться, что прямо сейчас он не смог и выдавить задушенного писка, не то что говорить с нормальной громкостью и строить конструктивные предложения. Ещё Шень Юань мог бы, наверное, бухнуться в обморок, на манер кисейной барышни. Он был уверен, что его никто не осудит: Мобэй-Цзюнь, не смотря на внешнюю холодность, мог быть настоящей курицей-наседкой. Курицей-наседкой с настолько постным выражением лица, что можно было бы предположить лишь два варианта: либо его взяли в рабство и повесили ответственность за Шень Цинцю, либо он в своей особенной манере паникует и, не зная, как выразить эмоции, ходит с ледяным выражением лица. А Шан Цинхуа сначала бы начал в панике носиться вокруг него, а потом шутливо предложил бы Шень Юаню стукнуть его по лбу своим любимым веером. Почему-то от мысли, что о нём позаботятся, независимо от его реакции, не станут ни в чём попрекать, стало тепло. Более того, было ощущение, что за отыгрывание сцены «повреждения хрупкой душевной организации», Система ему могла бы и десяток баллов накинуть, как уже несколько раз делала, во время его пребывания здесь. Но вместо всего этого заклинатель с задушенным «мне показалось» закрыл дверь и тут же развернулся на пятках, готовый сорваться с низкого старта. Почему? Ну, он был уверен, что если не Цинхуа, то его личный демон, точно услышал и его фразу, и хлопок двери. Боже, да если бы Мобэй-Цзюнь пожелал, он бы и дыхание услышать смог! К тому же, уж больно подозрительным было то, что они решили расположиться в его, Шень Цинцю, комнате. Даже если бы это была подначка от Шан Цинхуа, которому, например, захотелось «острых» ощущений, Мобэй-Цзюнь точно бы не согласился! Наверное. Шень Юань не знал, откуда такая уверенность, но почему-то был твёрдо в этом убеждён. Возможно, причиной послужило то, что Король северных земель относился к заклинателю столь же заботливо, как и к Шан Цинхуа, учитывая его потребности и особенности характера? То есть, он бы скорее предложил заняться непотребствами в Главном Зале для совещаний или приёмов, например, чем согласился бы сделать это в комнате Шень Юаня, который очень ценил своё личное пространство. Так что да, Шень Цинцю буквально чувствовал всем своим нутром, что он опять что-то накуролесил с межличностными отношениями с Шан Цинхуа и его Королём. Чёрт! Почему у него вечно всё через одно место, а?! Сначала буквально просрал весь сюжет, потом эта «любовная приключенческая сага» с Ло Бинхэ, а теперь ещё и это! [Хост, Система считает, что вы совершенно зря паникуете. А ещё вы совершенно точно зря тратите силы. ] Зря паникует? Это он то?! Да он только что отхватил себе новых недопониманий! И почему это он силы зря тратит? Вот сейчас отдалится как можно дальше и быстрее от комнаты, засядет в каком-нибудь дальнем, самом тёмном и месяцами, если не годами, никем не посещаемом, уголке замка с каким-нибудь свитком и посидит там! Почитает. Помедитирует, когда всё прочтёт. Попрактикует инедию, успокоится, наконец. Подумает о выходе из ситуации без лишних эмоций, которые сделали ситуацию излишне острой для него самого. Может быть, и не было ничего такого страшного. Может быть, это он всё ещё слишком консервативный в этом плане, не смотря на брак с Бинхэ. Да, точно. Пару дней побудет, где-нибудь в отдалении, и всё вернётся на круги своя. [Хост, Система настоятельно рекомендует открыть вам глаза, во-первых, вы можете упасть. А во-вторых…] Что там, "во-вторых", Шень Цинцю понял, когда только приоткрыв глаза, которые успел зажмурить во время очень быстрой ходьбы, граничащей с бегом, сразу же налетел на препятствие. Довольно жёсткое препятствие, которое совершенно точно не было внезапно появившейся стеной. Хотя бы, потому что это препятствие дышало, имело мягкую тёплую одежду и конечности. Руки, в смысле. Руки, которые тут же вцепились в него, сначала не давая упасть, а потом не давая отодвинуться. Наоборот, прижали к себе, заставляя невольно слушать это самое дыхание и стук сердца. А затем и вовсе Шень Юань понял, что не чувствует под ногами земли. Как понятно, его подхватили на руки, не как принцессу, и не как мешок с картошкой. А как можно подхватить человека, прижимая того лицом к себе, поддерживая за бёдра. Уже это должно было заставить его… Ладно, Шень Цинцю откровенно не знал, что он мог бы сделать в такой ситуации. Вырываться из рук Мобэй-Цзюня? Не лучшая идея, если честно. Воспримет ещё за оскорбление. Да и, откровенно говоря, не очень хотелось бежать в самую холодную часть замка и прятаться там несколько дней, в одиночку справляясь с бушующим внутри апокалипсисом из мыслей и эмоций. А в руках демона было на удивление тепло. И спокойно. Не было бешенной тревоги, что если он неправильно дёрнется, неудачно взглянет или сделает не то выражение лица, то его неверно поймут и закатят скандал с выяснением отношений. Но то, что ввело Шень Цинцю в окончательный ступор, так это ощущение лёгких, аккуратных поглаживаний по спине, будто демон не был уверен, правильно ли он всё делает и не спугнёт ли он такого слабого, на взгляд самого Короля, конечно же, заклинателя. На краю не особо функционирующего сознания мелькнула и погасла мысль о том, что возможно Шан Цинхуа рассказал о таком жесте? Шень Юань молчал, вцепившись в меховую накидку демона. Демон же, сам по себе не разговорчивый, так же хранил молчание. А потом Мобэй-Цзюнь, всё ещё ничего не говоря, просто пошёл с заклинателем на руках, в ровно том направлении, откуда сам Шень Цинцю так стремился ретироваться. А что вообще можно было сказать в такой, откровенно, неловкой и нетипичной, ситуации? «Отпустите меня»? Или «вы можете продолжить целоваться в моей комнате, можно я обдумаю свои собственные ощущения, которые вспыхнули внезапно для меня самого, в как можно более дальнем уголке замка? И в целом, как можно дальше от вас двоих»? В голову откровенно ничего путного не шло. Интересно, Система может предоставить ему какие-нибудь варианты ответов? Напрашиваться на «двигатель сюжета» Шень Цинцю откровенно опасался, уже имея крайне специфичный опыт использования оного. [Отвечая на ваш вопрос, Хост, нет! Сейчас Система не может предоставить вам варианты ответов в качестве подсказки. Однако, если вы пожелаете, вы сможете воспользоваться этой услугой позже! *^____^* Также, эта Система должна сообщить, что «малый двигатель сюжета» был запущен со стороны пользователя Шан Цинхуа, поэтому в вашем случае в нём нет необходимости! （￣︶￣）↗　] В смысле, «был запущен»?! На что он вообще был направлен?! [Хост, успокойтесь! Система гарантирует, что пользователь Шан Цинхуа и его Король не собираются причинять вреда вам! Наоборот, действие «малого двигателя сюжета» направлено на установление стабильных счастливых отношений между вами тремя!] Честно говоря, после последнего сообщения от Системы, Шень Цинцю, тихо истеря у себя в голове, уже был согласен упасть в обморок, лишь бы не участвовать во всём этом. Но вместо этого он был вынужден, всё также молча уткнувшись лицом в изгиб шеи Короля, сидеть на руках у демона, чувствуя уже более уверенные успокаивающие поглаживания на спине. Как только они дошли до его комнаты, его тут же укутали в несколько слоёв тёплых шерстяных покрывал, всё также не спуская его с рук. Только к этому добавилось куда более тихое, чем обычно, щебетание Шан Цинхуа, который старался отвлечь и успокоить тем самым Шень Юаня. Отдалённо Лорд Пика Цинцзин улавливал смысл слов. Кажется, Самолёт хвалил своего Короля, говоря, какой он молодец, что всё сделал правильно и не напугал ещё сильнее их, и так, разнервничавшегося Цинцю. Часть похвалы Юань уловил и в свою сторону. Ему говорили о том, какой он смелый, раз не удрал из рук Мобэй-Цзюня, какой терпеливый, не стал кричать и ругаться на них. Какой он сильный и безрассудный, всегда старается взять всё на себя и решить всё собственными силами. Шень Юань почувствовал, что теперь по спине и голове его гладили в две руки: одна всё также принадлежала демону, а вот вторая была Шан Цинхуа. - Сяо Цинцю, не стоило сразу убегать. Ты ведь понял, что мы не могли просто так взять и зайти в твою комнату, не так ли? – Получив чуть более резкий кивок, - Да, Система его просветила, - чем обычно, Шан Цинхуа продолжил самым умиротворённым голосом, какой только слышал Юань. – Тебе не нужно сдерживать свои эмоции, пугаться их, пытаться разобраться и справиться со всем самостоятельно. Как ты мог заметить, Мобэй-Цзюнь совсем-совсем не любит шутки и чувство юмора у него хоть и специфичное, но не жестокое! По крайней мере, к нам двоим… Под конец своей речи, немного повеселевший Самолёт, чуть стих, словно не уверенный, стоит ли пока что знать об этом самому Шень Цинцю. Сейчас его главной задачей было успокоить, словно одичавшего уличного кота, над которым постоянно издевались люди, Шень Юаня. Показать, что ни он сам, ни их Король не причинят ему никакого вреда, ни физического, ни душевного. За время пребывания во Дворце, они потихоньку присматривались к Шень Цинцю и в ответ раскрывались сами, показывая свои, прикрытые от посторонних глаз, стороны. Конечно, в большей степени это касалось Короля, но и сам Шан Цинхуа имел несколько скрытых элементов своей личности. Элементы, которые совершенно не оттолкнули их милого, сильного, уникального, Шень Юаня. Сам Лорд Пика Аньдин почти не сомневался в нём, но стоило видеть восторг Мобэй-Цзюня, когда он рассказал ему об отношении А-Юаня к нему и степени понимания характера демона! Тот был схож с хищной кошкой, которая была готова утробно урчать и крутиться вокруг своей оси от восторга. И вот сейчас этот действительно Хищник с еле заметной тревогой и неуверенностью смотрит на Шан Цинхуа, продолжая поглаживать Цинцю по спине. Скажи ему кто-нибудь раньше о том, что он увидит Мобэй-Цзюня на грани паники и Шан Цинхуа рассмеявшись, плюнул бы в лицо сумасшедшему. Шень Цинцю действительно творит что-то невозможное с этим миром и существами в нём. - Ну же, А-Юань, - имя, которое так спокойно произнёс Шан Цинхуа, заставило замереть Шень Цинцю настолько напряжённой струной, что было предельно ясно – одно неловкое движение и лопнет. – Он знает, А-Юань, дыши глубже. Да, вот так, ещё чуть глубже. Шень Цинцю старался переварить информацию в экстренном порядке. Кажется, он близок к искажению Ци. Интересно, Му Цинфан будет сильно недоволен? И…Мобэй-Цзюнь знает о Системе? [Нет, Хост! Вы можете рассказать о своём прошлом на добровольной основе, но упоминать о Системе запрещено. ] Дышать стало немного легче. Встрепенувшись, Шень Цинцю неожиданно понял, что теперь его касаются не две руки, а все четыре. В следующую секунду, его довольно быстро, но не резко, уложили на постель, зажав между двух тел и укутав чуть ли не с головой. - Поспи, А-Юань, тебе нужно отдохнуть и прийти в себя. Мы никуда не уйдём, ведь так? – Шан Цинхуа, обнимавший его спереди, обратился к демону. - Именно. Мы защитим А-Юаня. – Ответ был краток, но совершенно точно не был холоден и безэмоционален. Чуть более сильно сжавшиеся объятия сзади лишь подкрепили серьёзность намерений. Пожалуй, сейчас он и вправду может отдохнуть.