Es mi diablo personal

Никудышный из Минхо демон. Эту истину он услышал от своих собратьев во время очередной практической тренировки. Искушать, соблазнять, задаривать и съедать с потрохами, проглатывая душу целиком. У него не выходило, потому что симуляция человеческой жизни, которая боится умереть, вызывала у него низкую для демона жалость и непринятое сочувствие. Демон не должен был быть таким. Никакой пощады. Ненависть, злость и похоть. Ему твердили это с раннего становления: ты должен порабощать человеческие души. Ты непобедимое зло, которое распространяется повсеместно, все дальше. Еще он узнал, что люди слабые, их легко переманить, они падкие, они хуже демонов, потому что у них есть выбор, и они часто в нем ошибаются. У демонов же его нет. Они рождены ради уничтожения. И Минхо не понимал, как люди могут так легко сломаться под соблазном и искушением. Как можно предать добро, свет ради этой гнетущей тьмы? Но спустя сотни лет он подчинился внушаемым ему установкам. Хотя он и не мог иначе. Его признали истинным демоном, и он был готов к спуску на землю. — Твоя цель — Хан Джисон. Музыкант… Такие самые легкие, творческие души так уязвимы, — смеется распределитель. — Они жаждут признания, славы. Дай это ему, а потом заключи с ним контракт. Любым способом, делай, что хочешь, главное, получи нам его. Впервые Ли расправляет свои черные крылья и взлетает. Он видит, как мала Земля сверху. В ней столько грязи, что ему становится противно. Демон никогда не хотел ступать по ней, но ему твердили, что он должен. Должен исполнить свою миссию, которую даровал им их Отец. Дъявол. Сатана. Играть людскими жизнями как игрушками.

.

Он слышит музыку. Музыку, которую пишет Хан Джисон. Будучи невидимым, он мог развлекаться, как хотел, и, вдобавок, узнать его поближе. Демон влетает в его студию, где тот сидит под тусклым светом. Он в полном одиночестве, поглощенный своим творческим порывом. Парень никого и ничего не слышит. Минхо продолжает наблюдать за ним. Из его рта начинают вылетать слова. — Упавший на Землю, я чужак в этом месте Не похоже, что смогу вписаться сюда Как бы я ни улыбался, мне так одиноко Пришелец, пытающийся быть своим Я громко говорю, но никто меня не слышит* Минхо застывает. Что-то в этих словах, что звучали замечательным человеским голосом, тронуло его черную душу. Но не успевает Ли покориться этой слабости, как внутри него вновь образовывается всеедящая темнота. Он наклоняет голову в бок, сверля его взглядом, глаза его чернеют, и он расплывается в улыбке. Дитя Дьявола почуял свою жертву. Парень пальцами бегает по пианино и продолжает напевать. Он подлетает к нему.

— Восторженно приземлился в незнакомом уголке

По приходу ночи мои глаза на мокром месте

Моя самоуверенность может кого-то раздражать,

Поэтому я жил как мёртвый и отдалился ото всех

Хоть мы и в одном пространстве, почему-то я чувствовал себя пришельцем, да

Я полный шрамов одиночка, аварийно приземлившийся сюда из космоса

Демон ползет прямо по верху пианино и достигает играющего, он наклоняется перед его лицом. Он всматривается в его карие глаза, которые непонятно куда уставились. Мгновенно он отмечает каждое вздрагивание его ресниц. Рука сама тянется к его лицу. Невидимое создание дъявола гладит невинного человека по щеке. Тот ничего не чувствует, не переставая петь, все больше отдаваясь собственной композиции. — Одинокая ночь, тихая ночь Такая мрачная, лишь слышен мой тихий голос Среди тех звёзд он станет громче Я просто одинок, протяните же кто-нибудь руку мне. Под глазами у Джисона подступают слезы. Минхо всматривается в них и поражается тому, что видит. — Ты так прекрасен, — слетает с языка у существа с глазами чернее тьмы.

— Упавший на Землю, я чужак в этом месте

Не похоже, что смогу вписаться сюда

Как бы я ни улыбался, мне так одиноко

Пришелец, пытающийся быть своим

Я громко говорю, но никто меня не слышит

— Прекрасное человеческое создание, почему ты так красив, Хан Джисон? — упоенно говорит демон. И тут парень дергается со стула и оглядывается по сторонам. — Кто здесь? — испуганно кричит он в пустоту. «Черт, услышал», — карит себя Минхо. Рожденный от дъявола смеется, когда видит, насколько напуган Джисон. А тот и правда переполошился и поспешил завершить свою внеплановую вечернюю репитицию.

.

Он следует за ним всю дорогу до дома, наслаждаясь тем, как тот часто и судорожно поправляет свои волосы и оглядывается по сторонам. Хан словно чувствовал, что за ним наблюдают. И Минхо решает проверить. Он встает прямо перед ним. Ничего не подозревающий Джисон просто идет прямо, но тут замирает. Минхо ухмыляется и лишь немного подается вперед. Демон прикасается к его губам, ловя невероятный кайф от их теплоты и сладости. Он видит, как тот закрывает глаза. «Неужели, он правда чувствует меня?» Джисон отпрыгивает назад. — Боже, что это было? — Да, Хан Джисон, ты удивителен, — восхищенно замечает Ли. Джисон снова подступает вперед. И в этот раз Ли хватает обхватывает его сзади и притягивает к себе. Он впивается в его губы бестыдно, непрошенно. Руками, словно лапами с когтями, он вцепляется в его волосы. Он нагло поедает его. А тот покорно отвечает как загипнотизированный. Человек даже не улавливает, что страстно целуется не с пустотой, а с демоном. Тот игриво облизывает его губы. «Меня не предупреждали, что целовать человека так приятно» Минхо отпускает его и отступает в сторону. Джисон стоит в каком-то ауте и не понимает, что произошло минуту назад. — И что теперь будешь делать, человечек? — не удерживается и спрашивает демон. — Я просто пойду домой, — неосознанно выдает Джисон. — Кому я только что ответил? На что? Минхо заливается смехом. А парень идет дальше, считая в голове до миллиона, чтобы убедиться, что он в порядке.

.

— Феликс, ты даже не поверишь… — Что, ты опять видел инопланетян? — смеется в трубку друг. — Да нет, какие инопланетяне…меня кто-то поцеловал… — Вот это уже что-то более реальное. Кто это был? Когда ты успел вообще? — Я не знаю…кто это…что это. — Джисон, что за загадки? — Да, черт бы его побрал, я целовался с привидением, наверное. Только я его не видел, но мне понравилось. Лежащий рядом с ним Минхо, ухмыляется и проводит руками по его волосам. — И, кажется, он еще здесь, Феликс… «Да что же ты такой чувствительный, хотя так даже веселее» — Джисон, ты пил? Может тебе кто-то наркоту подмешал? Мне приехать? — Да ты придурок, я же серьезно, — Хан вздрагивает, когда ощущает тепло идущее вниз по его шее. Но Феликсу он ничего не говорит, кажется, он и так уже считает его сумасшедшим. — Хорошо, я понимаю. Просто попей водички и ложись спать, час ночи уже. — Уже так поздно? Черт… — Да, так что я спать. Сладких снов. И давай завтра без историй, как ты перепихнулся с приведением, ладно? — Ничего не обещаю, это приведение какое-то очень игривое. — Я не приведение, Джисон. Но насчет второго не могу не согласиться, — Минхо кусает его за ухо. Хорошо, что Хан уже повесил трубку, потому что он так громко взвизгнул, что его друг мог бы и оглохнуть. — Ты издеваешься? — не зная, куда ему говорить, он смотрит мимо Минхо. — Ну тебе же нравится, признайся, — откликается Минхо и замечает, как Джисон смотрит прямо на него. — Ты реально слышишь меня? — А что я глухой, по-твоему? Такой звучный голос грех не услышать. Не пробовал петь? — А видишь? — он махает рукой перед его глазами. — Да не вижу я тебя, только слышу и чувствую, как ты меня лапаешь. Кстати, может остановишься? — Не хочу. А можно тебя снова поцеловать, мне кажется, я не распробовал тебя, — он ведет рукой по его плечу. — Может, не стоит? Заразишь меня радиацией или еще чем-нибудь. Минхо раздается смехом и садится Джисону на ноги. Он притягивает его за шею. — Ничем я тебя не заражу, дурачок, разве что, похотью. Хан не видит его, но легко находит его талию своими руками и тащит за нее к себе, поднимаясь. — Ну давай поиграем, невидимое существо. Минхо облизывает его щеку, вкушая это невинную сладость Хан Джисона, и его тело уже взрывается от этого состояния. Экстаз. Он нападает на его губы, жадно смакуя их своими. Ему стало так хорошо, что он даже забыл, зачем появился на этой жалкой планете.

Кажется, его миссией было постоянно целовать человека по имени Хан Джисон, да?

— Ты же не планируешь заканчивать? — шепотом отзывается Хан, вороча своей шеей, которую Ли нежно расцеловывает. — Думаю, мне нельзя заходить очень далеко, человечек, — с жалостью замечает Минхо. — Тогда…долго мы еще будем играться? — А ты не хочешь, чтобы это кончилось? — спрашивает демон, припадая к его лицу. — Поскольку у меня еще не было такого сверхъестественного опыта, то я хочу взять сполна. — Нет, Хан Джисон, сейчас ты ложишься спать, — шепчет ему на ухо Минхо и оставляет его. Джисон фыркает, якобы обидевшись. Но что он мог сделать? Он же даже не видел это нечто, так прекрасно знающее его слабые места. — А ты уйдешь? — жалобно спрашивает Хан. — Хочешь, чтобы я остался? — игриво задает вопрос Минхо. — Мне будет грустно засыпать одному после такого, — пищит парень. Глаза Минхо снова чернеют, но уже не от тьмы внутри него, а от того, что он пребывает в таком наслаждении, что не может контролировать себя. — Я останусь, не стоит волноваться. — Тогда я ложусь, можешь даже обнять меня, — глупо улыбается Джисон, смотря в пол. — Обязательно. Хан ложится на бок, закрыв глаза. Человек слегка дергается, давая понять, что Минхо нужно сделать то же самое. И мгновенно он чувствует, как это нечто уже лежит рядом с ним, а затем жарящее тепло, ползущее по его руке и обволакивающее ее.

.

Джисон был самым обычным парнем. Правда, самым обычным. В нем не было совершенно ничего выдающегося, как и в большинстве людей. На его взгляд. Он никогда в себе ничего такого не видел. С пятнадцати лет, переживая свой переходный возраст, когда в жилах кипела кровь и хотелось творить что-то уму непостижимое, он нашел себя. Или, точнее, он нашел в себе музыку. Парень написал свой первый текст, когда увидел, насколько прекрасно море. Он тогда просидел у него весь день, улыбаясь и плача, упиваясь этим видом. По его мнению, мир был похожим на него, на океан. Такой же таинственный и неизведанный, полный сюрпризов. И Джисон захотел дотянуться до этой тайны, разгадать ее. И так все началось. Он начал писать о своих чувствах, о том, что, казалось бы, не каждый может заметить, о том, что может просто случиться с любым, но парень мог описать это таким образом, словно этого никогда ни с кем и не было. И этот талант рос в нем, с каждым годом он увеличивался в геометрической прогресии, так, что даже родители, имевшие для него свои планы, сдались. Отрицать способности Джисона и закрывать на них глаза было попросту невозможно. Он был музыкальным гением, видящим мир иначе. Так он поступил на факультет музыки. Парень пошел за своей мечтой. Однако что-то в нем застыло. Не то что бы он перестал писать музыку, творить, нет. Ему начало казаться, что так может каждый. Он потерялся в таких же талантах, как и он сам. Человек как бы утратил свою индивидуальность среди других. И он не знал, кто он, что ему нужно и зачем он все это делает. Жизненный путь для него стал развилкой. В такой момент человеческой душой и начинают интересоваться демоны. Они для них та самая желанная и легкая добыча. Если подкинуть им все дары жизни в одно мгновенье, то они еще больше растеряются и сломаются. А те только этого и ждут. Поэтому парень оказался одним из первых в списке кандидатов на порабощение.

.

Феликс уже ждал его у дома, чтобы вместе пойти на учебу. Он учился в том же университете, что и Хан, только на факультете хореографии. Познакомились они, когда столкнулись плечами, ища себя в списке поступивших, а потом крепко обнялись от радости, что прошли. Так и началась их дружба. Потом он познакомил его со своим однокурсником Хенджином, а Хан притащил им в компанию Чана и Чанбина с продюссерского. Откуда то возник Сынмин с юридического, никто так и не помнит, как это произошло, но год назад они с Феликсом, Хенджином и с ним на пьяную голову хором пели Amor Fati на вечеринке поступивших, а утренний сушняк и головная боль могут сделать кого угодно близкими друзьями. Остался только Чонин, тоже самый нелогичный герой этой компании, парень, просто мирно работающий баристой в кафешке напротив их университета. Как этого мальца занесло в эту сумасшедшую семерку? Он просто пролил на Чана кофе, когда столкнулся с ним у входа. Вот так он позвал его на их привычную тусовку на крыше дома Чанбина. Парень устал ждать Хана и позвонил ему в домофон. Джисон просыпается от этого звенящего звука в ушах и подпрыгивает. — Да твою мать! У меня же стояли будильники, почему ни один не сработал. — Упс, — слышит он дьявольский смех из угла комнаты. — Я думал, мы подружились, а ты так меня подставил, предатель. — Разве мы друзья, я думал ты просто влюбился в меня по уши, — продолжает смеяться Минхо. — А, значит, мне приснилось, как кто-то постоянно гладил меня по голове и нашептывал, что я самый красивый человек на свете, да? — снова ищет его глазами по звуку Джисон. — Треснуть бы тебя. — Как жаль, ты не в силах, я же невидимый. Но можешь поцеловать. — Иди к черту, придурок. — Ах, я как раз оттуда пришел. Не собирался пока назад, — иронично замечает демон. Парень уже не слышал его, потому что полетел к домофону, в который недовольный Феликс звонил уже как пять минут. — Ликси, прости, я проспал. Дай мне десять минут. — Ты ужасно бесишь. Жду, — ругается на него друг. — А в душ с тобой можно? — спрашивает Минхо, отвлекая Джисона от сбора рюкзака. — Даже не мечтай. Я запру дверь. — Твоя дурацкая дверь меня не остановит, но раз ты не хочешь, я сдаюсь, не извращенец же я, в конце концов. — Мне ничего не остается, как поверить на слово. Ли действительно не пошел за ним в ванную, хоть ему и очень хотелось. Он покорно ждал, пока Джисон вылетит оттуда и начнет одеваться. Он молча наблюдал, как он молниеносно примеряет, в чем идти и умиляется. Все в этом человеке ему так нравилось, что он не хотел оставлять его ни на секунду. — Да, это хорошо, иди уже. — А я и не спрашивал, — говорит Хан своему отражению, зная, что невидимка где-то неподалеку. Феликс все же дожидается его. — А чего ты сегодня так хорошо выглядишь? — он удивленно рассматривает вышедшего друга. — Нет, ну как не посмотри, ты словно стал в три раза симпатичнее. — Перестань издеваться. Пошли. Парни разделили два наушника и замаршировали к автобусной остановке. Феликс не мог понять, почему Джисон постоянно оглядывается, но тот был настолько странным человеком, что он даже не рисковал спросить, потому что было слишком страшно услышать хоть слово о привидениях, инопланетянах, вампирах или, чего хуже, водяных и ведьмах. Еще одна интересная вещь, которую обязательно надо было знать о Хан Джисоне. Он был помешан на потустроннем мире, внеземных существах и прочем. Он уже прочитал все предания о квилетах, изучил историю ведьм и пересмотрел все документалки про инопланетян. Никто не был так подкован в этой теме, как Джисон. Поэтому эти выкрутасы Минхо не удивили его нисколько, только давали возможность узнать нечто новое, ну и ощутить и попробовать, соотвественно.

.

Весь оставшийся день он ничего не слышал от своего невидимого друга или любовника, он еще не определил, в какую группу отнести его, учитывая характер их отношений. Парень все ждал, его прикосновения или хоть едва уловимый звук, но ничего не было. И Джисон испугался, что тот ушел. Но Ли Минхо никуда не пропадал, он просто увлекся изучением того, как интересно общаются люди между собой, и немного тем, как мило улыбается Джисон.

.

У Хана предстоял трудный день, о чем он еле вспомнил, отойдя от скучания по своему ночному приключению. Был конец семестра, и его ждали три тяжелых зачета. Он начал переживать, потому что выучил только половину от каждого предмета. Он сидел и тряс ногой, в ожидании своей очереди. Идеальный момент, для того, чтобы шаловливый демон проявил себя. Минхо накручивает его короткие волосы, и Джисон почти пугается от неожиданности. — Не переживай, у тебя будет «отлично», — говорит ему на ухо Ли. — Надеюсь, — неслышно шепчет Джисон, от чего Минхо ухмыляется, потому что он не бросал слова на ветер. — Хан Джисон, вытягивайте билет, — и вот, его позвали. Парень без желания тащится к столу предподавателя. Он вытаскивает листок и поворачивает к себе. По телу бежит леденящий страх. Тот самый билет, который он даже не удосужился повторить. — Не переживай, милашка, просто говори, — довольно заявляет сидящий на столе Минхо, закинув ногу на ногу. — Хан Джисон, я вас слушаю, не молчите. — Не молчи, Хан Джисон, — голос Минхо гипнотизирует его, и парень выпадает из сознания. Он оклемался только тогда, когда услышал «Это отлично, я еще никогда не видел, чтобы студент так превосходно ответил, учитесь у вашего сокурсника, друзья». Джисон сдержался, чтобы не разинуть рот от удивления. А вот его одногруппники не скупились на реакцию: ему попросто апплодировали. Шокированный он возвращается на место, проверив зачетку. Красное «отлично». Это не было сном. — Как тебе мой подарок? — игриво спрашивает Минхо. — Это ты? — шепчет Хан, прикрывая рот рукой. — И немного ты, твоя заслуга, что ты и правда это знал, я лишь порылся в твоей светлой головушке, — хвалебно завершает свою фразу Минхо. — Офигеть… — уже нормально говорит Джисон. Он чувствует поцелуй в районе лба. — Мне для тебя ничего не жалко. — Джисон, — одногруппница легонько тыкает в его плечом своим пальцем. — Не знала, что ты так хорошо знаешь этот предмет, не хочешь помочь мне с ним, я кое-что упустила, и у меня теперь дурацкое «удовлетворительно», — она хлопает ресницами, уставившись на парня. — Хочешь, она будет твоей. Хотя, на мой взгляд, она сама этого хочет. Мне даже ничего почти делать не нужно, — слышит он у своего уха похотливый голос. Пока Джисон обрабатывал это все, Минхо черными глазами осматривал девицу. Она ему совсем не нравилась. Демон видел, как она горела желанием поцеловать Хан Джисона прямо там, и он понимал ее, даже очень, но это его вовсем не радовало, а злило. Но у него не было выбора, его задача — одарить Джисона всем, чего тот пожелал бы. — Не хочу, — наконец подает голос Хан. От чего и однокурсница, и демон удивленно на него уставляются. — Не хочешь? — спрашивают эти двое хором. — Ты прости, Лия, у меня много дел помимо учебы, да и тебе бы лучше найти репетитора, а не просить помощи у такого же студента, как ты сама, — твердо отрезает Джисон. Минхо смеется и состраивает гримасу победителя, высовывая язык в сторону девушки. — Как пожелаешь, — снова одновременно выдают Лия и демон, разве что с совершенно разными интонациями. Так Джисон закрыл все три зачета на «отлично», и хоть Минхо убеждал его, нависая над ухом, что это он знал все сам, а он лишь устранил малейшие неполадки в виде человеческой тревожности, радостным Хан совсем не выглядел. Демон лишь мог пожать плечами и чмокнуть его в щеку, что хоть на немного отвлекало разочарованного в себе Джисона.

.

Джисон подтупливал голову, недовольно распивая сок в столовой. Минхо поджимал лицо рукой, с грустью рассматривая его. И только он хотел снова выдать ему комплимент, как его опередили. — Слышал, ты справился на отлично, — Чанбин садится справа от него. — Да, о тебе все говорят, — поддерживает друга, севший слева Чан. — Что сказать, я польщен, — подавленно реагирует парень. — А чего опять кислый? Все же супер, — интересуется Чанбин. — Мне просто подфартило, поверьте на слово. — Три «отлично» сложно назвать удачей, Джисон, — отмечает Чан. — Мне кажется, ты слишком себя недооцениваешь. — Именно! Послушай друга, глупый человек, — прорезается голос демона. — Да нормально я себя оцениваю. Я правда никудышный. — Ой, я сейчас расплачусь. Джисон, будет тебе. Мне тебе эссе написать о твоем великом уме, чтобы ты мне поверил, или что? — моляще спрашивает Чанбин. — Я могу тоже написать в этом эссе пару абзацев, если так нужно. А если остальные ребята присоединятся, получится целая книга, — не сдается и Чан. — А если я им помогу, то это будет серия книг. Думаю, три тома я смогу добавить к ним, — добавляет от себя Минхо. — Ты вообще молчи, помощничек. — Ты кому? — спрашивают друзья, переглядываясь. — Да никому, просто с ума сошел, — стонет Джисон и хватается за волосы. — Я и забыл уже, что мой друг сумасшедший, — смеется Чанбин. — Давайте о хорошем. Вы же не забыли о конкурсе талантов? — напоминает им третий присутствущий. — Какой еще конкурс, — вздыхает Хан. — Джисон, ты перегрелся? — Чанбин прикасается к его лбу. — Да вроде нет. Скажи ему, Чан-и. — Тот самый конкурс, к которому ты написал свой трек. «I got it», помнишь? Дак вот, он уже через две недели, парень. Ты же так ждал его… — Черт… — вдруг опомнился Джисон. — Я реально забыл. — Ну ты даешь, — поражается Чанбин. Эти трое жили подобными мероприятиями, единственной возможностью получить признание и вообще заявить о себе. Они пробовались там в прошлом году, но как-то не вышло. Джисон так разозлился, что написал в честь этого пестрящий уверенностью текст за пару часов. А когда он включил готовую песню друзьям, те просто взяли его на руки и кричали: «Это наш Хан Джисон». Но со всеми аттестациями и совсем неожиданным появлением Минхо в его жизни, Джисон немного потерялся во времени и позабыл о своем желании разнести конкурс так, чтобы его еще попросили повторить. И он вспомнил, а его глаза снова загорелись. Минхо слушал их обсуждение, навострив уши, потому что он нашел прекрасный повод для того, чтобы предстать перед Джисоном в человеческом обличии.

.