Я вернусь, когда ты сломаешься

Даша растянулась в довольной улыбке. - Наконец-то, Валевская. Я уж думала, тот привлекательный мужчина соврал мне, что вы в Нью-Йорке. Ну и занесло тебя, конечно. - Привлекательный мужчина? - тупо повторила Лисса, непонимающе глядя куда-то в пустоту. Как русская подруга смогла найти ее в другой части света? Девушка нахмурила брови и прошипела: - Натаниэль..... Даша улыбнулась, счастливо кивнула. Неожиданно ее лицо приняло серьезный вид. Она накинулась на Лиссу с объятиями, громким голосом вещая на всю улицу на чистом английском: - Ты с ума сошла, Анька! Сначала год не выходила из своей лачуги, а потом, никому ничего не сказав, умчалась в свою Америку? Хороша подруга! Ладно этим предателям-пловцам не сказала, но меня то можно было предупредить! - Ты тоже занимаешься плаванием. - Напомнила Лисса Даше, с трудом восстанавливая дыхание от такого болезненного приветствия. Та нахмурилась и тут же отстранилась. - Водное поло отличается от ваших гонок. У нас один за всех и все за одного! В противовес твоим лицемерам. Лисса хмыкнула, все ещё отстраненно переваривая неожиданную встречу. Кажется, подруга переживает произошедшее немного дольше, чем главная жертва. - Не все такие, как российская сборная. Именно поэтому я здесь. - Девушка со знанием дела указала на здание городского бассейна, из которого только что вышла Даша. - А вот что здесь делаешь ты, я не совсем понимаю. Подруга удовлетворённо усмехнулась, пропустила последний вопрос мимо ушей. - Рада, что ты в норме. Значит, собираешься вернуться? - получив в ответ неуверенный кивок, Даша скептическим взглядом окинула подругу. - И каким образом ты собралась это делать? Тренироваться в Америке, а потом прилететь в Россию, поставить на место Влада и Златовласу и выиграть чемпионат? Лисса расстроенно покачала головой и оглянулась. Улица за ее спиной шумела всеми известными этому миру звуками. Девушка выцепила взглядом кафе, располагающееся на другой стороне улицы. - Не против чашки кофе? Дашка сначала радостно кивнула, а потом неожиданно спохватилась. Её глаза в панике забегали по проезжей части. Лисса удивлённо изогнула бровь. Заметив недоумение подруги, Даша поспешно заправила непослушную прядь вьющихся волос за ухо и посмотрела на Лиссу виновато. - Вообще-то... не получится. Я забыла совсем, что у меня ещё встреча сегодня... - Девушка вконец стушевалась. За спиной раздался визг тормозов. Обе девушки обернулись. У тротуара остановился солидный черный внедорожник. Стекло поехало вниз, и из окна высунулись сначала объемная копна черных волос, а затем радостное лицо молодого парня. У него была смуглая кожа, неожиданно яркие изумрудные глаза и обворожительная улыбка с ямочками. Блеснув во все ровные 32, он обратился к девушкам: - Дамы, доброго вам дня. Дарья, ну что же вы, право. Задерживаетесь! Кино само себя не посмотрит, даже если оно очень хорошее. Лисса ошарашенно обернулась на подругу. Та стояла вся красная, закусывала губу. Смекнув, что к чему, Мориарти расплылась в издевательской улыбке и отчеканила на русском: - Ну подруга, ну дала! А точно ли ради меня ты в Америку притараканила? Дашка насупилась, нервно провела ладонью по волосами, в безуспешной попытке привести их в порядок, и, буркнув на ходу «не беспокойся, ради тебя», юркнула на переднее сидение автомобиля. Водитель сразу встрепенулся, приосанился. В лучах палящего солнца блеснула в его ухе серьга. Даша кинула Лиссе на прощание: - Увидимся завтра. - Взревел мотор, внедорожник сорвался с места и утонул в десятке таких же автомобилей, устлавших пёстрым ковром дороги Нью-Йорка. - Все со мной увидеться хотят, и все завтра. - Лисса устало вздохнула и покачала головой. - Сначала Вишез, теперь Дашка. Кто дальше? Может, сразу Влад? - Горестно хмыкнув своим словам, девушка ещё раз вздохнула и вошла в здание бассейна. *** В нос ударил острый запах хлорки, в ушах зашумели свистки и хохот, кожа покрылась мурашками от брызг холодной воды. Лисса застыла у выхода из душевых. Ей потребовался год, чтобы принять тот факт, что ни одна она виновата во всех грехах человечества. 365 дней головой боли, панических атак и бессонницы. Бывало, она падала на спину уже на пороге ванны, визжала, швыряла все острые предметы в мусоропровод, и билась об пол, не в силах вынести мыслей о суициде. Стоило лишь подумать об этом, как перед глазами представало тело безжизненного брата. Бледная кожа, растрёпанные влажные волосы и эти ужасающие раны на запястьях. Сотворить подобное и с собой у Лиссы просто не хватало сил. Или, быть может, она лишь боялась встречи с братом? Странно. При малейшей мысли о том, что придется предстать пред ним на небесном суде, бросало в дрожь. Она ведь обещала ему, что станет лучшей. А он верил в неё. Единственный. Вновь не оправдала ожиданий, получается. Шесть лет назад. - Анют, пошли домой, а? Ты уже час мотаешься по стадиону. Девушка молча пробежала мимо, начиная новый круг. Лавр устало уронил голову на колени, обнял себя за плечи. Солнце садилось за горизонт, небо залилось розовыми и красными цветами, облака вились в мягкую сахарную вату. Рядом на сиденье опустился Ян. - Отстань ты от неё. Пусть бегает себе. Она же чемпионкой стать мечтает, а для этого много сил приложить нужно. Лавр косо глянул на друга. Вишез расслабленно откинулся на спинку сидения, с мягкой улыбкой наблюдая за бегущей вдали фигурой. - Вот только ты не начинай, хорошо? И без тебя тошно. Сам знаешь, отец не допустит ее до вершины спорта. Трон принадлежит только ему. Ян улыбаться не перестал, но его улыбка стала будто механической. Они снова вернулись к этому разговору. Вишез медленно перевел похолодевший взгляд на Лавра, стиснул зубы. - Это ты не начинай, Валевский. Черепашка выбрала свой путь, она знает свое место в этом мире. И ее место - на плавательной дорожке. Лавр устало выдохнул. - Если бы все было так просто, Ян... Ей ни за что не добиться успеха. Он не позволит. Смысл пытаться, если результат заранее известен? Как стучать в давно опустевшую квартиру. Знаешь ли ты, чем ей придётся пожертвовать ради титула чемпионки? - Знаю. А ещё я знаю множество пословиц на эту тему. Хочешь послушать? - Ян хитро прищурился, Лавр закатил глаза. - Нет, спаси меня от этого мучения. - Отлично! Вижу по глазам, как ты жаждишь услышать. Так вот, о чем это я... Игра стоит свеч, цель оправдывает средства... - Клоун. - Перебил его Валевский. - Жизнь к тебе так же относится, как ты к ней. Легко и с радушием. Но это не значит, что трудностей у других нет. Ане ни за что не добиться цели, которую вы вдвоем себе поставили. Никогда. Ян вдруг вскочил с места. Лавр поднял удивлённый взгляд на друга, опешив от резких действий Вишеза. А тот вдруг замахнулся и заехал парню в челюсть. Лавра откинуло в сторону, он ощутимо приложился головой о соседнее сидение. - Знаешь, кто ты, Валевский? Ты трус. Не хочешь даже пытаться воплотить мечты, просто сбегаешь. Знаешь, где твое место? - Тяжело переведя дыхание, Ян яростно ткнул пальцем перед собой, в пол трибуны, на которой сидели парни. - Вот здесь. И ты сам выбрал такой путь. И смысл всей твоей жалкой жизни - наблюдать за своей сестрой со стороны. А мог бы с ней рядом плыть. На одной дорожке. Лавр молча смотрел в пол, со злостью сжимая повреждённую челюсть. - Жизнь обязательно разобьёт тебя, Вишез. А все из-за твоих ожиданий от нее. Ты хочешь слишком много. - Плевать! - вспылил Ян. - Пока у меня есть руки и ноги, пока я способен плыть - я буду идти к вершине. А Аньку не трогай. Если тебе на свою жизнь плевать, так хотя бы ей не ломай. Вишез сплюнул под ноги Лавру, развернулся и, не дожидаясь Ани, направился в сторону выхода со стадиона. Девушка уже спешила к ним. Конечно, она все видела. Они столкнулись у первого ряда трибун. Аня влепила Яну звонкую пощёчину, на что тот, вымученно улыбнувшись, пожал плечами. Прошипев, очевидно, нечто ядовитое, девушка оттолкнула Вишеза с дороги и помчалась к пострадавшему брату. Ян разочарованно покачал головой и вышел со стадиона. - Лавр, ты в порядке? Аня упала на колени у ног брата. Лавр отстранённо подумал, приземлилась ли сестра на плевок Вишеза. Наверное, да. Да, точно на него, сидит прямо в том месте. Стоило бы сказать ей об этом?... - Я в норме. Ты закончила? Нам пора домой. - Да, да! Домой, точно! - Заторопилась Аня. - Давай поспешим, нужно приложить к твоей щеке лед, не то синяк появится. Лавр наконец-то взглянул на её лицо. В синих глазах сестры стояли слезы. Боже, какие красивые у неё были глаза! Не как лазурное небо, а как цветы у бабушки на подоконнике. Кажется, их называют фиалками? Пожалуй, это его любимые цветы. Валевский взял лицо Яны в ладони, с нежностью утёр солёные дорожки с белых щёк. Девушка всхлипнула. - За что он тебя так?... Из-за чего повздорили? Парень мягко улыбнулся. - Я заслужил. В заднем кармане его джинсов задребезжал телефон. Лавр неловко достал его, взглянул на дисплей. Отец. Он звонит уже в пятый раз. Наверное, заждался свою дочурку дома. Валевский скривился. До чего же тошно. Мерзко. Противно. Он вновь взглянул в глаза сестры. Есть ли способ удержать её немногим дольше рядом с собой? Определённо есть. Парень вновь улыбнулся. - Знаешь что, Анют...У тебя же соревнования через неделю? - получив в ответ неуверенный кивок, Лавр погладил сестру по светлым волосам. - Тебе готовиться нужно. Давай побегаем ещё немного. Вместе.