Пять ночей

Вот, вы, когда-нибудь задумывались о смерти? Как вы её представляете? Когда душа уходит в рай или ад, когда за вами приходит чёрный силуэт с косой, когда ваш мозг отмирает и тело разлагается или может это — ноющая боль которая проходит через каждую клеточку вашего тела и души, заполняя ваш разум. Эта самая боль, может появиться из ниоткуда, либо же из-за весомых причин: потеря близкого человека, невзаимная любовь, да что угодно. Это ужасное чувство, когда вы ощущаете ком в горле и со временем он становится всё больше и больше. В такие моменты вы не видите смысла жить дальше, вас посещают разнообразные мысли о самоуничтожении. Смерть. Вы хотите в этот самый момент умереть. Но есть одно «НО» — вы боитесь. Да, вы можете это отрицать, по типу: «Нет, я не боюсь её, вот я сейчас могу пойти и прыгнуть с крыши.», — но всё равно переходя дорогу смотреть по сторонам, не оставляете включённым газ в квартире, закрываете дом, не кидаете включённый фен в воду. Почему? Потому что подсознательно, вы боитесь её. Сегодня был обычный вечер, точнее я так думал. Пьяная тётя. Громкий смех. Неразборчивый крик. Разбитые бутылки. Новые собутыльники. Я как всегда сидел в соседней комнате слушая музыку, чтобы хоть как-то уйти от реальности и погрузиться в царство Морфея. Так проходит, почти, каждый вечер на протяжении двух лет. В детстве я рос в обычной семье, как все обычные дети. Ходил в школу, играл с друзьями в приставку, увлекался игрой на барабанах, путешествовал. Когда мне исполнилось тринадцать лет мои родители погибли в автокатастрофе, грузовик врезался в автобус. Мне сказали, что они задержаться в командировке, но тогда я всё понял. Примерно месяца два я не мог это принять, ночами у меня были жуткие истерики. Я за ними очень скучал, но Катя всегда была рядом и от этого становилось легче. Так моя родная тётя стала моим опекуном. Примерно два года назад компания в которой она работала прогорела, из-за этого появилось много долгов, начался запой. Да, бывают дни когда она трезвая, но не так часто, как хотелось бы, но я всё равно её очень люблю, уважаю и хочу помочь, как она помогла мне. В какой-то момент ручка моей двери начала истерически дёргаться, не успев сделать и одного движения, как дверь вылетает из петель соприкасаясь с полом. Пошатываясь в комнату входит пьяный в стельку мужчина, лет сорока. Я убил человека. Я не виноват, я не виноват в этом. Он сам, он хотел изнасиловать меня, я должен был защищаться. Мне было очень страшно. Он приближался медленно и уверенно, расстегивая ширинку, и что-то бормоча себе под нос. У него было устрашающие лицо: горбатый нос, узкие от нависшего века глаза, какое-то пятно на пол лица. Я никогда не забуду это пьяное, опухшее лицо. Сейчас в моей комнате лежит не до конца остывшее тело с разбитой головой, алая кровь растекается по полу заполняя каждую щель. Я впервые совершил что-то подобное, что-то ужасное и наказуемое, но даже в такой ситуации, просто сижу во дворе на качели в полной темноте и тишине — звучит как безумие. Закурив из пачки сигарету я затянулся до предела, едкий дым заполнил лёгкие, а разум затуманился пытаясь забыть случившееся. От маленького постукивания, пепел осыпался и разлетелся подхваченный порывом ветра. Выдохнул. Приоткрыл веки, перед глазами всё поплыло. С этой пачкой я начал курить и с ней же бросил. Первый раз взял сигарету в тринадцать, когда потерял родителей, ввязался в одну компанию и хотел им соответствовать. Помню выкурил десять, у меня даже было правило, каждый день по одной, а когда тётя узнала, то заставила съесть четыре. Вкус был отвратительный, меня потом стошнило и с тех пор я бросил. Но сегодня будет исключение, тем более у меня есть причина. — Как давно тут сидишь? По моему телу прошёл табун мурашек. На соседней качели сидел парень, я не смог разглядеть его внешность, потому что было очень темно, но голос был бархатный и приятный. — Такой же самый вопрос могу задать и тебе, — даже не знаю, что ответить, я просто в маленьком шоке. — Ну, примерно столько же, сколько и ты. Просто ты так задумчиво смотрел в землю, что я не стал отвлекать и задавать вопросы. — монотонно ответил незнакомец, — Извини, если отвлёк… — А, да нет. Тебе нет за что извиняться, — как же неловко, а если я что-то бормотал или он читает мысли. — Ты часто здесь сидишь? — покачиваясь на качели спросил незнакомец. — Да, это моё любимое место, особенно ночью. Здесь тихо и спокойно, можно подумать о своём. А ты? — На твоё удивление я тоже. Даже странно, что мы не виделись раньше. — Да уж. Можно спросить кто ты и как тебя зовут? — мне было очень интересно кем является мой ночной собеседник. — Виктор, но можно просто Витя. Прям как друга моего детства. Мы так давно не виделись, где-то пять лет прошло с нашей последней встречи. Интересно как сложилась его жизнь. — Евгений, но можно просто Женя, — я повернулся сделав попытку разглядеть лицо ночного собеседника, но она в очередной раз была провальной. — У тебя вся ночь свободна или есть планы? Это был очень неожиданный вопрос, но всё же я не хочу возвращаться в квартиру где лежит мёртвое тело. — Можно и так сказать, — неуверенно произнёс я. — Замечательно, тогда вставай, мы пойдём с тобой в одно очень красивое место, — вскакивает с качели одушевлённо произнёс Витя. Мне терять было нечего, так что я с радостью согласился. И нет, в этот момент я не думал, что он маньяк, убийца, вор или насильник. Если он меня и убьёт, то я буду считать, что это карма. Больше всего мне нравилось, что он не задавал личных, не касающихся его вопросов. Хоть он и вызывал пугающую атмосферу, мне почему-то было спокойно с ним. Спустя время мы вышли на широкую трассу по которой почти не ездили машины, вполне логично, как никак, два часа ночи. Найдя маленький камень, у нас начался мини футбол. Я не знаю как долго мы преодолевали эту большую дорогу, но за всё время, что мы шли он рассказал о себе очень мало. Как его зовут, сколько ему лет, кстати 19 и впрочем всё. А мне много и не надо было. До самого утра мы сидели на высоких карьерах, с которых открывался вид на ночной сияющий фонарями город. Это было потрясающее зрелище. Наши головы обдувал холодный ветер, но никого это не волновало. Его холодные пальцы еле соприкасались с моими. И я наконец-то смог разглядеть это лицо: острый вздернутый нос, тонкие губы, зауженный подбородок, вот только цвет глаз не удалось увидеть. Я в первый раз провожу так время, где-то далеко от дома и тёти, тем более с малознакомым мне человеком. Как-то само вышло, что я рассказал про своё детство, про родителей, тётю и всё что накопилось во мне за всё это время, но у меня хватило сил не рассказать про убийство, а он просто сидел и слушал не проронив ни слова. На рассвете я с Витей отправились домой, по пути обратно мы оба молчали, возможно даже это и к лучшему. Где-то в пол восьмого утра я был напротив своей квартиры с надеждой, что мы ещё встретимся. На пороге меня встретила Катя с серьёзным и трезвым лицом. За её спиной я не увидел трупа лежащего в моей комнате и в ту же секунду понял о чём будет разговор. — И где тебя носило, ты хоть видел время? Восемь часов утра, ты домой не удосужился раньше прийти? — разярённо бурча требовала ответа она. — Я был с…другом. Мы просто сидели во дворе на качелях и так разговорились, что потеряли счёт времени, — надеюсь звучало убедительно, но всё же здесь есть доля правды. — Хорошо. Тогда ответь на мой последний вопрос. Что произошло в твоей комнате сегодня вечером? — уже более спокойным тоном спросила тётя Катя. — Он хотел изнасиловать меня. Мне нужно было хоть как-то себя защитить. Я правда не хотел его убивать, это вышло совершенно случайно. Я не хотел этого! Я не виновен! — это было уже похоже на истерику с моей стороны. — Эй, ну ты чего, — подойдя ко мне и крепко обняв произнесла она, — я верю тебе, солнце. Слышишь? Я тебе верю, успокойся. И ты его не убил, он просто потерял сознание от удара. Сейчас он лежит в больнице, всё хорошо. — Значит я не убийца? — не веря своим ушам, заикаясь произнёс я. — Да, мой мальчик. Давай быстро переодевайся и в постель, тебе надо отдохнуть. Так прошла неделя, с тех пор он не появлялся. Через мои ночные фантазии я услышал тихие постукивания по окну. Сначала я не проявил большого интереса к этому, но звуки не прекращались. Всё же не хотя я подошёл и открыл окно, там стоял он — Виктор. — Ну наконец-то, я уже думал, что ты спишь! — начал кричать он со всей силы, я так предполагаю. — У меня тётя дома, не кричи, — перебивая его ор, попросил я. — Спускался, сегодня мы идём гулять, — уже более спокойным голос сказал Витя. — В два часа ночи, ты серьёзно? — такого я точно не ожидал. — Да, почему бы и нет. Давай спускайся! — Ладно, хорошо, хорошо. Только не кричи, — почему-то я был безумно рад, что он пришёл. За это время я очень много думал о нём, чем-то он меня зацепил, ну да, чему я удивляюсь, с того случая я не нашёл друзей в новой школе. У меня давно не было обычного общения, обычных прогулок по городу, мне этого очень не хватало. Быстро надев клетчатые штаны, свободную чёрную футболку с каким-то непонятным узором и взявши, на всякий случай, джинсовку я выбежал на лестничный пролёт и быстро спускаясь по старым холодным ступенькам вылетел к нему. — Так скучал по мне, что прям прибежал, — Виктор озарил меня своей прекрасной улыбкой и голубыми выразительными глазами, в отличие от моих тёмных карих. — Сегодня мы отправляемся на пляж! — радостно воскликнул Витя. — На пляж, ночью? Звучит как отличная идея! — с ноткой иронии ответил я. — Даа! Я уже всё взял, так что пошли, — с яркой улыбкой на лице воскликнул он. Я не стал сопротивляться, не хотел чтобы с его лица исчезла улыбка. И мы отправились на песочный берег. Я рассказывал как проходили мои скучные одинаковые дни в школе, что были многочисленные самостоятельные, которые я скорее всего завалил, как проспал урок русского языка, за последний партой, как получил очередную единицу по алгебре и всё в этом духе. —Что на счёт тебя. На кого учишься? — спросил я, когда у меня закончились темы для разговора. — В меде, на психолога. Вообще хотел на хирурга или на дизайнера, но как-то так вышло, что буду помогать психам, грубо говоря. — ответил Виктор, рассматривая серое не до конца проснувшееся небо. — Ого, такая неопределённость. А я вот мечтаю поступить на актёра, сниматься в кино. — Даже так.Тогда, можешь оставить свою подпись на моей футболки, а когда станешь популярный, то продам её за миллион долларов, — расстегивая кофту и видимо не шутя сказал Виктор. —Надеюсь это забудется, — услышав моё одобрение, он протянул мне чёрный маркер и я поставил небольшой аккуратный автограф. —Теперь осталось подождать лет пять -восемь и я разбогатею, — с успешной произнёс он. Мы всё так же шли проходя частные дома, многоэтажки, круглосуточные магазинчики, алкашей и наркоманов слушая в наушниках Валентина Стрыкало, Сметана band и Цоя. Так прошли три часа. Наконец-то начало светать и на горизонте появляется вода, а в скором времени и пляж. Песок был прохладный, я бы даже сказал холодный, но кого это волновало, бросив рюкзаки мы быстро скидываем с себя одежду, оставаясь в одних боксёрах. В этот момент наш разум не думал о том насколько холодная вода, что находится под ней, мы с разбега полностью заныриваем в ледяное тёмное море. Брызги воды летят в наши лица, мы погружается в воду и хватаем друг друга за ноги топя, наш смех и крик был слышен на весь пляж. И тут я вижу яркие расплывающиеся лучи красного солнца, оно медленно поднимается из-за горизонта всё больше ослепляя своей красотой. Продолжая лежать на воде, мы смотрели на прекрасный незабываемый восход. За этим можно наблюдать вечно. После наших купаний мы ещё час сидели на пляже обсыхая и общаясь на разные темы. — Ты когда нибудь задумывался о смерти? — задал вопрос Виктор. — Конечно были поводы бы задуматься, но прям думать об этом — нет, — конечно у меня были такие мысли, но я что ебанутый такое говорить. — Простоя я верю в перерождение. В детстве всегда думал об этом. У меня был кот и он очень неожиданно умер, я очень сильно скучал за ним. Одним утром на пороге моей квартиры стояла коробка, а в ней лежал маленький белый комочек шерсти. С тех пор я верю в перерождения. — Тогда, если ты умрёшь первым, то я буду ждать тебя на качели в моём дворе. — А если ты умрёшь первым, то… — пауза слишком затягивается, — знаешь, я почему-то думаю, что такого не случится, — с ноткой грусти и с незаметной улыбкой произнёс Виктор. — Хэй, чувак, я надеюсь такого не произойдёт в ближайшее время, — я очень хотел разбавить эту напряжённую обстановку. Витя не появляется уже неделю. У меня нет его номера телефона или соц. сетей. Он мне как-то сказал, что это не пригодится и он сам меня везде найдёт, почему-то я в этом не сомневаюсь. В последнее время тётушка не пьёт, меня это очень радует, она в прекрасном настроении и самочувствии. А я так же продолжаю ходить в школу и раздражать учителей, тем что собираюсь поступить на актёрское. Они мне много раз пытались доказать, что это невозможно, что меня не возьмут, у меня нет таланта. В какой-то момент я тоже так подумал, но всё же они не ясновидящие, чтобы предсказывать будущее. Мои руки стали холоднее льдины, они дрожали в мелких судорогах, ладони вспотели выделяя холодный пот. Тело покрылось гусиной кожей. Нужно было выбрать правильный ответ, но ты боялся ошибиться, в голове всё перемешалось. Время невероятно быстро летит, секунда за секундой и вот скоро звонок. От жуткого напряжения щёки горели, становясь розоватыми. Звонок. Написал только четыре задания из десяти. Это провал, впрочем как всегда. Проходя по ширим заполненным учениками коридорам я дошёл до уборной. Когда холодные капли воды коснулись моего лица мне стало легче. В кармане загудел телефон, высветился незнакомый номер. Я с опаской отношусь к неизвестным номерам, но любопытство превзошло страх. — Можешь сейчас выйти на улицу? — раздался до боли знакомый голос. — Виктор, это твой номер? — предположил я. — Да, так ты можешь прямо сейчас выйти? — спросил он. — У меня ещё уроки не закончились, но на время перемены могу. Сейчас, подожди несколько минут, — сбросив вызов я быстро побежал по коридорам и лестницам, мы не виделись чуть меньше недели, но даже за такой маленький промежуток времени я успел, в какой-то степени, соскучиться, я бы сказал даже не по нему, а по нашему времени проведённому вместе. — У тебя что-то важное? — добежав до места назначения спросил я. — Да, сегодня я забераю тебя и отвезу в восхитительное место, — сказал Витя переменаясь с одной ноги на другую. — Хм, конечно идея не плохая, но у меня ещё уроки не закончились., — я не успел договорить как в ту же минуту меня перебили. — На сегодня у тебя уроки завершены и меня не волнуют твои отговорки, — с полной уверенность сказал второй. Я не стал возражать и мы отправились в неизвестном мне направлении. Шли мы где-то минут десять, а потом нас встретило такси, сам таксист был очень странный и стрёмный, как по мне, но Витя быстро нашёл с ним общие темы для разговора. Я уже думаю, что они оба маньяки или убийцы, хотя какая разница, цель у них одна — убить меня. Хотя, мне даже любопытно побывать в логове маньяка насильника, где-то я слышал, что у них много игрушек для взрослых, хочу посмотреть на ассортимент. Я уже начал волноваться, потому что наша поездка продолжается очень долго, но ещё не было темно, хоть что-то радует. — Когда мы доедем до твоего «великолепного места»? — Осталось меньше десяти минут и мы будем на месте, — с ноткой радости в голосе ответил Витя. Замок. Большой прекрасный замок. Мы ехали так долго чтобы увидеть это восхитительно прекрасное здание. Оно было расположено среди зелёных лесистых холмов, которые покрывались рассеянным туманом. Замок был сделан из серого и красного кирпича, который частично усеян мхом. Он был разделён на три больших этажа, на каждом из них были маленькие окна, через которые проходят лучи солнца. Когда мы переступили порог первого этажа, мой взгляд упал на большую просторную комнату, она была полностью в развалинах, но это не скрывало её огромные размеры, могу предположить, что это был зал. Из первой комнаты можно попасть в две другие и так же на второй этаж. Витя пошёл на право и я направился за ним. Эта комната была не менее развалина как предыдущая, возможно это была кухня, так как в ней сохранились остатки печи. Всё рассмотрев и запечатлев на камеру, мы отправились на лево, в третью и последнюю, на первом этаже, комнату. Могу не заметить, что эта комната сохранилась хуже, чем предыдущие, так как у неё отсутствовала одна стена и по ней нельзя понять для чего именно она была создана. Не долго рассматривая её мы направились на второй этаж, к нему вела очень большая старая круглая лестница, с каждым шагом было тяжело подниматься. Несмотря на свой страх высоты, мы всё же поднялись наверх. На втором этаже расположились четыре больших комнаты и маленькая комнатушка. Больше всего бросился в глаза длинный зелёный плющ, который рос по всему периметру комнат. Судя по всему, одна из них — спальня, вторая — тоже спальня, третья — зал или гостиная, а вот каморка- уборная. Я могу ошибаться, но я несколько раз видел, в учебниках истории, строение туалетов в старых замках. Когда я зашёл в эту каморочку ничего необычного не увидел, просто маленькая комната, скорее всего я ошибся на счёт туалета. На втором этаже не было ничего интересного, на первый взгляд, но в одной из комнат были поставлены высокие витражные окна, а точнее сохранились только их остатки. Они так красиво переливаются при свете солнца, потрясающее зрелище. Кстати, во второй спальне я нашёл маленькую руку статуэтки, среди развалин и пыли. А третью комнату почти полностью захватил вьющийся плющ, из-за него было сложно пройти вовнутрь. К сожалению мы с Витей не смогли попасть на третий последний этаж, так как ступени к нему полностью были развалины. Выйдя из замка я понял на сколько дорожу Виктором, без него я бы не получал настолько большие порции эмоций. После наших встреч я чувствую себя безумно счастливым и воодушевлённым. — Витя, спасибо тебе огромное за то что привёз меня в это место и вообще, что уделяешь мне время. Кстати почему? — меня прям осенило, почему он уделяет мне столько своего свободного времени, мы даже не были знакомыми или друзьями. — Я прям уже ждал, когда ты задашь мне такой вопрос. Простоя когда я увидел тебя в первый раз, ты мне показался очень грустным и разбитым человеком. Я достаточно часто встречал тебя на тех качелях и всегда ты был один, — ответил он, смотря куда-то в даль. — Но., даже если так, ты всегда можешь прекратить общение, не надо быть со мной только из-за жалости. Это не правильно, — когда я это говорил меня охватил страх, что я его больше никогда не увижу, что мои слова оказались правдой. — Чёрт, откуда в твоей глупой голове такие мысли? — спросил он и резко, но и в тоже время нежно обнял меня. Его руки обвили мои плечи и спину, он медленно потянул меня к себе, от шока я не мог даже сопротивляться. Я слышал как бьётся его сердце, как вздымается с каждым вдохом грудь. На моё удивление, у меня не было желания его оттолкнуть, накричать или ударить, наоборот, я хотел стоять так целую вечность, — у меня никогда не было мыслей о жалости или о чем-то подобном. Я просто хочу сделать тебя чуточку счастливее, — эти слова были настолько успокаивающими, что на сердце стало так тепло и уютно. Месяц. После нашей последней встречи он не появлялся месяц. Виктор не брал трубку, не отвечал на сообщения, он просто исчез будто его никогда и не было. Каждый день, вечер, ночь, я ждал его появления. Чёрт, на каждых уроках я пялится в телефон, не слушал учителей, ждал его сообщения. Меня посетила прекрасная мысль, пойти к нему домой, но он никогда не говорил где живёт, кто его родители. Это было до жути подозрительно, а с другой стороны, какая разница. Просто дайте мне встретиться с Виктором. Эти мысли не давали спать, они затуманили мне разум. Я скучал за ним до потери сознания. Это было невыносимое чувство, которое разъедает тебя с каждой чёртовой секундой. Виктор как наркотик, один раз попробуешь и уже не отвыкнешь. Ночь. Стук в окно. Я подрываюсь с постели, нервно сбрасывая с себя одеяло, мои ноги подкашиваются от резкой боли в голове. Это был он. Я открываю окно всматриваясь в темноту, выискивая знакомую фигуру. Это был Виктор. — Можно я зайду? — неуверенно подходя к окну моей комнаты спросил он, в его голосе не было столько оптимизма, как в прошлый раз. — Д.да, конечно, заходи, — сказал я отходя от окна. Счастье окутало моё тело, живот начал приятно болеть, ноги стали ватными и не держали тело. Я не мог осознать того, что Виктор прямо сейчас появится передо мной, что он снова потащит меня в новое удивительное место, где мы проведём целый день. Резкий стук в дверь вывел меня из мира мыслей. Слава Богам, что сегодня у тёти ночная смена и я смогу не переживать, что она проснётся. Быстро побежав к двери я повернул ручку. Передо мной стоял он. Непонятное чувство атаковало моё тело, ладони вспотели, а живот скрутило в непонятной боли. — П.проходи, Виктор, — сказал я. Когда он пкреступил порог квартиры, знакомый запах ударил мне в нос, настолько домашний, приятный и.родной. — Да, спасибо, — ответил он снимая обувь. — Ты чай бу… — не успев договорить, как меня перебили. Губы Виктора нежно накрыли мои, от неожиданности я немного отстранился, но тут почувствовал, что его руки обхватывают меня за талию, медленно подтягивая к себе. В туже секунду я понял, я не хочу отпускать его, не хочу, чтобы он уходил, чтобы прекращал, то что начал. Осознав это я прикрыл глаза, окунаясь в море чувств. Его губы нежно сминали мои, то верхнюю, то нижнюю. — Мха.мх, — от такой ласки у меня вырвался тихий стон. Используя шанс, Виктор проник своим нежным языком в мой рот, сплетаясь в медленном танце с моим языком. Мы целовались медленно, развратно, я запустил свои пальцы в его тёмные волосы, перебирая. Моё тело начало плавится в его руках, нижнюю часть живота приятно тянуло. В голове не было никаких мыслей, кроме желания не останавливаться. — Если мы продолжим это делать, всё может зайти слишком далеко, — отстраняясь, предупредил Виктор. Его щёки были немного покрасневшими, а губы розовыми и чуть-чуть припухшими. Мне понравилось целоваться с ним, но я не был готов к большему. — Извини, наверно нам стоит остановиться на этом, — ответил я, убирая его руки с моей талии, — я не готов зайти дальше, мне стоит отойти в уборную, а ты проходи, располагайся на кухне или иди в мою комнату, — сказав это, я быстро побежал в туалет. От такого вида прикосновений, у меня явная эрекция, как не удобно, нужно справиться побыстрее. Я не могу поверить, он поцеловал меня, мы целовались, Виктор держал меня за талию, у него такие мягкие губы, он был так прекрасен. Значит, я ему нравлюсь, неужели, но мы же так мало знакомы. Но мне.он тоже н.нравится? Возможно. Дверь в ванную резко распахнулась, прервав мои мысли. Блин, неужели я забыл её закрыть. — Виктор, зачем так врываться, а если бы я был голый или ещё что-то? — такое вторжение, было явно неожиданно для меня. — Ну, если бы ты и правда был голый, я бы не был против, — сказал он с некой усмешкой на лице, — тем более, мне кажется, тебе нужна помощь, — его взгляд упал на ширинку моих штанов. — Н.нет, она мне точно не нужна, — протороторил я, в туже секунду прикрывая свою неприятность. — Слушай, я не буду ничего делать против твоей воли, я не буду заходить далеко, можно я просто помогу тебе? — он подошёл в плотную ко мне, обхватил моё личико руками поглаживая и снова поцеловал мои губы, наши языки сплелись в горячем танце. Этот поцелуй отличался от прошлого, он был более напористый, развратный и страстный. Мои пальцы покоились в его волосах, перебирая каждую прядь. Мой пах накрыла его рука, а вторая обхватила мою талию. Я хочу, хочу, чтобы он прикоснулся ко мне. — Хмх.а., пожалуйста.не останавливайся, — он безумно сексуален, его глаза в которых хочется утонуть, лёгкий румянец на щеках, оголённые ключицы. После поцелуя я полностью обмяк в его объятиях, мои ноги уже меня не держали, я как будто сейчас потеряю сознание. — Мм.ты такой красивый, своим видом возбуждаешь меня всё больше и больше, — прошептал мне на ухо, — обхвати меня ногами, — сказав это, Виктор поднял меня на руки, а я зацепился ногами за его талию. Вовлекая в поцелуй он прижал меня к стене, его рука опять потянулась к моей ширинке. — Мха.м, — его пальцы растегнули молнию, он начал быстро стягивает джинсы. Я в первый раз был настолько возбуждён, мой член ныл от перевозбуждения, желая дойти до самого конца. — У тебя уже боксёры мокрые, — лаская меня через ткань, прошептал Виктор. Его рука двигалась вверх-вниз по стволу, большой палец потирал головку, от чего разносились судороги по всему телу. — Сними их, п.пожалуйста, сними их.мм, — я очень удивился, когда услышал свой голос, он был каким-то другим, но в какой-то мере мне он нравится. — Что снять, милый? — с усмешкой на лице спросил он, продолжая поглаживать промежность. О боже, он назвал меня «милый». — Т.трусы, сними их, — я очень хочу, чтобы он прикоснулся ко мне, хочу почувствовать тепло его рук на своей коже. — Мм.даже так, хорошо, дорогой, — последняя ткань слетела с моего тела, оголяя полностью всё достоинство. Его длинные пальцы прикоснулись к моему «другу». Это было восхитительно, они медленно и умеренно скользили по мне, задавая невероятно чувствительные места. Стоны удовольствия вырывались из моего рта. Он целовал мои губы, шею, ключицы, посасывал мочку уха, Виктор оставлял на мне засосы и маленькие, приятные укусы. Его движения руки усиливались всё больше, моё тело начало подрагивать в ожидании излиться. С громким стоном я кончил ему в руку, моё тело покрылось мурашками, а волна эмоций и эйфории нахлынули на мой разум. Я не чувствовал не ног, не рук, моя голова откинулась назад, немного ударяясь о плитку. — Жень, ты был прекрасен… — это последнее, что я услышал. Следующий день мы проспали до обеда, я познакомил свою тётю и Виктора, пока что я объяснил, что мы просто друзья. Ещё не время. Остальную половину дня мы провели на улицах города, ходили по разным заведениям, съездили на карьеры, а вечером посидели у меня во дворе на тех качелях, как в нашу первую встречу, только в этот раз мы держались за руки. Пик. Пик. Пик. Пик. Непонятный звук достиг моих ушей. Веки были очень тяжёлые, приоткрыв их, яркий свет ослепил мои глаза. Голова начала побаливать, а тело непривычно гудеть. Привыкнув к освещению, я повернул голову. Передо мной было окно, а рядом с ним кардиограмма. Рядом с кроватью сидела моя тётя и…спала? С другой стороны стояла капельница и другие, непонятные мне, предметы. А дальше до меня дошло. Я в больнице. — К.Катя. Катя, — мой голос был ужасно севшим, а горло пересохшим. — Женя? Женечка, ты очнулся, мой мальчик, — она подорвались со стула и начала выцеловывать мои руки, — ты очнулся, я знала, я знала, что этот момент произойдёт и всё будет хорошо. — радостно произнесла она, — я сейчас позову доктора, полежи пока здесь. Спустя несколько минут дверь в оплату распахнулась и в неё вошёл доктор. — Евгений, как ты себя чувствуешь? — он ещё достал блокнот с ручкой, начиная что-то записывать в нём. — Мм…у меня болит голова и ломит тело, а так всё нормально. Но, что со мной произошло? И где Виктор? — страх охватил моё тело. — Начнём с того, что я понятия не имею о ком ты говоришь. А попал ты сюда не случайно. Год и три месяца назад тебя ударили по голове стеклянной бутылкой, сначала ты просто потерял сознание, а потом упал в кому. Она же затянулась на год и три месяца. Возможно этот некий Виктор, был у тебя во сне, но за всё это время никакой человек с этим именем тебя не навещал. И твоя тётя о нём ничего не знает. Что у тебя болит голова и тело, вполне нормально. Через два месяца мы сможем тебя отпустить домой, а пока ты здесь будешь укреплять силы, принимать лекарства и ходить к психологу. Так как после ком, это необходимые процедуры. Извини, но мне нужно тебя покинуть, у меня другие пациенты, — всё, он развернулся и вышел из палаты оставив меня наедине со своими мыслями. Значит, не было никакого Виктора, не было наших приключений, не было поцелуев и…близости. Спустя две недели я снова смог нормально передвигаться и сегодня у меня будет первый день с психологом. Мне многое нужно ему рассказать, так как мне срочно нужно с ним поделиться о Викторе и всё, что нас связывало. А вдруг он мне скажет, что он существует, а мне просто не говорят. Я достаточно сильно постучал в дверь и вошёл. Поднял глаза. Передо мной сидел… — Виктор? — это был он, он из моего сна, живой и невредимый. Может это со мной что-то не так и я просто схожу с ума. Но это был он. Его голубые глаза, лицо, руки. Всё. — Да меня зовут Виктор. А Вы… Евгений? Я не ошибся? — но было одно «НО». Он не знает и не помнит меня.