Песня луны

Посвящается моей подруге Мирабелле, которая меня втянула в этот невероятно стеклянный фэндом. Спасибо. Суббота, 1981 год. Будильник прозвенел в 8:00. Парень с невероятной грустью его выключил, сел на кровать, вспоминая какой сегодня день... - Нет... Только не сегодня. - грустно пробубнел он. Тяжело вздохнул, одел свой любимый темно-зеленый вязанный свитер. Голова кружилась. С выпивкой он всегда был осторожен, но вчера отчаянно пытался вычеркнуть этот день из календаря. Юноша посмотрел в зеркало. Измученное лицо, мешки под глазами, на лице несколько уже привычных шрамов. Он вновь громко вздохнул и пошел в маленькую кухонку. Сделал какао и сел в достаточно новое кресло. Квартирка в целом была маленькой, но ему и так хватало места, ведь теперь он один. Никто в морозы не разпахнет дверь и во всю не закричит: - А тебя то Лунатик мы и ждём! Он уже давно не слышал родных голосов. Всё ему казалось чужим, не знакомым. И город, и люди, и звуки. Всё. Он смотрел в окно, по долгу рассматривая другие окна. Кто-то готовил рождественские салаты, кто-то строил снеговика, а он, Римус Люпин в свой 21 год жизни сидел один в кресле, попивая какао. Странно, а ведь раньше это был его любимый день в году, а сейчас он ненавидел его. Старался не думать, но воспоминания будто сами лезли ему в голову. И он уже не заметил, как отключился. Рождество 1976 год Это были лучшее время в истории! О как же он был счастлив, ведь он с теми, кто не бросит. Они помогали наряжать ёлку в Большом зале. - Хей, Сохатый! Подай ту игрушку с санями! - крикнул Сириус - Лови! - Как всегда метко, Джим. Доркас с Марлин внизу помогали разматывать гирлянду, а Лили и Римус рисовали рождественскую вывеску. - Как думаешь, надпись "С Рождеством" делать красной или зелёной? - Даже не знаю... Может всё вместе? А я ещё леденцы дорисую. - Отлично. Работа шла полным ходом. Макгонагалл хотела наказать Блэка, недавно пойманного за проделку, но он втянул в это друзей и получился незабываемый день, полный эмоции и счастливых моментов. - Римус, а почему ты любишь Рождество? - поинтересовалась Эванс - Почему я люблю Рождество? - удивлённо повторил он - Да, почему? - А ты взгляни. Джеймс уже чуть ли не жонглирует ёлочными игрушками, а Питер во всю доедает последние мандарины. И как только в него уместилось? - они засмеялись, смотря на гриффиндорца. - А ты, Лили, улыбаешься и этого вполне достаточно, чтобы запомнить. - Неужели? А если я постараюсь удалить эти воспоминания? Подслушав их разговор, Поттер закричал: - Только попробуй, Эванс! - а потом взял кисточку и брызнул краской Лили прямо на одежду. И тут резко тишина. Звонкий смех девченок утих. Лили загорелась гневом. - ДЖЕЙМС! - закричала она - О оу. Советую бежать, Сохатый. - А я то не знал, Бродяга! Но Эванс не спешила его догонять, только взяла кисть по толще и макнула в зелёную кисть. - Ну держись, Поттер! Они начали брызгатся краской. Лили никогда бы не поддалась его шалостям, но сегодня, видно, была в отличном расположении духа. - ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ!? - закричала Минерва, услышав шум. - Мы... Готовимся к празднику, профессор. - отшутился Бродяга - Я вижу. Только попробуйте не убрать до вечера! - сурово приказала она, а позже ушла. - Ха-ха! Видели бы вы лицо Сириуса! - Кто бы говорил, Джим! - Все мы знатно испугались, но тем не менее этот день точно останется с нами на всегда! - Придержите лестницу, а не то сейчас я полечу! Собаки не кошки, на лапы не преземляются. - Сейчас! - Римус придержал лестницу, смеясь. Как же было тогда тепло. Сколько улыбок подарил такой беззаботный день. А на Рождество пришло время дарить подарки. - А это тебе от всех нас. - улыбаясь, протянула коробку Лили. - И что же это? - озадаченно спросил Римус - Открой и узнаёшь. - задорно прошептал Сириус. - Это... Это карта! Карта? - Ты очень беспокоился за каждое полнолуние. По этому мы тут скинулись и купили Астрономическую карту полнолуний. Каждый месяц там изображается расположение звезд и точное время выхода луны. Не знаю, как до нас не пришла эта идея раньше. - Пояснил Джеймс. - Ребят, не стоило так заморачиваться... - Да перестань! Ты достоин большего! - гордо заявил Блэк, Люпин замялся. Он даже не знал, что сказать, ведь его подарки не были такими дорогими и душевными и... Но будто освобождая его от своих мыслей, Марлин сказала: - Всё для нашего Лунатика! - Всё для нашего Лунатика! - подхватили остальные, обнимая парня. В их объятьях ему было так спокойно, ведь он знал, что никогда не будет одинок. Открыв глаза, он осознал, что обнимал сам себя. Римус старался согреться самостоятельно, вновь возродить те эмоции и чувства, но не удавалось. Теперь большинство его друзей мертвы, один из них предатель и заслуженно сидел в Азкабане, а другой попросту убежал... - И вот опять я думаю, что Сириус не предал бы своих друзей. Это говорят мои ожидания или эмоции? Но ведь он не мог... - Римус знал, что как бы Бродяга не любил своих друзей и как бы часто не повторял, что они для него настоящая семья - он их предал. Как же было больно. Как же воспоминания царапали его сердце. Они давили на него, хуже света луны. Люпин не мог пережить всё это самостоятельно, но старался показаться сильным, хотя бы для самого себя. Он встал и взглянул в зеркало вновь. - Кто же ты? Ты жалкий трус, Римус! Жалкий трус! Настоящий друг бы почувствовал, если с их близкими что-нибудь случилось. А ты не почувствовал ничего! Ничего! Ты ничтожество. Жалкое ничтожество. Монстр... 1974 год. - Римус, мы здесь! Мы рядом! - тихо говорил Поттер - Нет! Уходите! Прочь! Убирайтесь. Мадам Помпфри! - Увы ребята, если пациент не хочет вас видеть или если это портит его внутренне состояние, то я буду вынуждена вас выпроводить. - Прошу, дайте поговорить с Римусом! - верещал Сириус - Мы должны ему сказать нечто важное. - пробубнел Питер - Прошу. Дайте нам несколько минут. - Хорошо, только обещайте, что вы поговорите спокойно. - Обещаем. - Клянёмся! - Честно при честно! - Проходите. Я пока посмотрю как самочувствие у других пациентов. - Спасибо. В больничном крыле послышался облегченный вздох, это был Поттер. - Римус... Мы... - Ребят, давайте поговорим чуть позже... - Мы начали замечать, что каждый месяц ты пропадаешь и... - Короче мы знаем, что ты оборотень. - подытожил Блэк Римус тихо пробубнел: - Да, ребят. Я монстр. Простите. Боялся, что если вы узнаете, то отстранитесь от меня и... Я боялся вас потерять. - от страха парень зажмурился, не зная что будет дальше. - Хей! Римус! Открой глаза! - крикнул Поттер - Ты не монстр. - пробубнел вновь Петтигрю, пытаясь принимать хоть какое-то участие в диалоге - Точно не для нас! - подхватил Джеймс - Знай, что бы не случилось мы всегда.. ВСЕГДА будем с тобой. Не стоит на себя наговаривать. - Спасибо, ребят. Но подумав об этом, резко сказал: - А что если... Я себя не контролирую... Я могу вас ранить. И вообще. Это не безопасно. А что если... Если кто-нибудь узнает и.. и.. - он уже практически не плакал. - Мы будем рядом. Всегда. Что бы ты не сделал - мы поддержим. Ведь как никак мы друзья. - Д...Друзья? - Ну конечно! Ещё и смеешь на себя наговаривать! - Сириус дал ему небольшого подзатыльника, как делают братья, хотя своему родному брату он бы никогда так не сделал. - Ауч! - Сильно больно? Чёрт... Я же любя. - Ладно, ладно. Я понял. - И ещё вот. - сказал Питер, - это тебе. - Что это? - Шоколадная лягушка! Сам выбирал! - Спасибо... Спасибо каждому из вас. Друзья неловко стояли, не зная стоит ли что-нибудь говорить. - Идите сюда! - Люпин всех приобнял. Хоть после тяжёлого полнолуния безумно ныло плечо, но ради друзей, братьев - и ни на такое пойдешь. - Хей! Римус! Открой глаза! - вновь прозвучало в его голове. Но открыв глаза он не увидел ни Сохатого, ни Бродягу, ни Хвоста. Только своё отражение. Чувство поддавлености. Его глушили воспоминания. - Надо подышать свежим воздухом. Срочно. - сказав это вслух, накинул шапку и теплую куртку. Вышел на улицу. Он пытался бежать от неизбежного. Как же это было наивно и по-детски! Его ноги становились тяжёлыми и складывалось впечатление, будто не он ими шевелит. Он просто поддался ветру и шел за ним. Римус жил в небольшом районе Лондона, не далеко от вокзала. Но ноги пришли не туда. - Магазин с пластинками? Серьезно? - когда юноша зашёл внутрь он знал, что ему нужно. Заплатив пару долларов, пошел на вокзал, опять не по своей воле. - Да вы издеваетесь! - заверещал он. Куча маглов обернулось в его сторону. Он сел на лестницу на 8ой платформе. И вновь он думал и вспоминал с какой улыбкой после долгой разлуки его встречал Сириус, Джеймс. С каким трепетом они выбирали купе, чтобы ещё подолгу разговаривать. Будто бы писем было мало! Казалось ещё секунда и он вспомнит всё до мельчайшей детали, до каждой шутки и вздоха. "Нет уж. Пора идти домой." - подумалось ему. Дома никто не встречал его. И вновь тишина давила на подсознание. Тогда Люпин достал проигрыватель и поставил новую пластинку, купленную сегодня. Начало декабря 1978 года. Поттер созвал Мародеров у себя дома, который находился на окраине Годриковой впадины. Джеймс поставил пластинку. - Хм. Что-то новенькое! - первым выразил своё восхищение Блэк. Римус прочитал название песни в списке на обложке пластинки. - "Hotel California". - Именно так. Под такую песню хотелось только разговаривать или спокойно танцевать. Единственной девушкой в доме была Лили, которая не так уж и далеко готовила салат на ужин. - Хей, Эванс! - крикнул Джеймс - Совсем скоро уже Поттер. - улыбнулась та. - Не хочешь составить Джиму компанию? - спросил Сириус - С удовольствием. Они начали медленно качаться со стороны в сторону, поддаваясь влиянию мотива песни. В их глазах горел неутомимый огонь невероятно прочной любви, которая готова прожить ещё долгие годы. Самым счастливым в комнате был Римус, ведь столько удовольствия ему приносили его друзья, а особенно когда они тоже счастливы. - А ты бы хотел когда то завести семью? - резко спросил Блэк - Возможно когда-нибудь. А ты? - Уж точно нет. Семья это большая ответственность, а все знают что Блэк это самый ненадежный парень на свете. - С этим я бы поспорил. Но почему... - Почему на них так приятно смотреть? - Да... В их глазах столько искренности, а мне аж до сюда слышно как стучат их сердца. - Неплохая парочка получилась то! Парни чокнулись стаканами с огневиски и продолжили о чем-то говорить, а вскоре подпевать. И сейчас он подпевал той пластинке, которую недавно купил в магазине. О как же была прекрасна эта песня. Умеренно грустная и спокойная. Но что тогда, что теперь он сидел. Последними он уже видел бледных Поттеров. Они остались на веки вместе, но в тот день казались такими бледными. Их сердца бились уже где-то в глуши друг для друга. Римус хотел вновь увидеть их, обнять, вновь прийти в гости и посмотреть как ростет малыш Гарри. Но поздно. - Самое отстойное рождество. - пробубнел он. А пластинка играла и он видел танцующих Лили и Джеймса. И по прежнему веселого Бродягу. Но это были лишь образы в его памяти, лишь чёртовы воспоминания продолжали уже сами вновь крутить пластинку.