В еловом лесу у ручья

— Ты живой? Или неживой? Ха, надеюсь, что не умер, а если умер, то не страшно, наверное… — смех. Пронзительно яркий смех, заразительный. Приятный. Беннет приоткрыл глаза, закрываясь рукой от ослепительных лучей солнца, пробивающихся сквозь лапы могучих елей. — О! Ты жив! Хорошо! Замечательно! — над Беннетом повисла тень, закрывающая собой солнце. Беннет убрал руку и открыл глаза шире, вглядываясь в лицо своего спасителя. — Я номер одиннадцать… А! Тебе лучше не знать. Можешь звать меня просто Чайлд. Тень вытянула руку, и Беннет, не медля, схватился за неё. Его подняли, поставили на ноги и слегка отряхнули. Неожиданная забота шокировала Беннета, он немного порозовел от смущения и попытался прохрипеть «спасибо», но получилось не очень. Пересохшее горло не выдавало ничего, кроме сипения и проваливающихся гласных. Беннет закашлялся, окончательно раздирая голосовые связки. — Ну-ну, аккуратнее, не помирай после того, как я тебя спас. Возьми воды, — Чайлд похлопал Беннета по спине, а потом впихнул ему в руки фляжку с водой. — Пей. Беннет сделал несколько крупных глотков и с облегчением выдохнул. Ему показалось, что он не пил уже целую вечность, а сейчас наконец-то добрался до спасительного источника. — Спасибо, — сказал Беннет, на что Чайлд снова похлопал его по спине. — Не за что, — ответил Чайлд, забрал фляжку обратно и повесил её на пояс. Беннет снова взглянул на него и ужаснулся: руки Чайлда, его одежда, ботинки и даже лицо были забрызганы кровью. — Ты чего? — Чайлд глянул на вдруг притихшего Беннета. — А! Не обращай внимания, я просто выполнял свою работу. Доберемся до ручья, и я все это смою. Беннет лишь кивнул, не в силах возразить. Ему стало страшно…

***

— Ты убийца? — голос Беннета дрогнул. — Можно и так сказать, — ответил Чайлд, мокрой тряпкой стирающий с себя кровь и пот. За те полтора часа, пока они брели к ручью, кровь успела засохнуть и намертво пристать к коже, поэтому сейчас Чайлду приходилось прикладывать усилия дабы смыть всё. — Почему ты не убил и меня? — Беннет обнял свои колени крепче и вжался спиной в ствол дерева, под которым сидел. Его колотила мелкая дрожь. Страх за свою жизнь обуял его. — Пока ты не угрожаешь моей госпоже, я ни за что не убью тебя, — ответил Чайлд. — Не волнуйся. Те ублюдки, что схватили тебя, по-настоящему заслуживали смерти. Чайлд выжал тряпку, обтер ею отмытые руки и бросил рядом с недавно разведенным костром, около которого уже сушились его рубашка и куртка. Затем он поднялся и сел возле Беннета, приближаясь к нему голой грудью вплотную. Беннет попытался отпрянуть, но Чайлд схватил его за подбородок и притянул к себе. — Я говорю серьёзно, тебе нечего бояться. Можешь даже радоваться тому, что повстречал меня, — глаза Чайлда хитро сверкнули в свете огня, он ухмыльнулся и коснулся носом носа Беннета, не разрывая зрительного контакта. Беннет резко вскинул руки, упираясь ладонями в крепкую грудную клетку Чайлда. Его дыхание сбилось, он задышал рвано, глотая воздух мелкими резкими вдохами. — Отстань! — фраза получилась больше похожей на писк, чем на полноценное возражение. Чайлд хмыкнул, перехватил одну из рук Беннета и коснулся его губ своими, вовлекая в стремительный, не шибко чувственный поцелуй. Беннет в попытке вырваться, укусил Чайлд за нижнюю губу, от чего тот дернулся и Беннету удалось отползти от него. Чайлд хихикнул, вытирая проступившую кровь, а потом, просмеявшись, уставился на Беннета блестящими глазами и с ноткой серьезности в голосе спросил: — Хочешь, я покажу тебе Север?