Глаза цвета незабудок.

— Мама!

***

[15:26; Энканто, Колумбия.] — Стой-стой-стой, малышка. Как ты меня назвала? — удивлённо спросила у девочки Виттория, хлопая ресницами. — Ой, ты же меня ещё не знаешь. Ну давай знакомиться. Я Кэтэрина Аделаида Мадригаль. — Знаешь, мне это ничего не даёт. — Тори, Il mio amore, ты где? Из-за груды камней появился Камило, как всегда, в своем любимом, жёлтом пончо. Увидев маленькую девочку, что была похожа на него он удивлённо перевел взгляд на Витторию. — А это кто? — Ой, мой папа тоже говорит моей маме «Il mio amore». А меня они называют mi luna, — протараторила девочка смотря на Камило. — Кхм, Камило это Кэтэрина. И походу она наша дочь. — Хоть она и похожа на меня и тебя вместе взятых. Но Тори, не смешно. — Эээ, пап, она не шутит, — произнесла Кэтэрина. — Как ты только что меня назвала? Папа? — расширив глаза, изумлённо спросил Камило. — У меня такое же поражение было, когда она меня мамой назвала, — весело сказала Виттория, а Аделаида закивала. (У девочки два имени, поэтому может называть и так и так) — Расскажи-ка о себе, милая, — уже к Кэтэрине обращалась Росси. Девочка помедлила. Сначала посмотрела на маму, то бишь Витторию, после на папу, на Камило. Что-то они слишком отстранёно к друг другу относятся. Камило не смотрит на Витторию с любовью и нежностью, хотя раньше он всегда так на нее смотрел. — Ну, вы мои родители… — А мне уже нравится, —довольный Камило сел на камень рядом с Витторией и обнял её за плечи. Девушка лишь покачала головой. — Мне сегодня исполнилось пять лет… Ну, то есть не сегодня, ну вообще сегодня, но то сегодня про которое я говорю, это в мой день рождения… — То есть ты получила дар? — перебила, так называемую дочь, Виттория. — Ну, эм, да. Тетя Мирабель что-то долго говорила, потом протянула мне свечу, я ее коснулась и взяла за ручку светящуюся дверь. Она ещё сильнее заискрились и БУМ. Я тут, — рассказала Кэтэрина, невинно хлопая ресницами. — Тетя Мирабель? — спросил Камило, — А Альма? — Она что… — с ужасом прошептала Виттория. — А бабушка Альма не дожила, к сожалению. — Виттория с ужасом закрыла рот ладошкой. — Ой, ну, то есть дожила, она была в зале, а со свечой стояла тетя Мирабель. — объяснила маленькая Мадригаль. — Ну, напугаешь же… — произнесла Виттория качая головой. — Что же, ты будешь моей женой и у нас будет дочь, — радостно сказал Камило. Его это вполне устраивало. — И сын. Он мой двойняшка. — И кто же он? — удивлённо спросил Камило. — Его зовут Кармело. Он читает мысли, — улыбнулась Аделаида. — А откуда ты знаешь какой дар у твоего брата, если вы двойняшки? — поинтересовалась Виттория. — Он меня старше на минутку, вот я и успела посмотреть, — произнесла Кэтэрина с безразличием. — Кхм, ладно. Тори ты по прежнему остаешься моей женой, но с двойняшками, — радости Камило не было границ. — Ты так шутишь что ли? — усмехнулась Виттория. — Нет, Il mio amore, я правду говорю, — гордо ответил Камило и сам улыбнулся. — Ох, если только время… — озадаченно начала Виттория. — Время на нашей стороне, Тори. Нужно всего лишь подождать. Плюс, это чудо сейчас стоит прямо перед тобой, — Камило указал рукой на Кэтэрину Аделаиду и она буквально засияла от этих слов. — Приятно слышать пап. — Я никогда не привыкну к этому, — сказал Камило, а Виттория засмеялась. — Что ещё можешь рассказать? — Ну. Много чего. Но ничего не скажу, так как это будущее и вы можете его изменить, — объяснила свое молчание Кэтэрина. — Ну знаешь ли. Я знала что произойдет и будет производить. И молчу, — тихо сказала Виттория. — Камило? Тори? — видать, Долорес искала их, — Хм, а ты кто? — девушка посмотрела на девочку стоящую рядом с парочкой. — Эм, я… — Кэтэрине нельзя было рассказывать что-либо, кому-либо, кроме родителей. — Я… — Это девочка из города. Пришла спросить у нас … — пыталась что-то сказать Виттория. — Она у нас спрашивала делал ли я вообще предложение Виттории, а когда узнала что ещё нет начала расспрашивать, — говорил Камило все что лезет в голову, — Не знаю зачем ей это надо, — улыбнулась парень, продолжая обнимать Витторию. — А, хм. Понятно. А мы вас просто искали, — пожала плечами Долорес и ушла. — Ого Камило, молодец, — пораженно сказала Росси, — Лучшая ложь, хах. — Спасибо миледи, — Камило в шутку склонил голову, а Кэтэрина и Виттория засмеялись. — Ладно, хорошо… Мне пора домой, потому что мои те родители, которые взрослые, но это вы, эм, короче они наверно волнуются, — Аделаида подошла к парочке и поочередно обняла каждого, — Пока-а, встретимся в будущем. Девочка отошла чуть дальше, похлопала ресницами. Потом хлопнула в ладоши и исчезла в прежней синей вспышке. Камило и Виттория переглянулись. Парень радостно улыбался, девушка чуть смущенно. — А вот меня все устраивает, — неожиданно сказал Камило. — Ну меня предельно тоже, — Камило улыбнулся на слова девушки и встал с камня, — Пошли, Тори. — Куда? — Уже вечер, Il mio amore. Надо идти ко всем. И вправду, настал уже вечер. Солнце заходило за горизонт, а Касита была уже отстроена. Как странно, прошло всего пару дней, а дом семейства Мадригаль такой большой, красивый уже стоит рядом. Как неожиданно, Виктория думала, что дом строился месяц или больше, а тут всего несколько дней и всё уже готово. Возможность, это из-за того что в городе много людей и все они помогали, а возможно это какое-то волшебство. — Волшебно… — сказала Виттория совсем неожиданно. — Что волшебно? — поинтересовался Камило. — Ну, вообще все существование Энканто волшебно. Разве нет? — парочка уже подходила ко всему народу стоящему около входа в Каситу.

***

[18:23; Энканто, Колумбия.] — До торжества, остался последний штрих, — пропела Альма смотря на Мирабель. — Какой? — непонимающе спросила Мирабель. — Нужна ручка, — ответил Бруно. — Мы сделали твою, — сказал Антонио улыбаясь и протягивая ручку. Мирабель изумлённо уставилась на нее. Всё семейство подошло к двери, вставая по две стороны от неё. С одной стороны семья Пепы, с другой Джульетты. Виттория стояла рядом с Камило, так как все же относилась к их семье в будущем. Мирабель вставила ручку в её законное место, и дом засветился жёлтым свечением. Это свечение прошло по всему дому, а после по лесу рядом и самому Энканто. Все, и семейство Мадригаль, и жители города, в удивлении уставились на Каситу, вновь наполненную волшебством. Касита же помахала ставнями приветствуя жителей дома. — hola kasita! Дом застучал черепицей и дверьми. После поднял дорожку и волной потащил Мирабель внутрь. Мирабель весело засмеялась, а вслед за ней в дом зашло и все семейство Мадригаль. Дары вновь появились. Луиза радостно начала поднимать тяжёлые вещи, Исабелла выращивала новые цветы. Птицы и животные вновь разговаривали с Антонио, а Камило мог смешить людей меняя образами. Пепа танцевала под дождем вызванным из облака над ее головой. Все встали на фотографию. Камило притянул Витторию рядом с собой и она улыбнулась этому. — La familia Madrigal! — сказали все вместе, а Касита, подумав что семья стоит не слишком сплоченно. Она волной подняла кирпичи и все стояли ближе друг к другу. «Как выглядит счастливая семья? А вот так» — подумала Виттория и шире улыбнулась. Начался праздник. Жители города танцевали, вместе со всеми радовалась и семья со свечой. Камило не отрывал взгляда от счастливой Виттории, она же замечая это смущённо улыбалась.

***

[19:12; Энканто, Колумбия.] — Как все чудесно! — сказала Мирабель садясь рядом с Витторией. — Вы такая милая семья, — улыбнулась Виттория девушке. — Я рада, что тебе нравится. Все же ты будешь в будущем жить с нами, — Мирабель обняла её, — Спасибо большое Тори… — За что? — спросила Виттория, не понимая что же она такого сделала. — Ты вечно давала какие-то направления чтобы я достигла цели. Спасибо, — Виттория улыбнулась подруге.

***

[19:23; Энканто, Колумбия.] Вскоре Мирабель ушла, а ее место занял Камило. Они болтали о всяком, им было приятно находиться рядом. — Знаешь, я люблю тебя Виттория, — неожиданно сказал Камило. Вот этого и боялась Виттория больше всего. Ведь она сама не определилась, что чувствуют к этому кудрявому пареньку. — Я… — Ничего не говори. Я вижу твое замешательство. Как только поймёшь что чувствуешь… Скажи мне, пожалуйста, мне важно это знать, — быстро сказал Камило и ушел. — Возможно и я люблю тебя, Камило Мадригаль…