don't be scared of the tide.

Он просыпается от писклявого рингтона и вибрации старого телефона внутри прикроватной тумбочки. Чайлд шёпотом ругается на русском, выбираясь из его объятий, и торопливо распахивает ящик, отвечая на звонок. Чжунли не открывает глаз, чувствуя, как с кровати пропадает чужой вес, и слышит, как парень раздражённо отвечает на звонок на своём родном языке. Спустя пару секунд дверь в их спальню закрывается с другой стороны, и Чжунли остаётся один. Лениво потягиваясь на дорогих шёлковых простынях, мужчина приоткрывает глаза, уставившись на ярко горящие в темноте спальни красным цифры будильника. Осознав, что сейчас лишь четыре утра, он обречённо выдыхает и неохотно поднимается с кровати.

* * *

- А я уже понадеялся, что умудрился тебя не разбудить, - с зубной щёткой во рту, устало усмехается Аякс в отражении зеркала ванной. Чжунли подходит сзади, щурясь от яркого света ламп, и обвивает парня руками за талию, в поисках тепла всем телом прижимаясь с обнажённой спины, украшенной белыми шрамами. Он утыкается лбом в чужое плечо, прикрывая глаза, и Аякс тепло смеётся. - Иди обратно в кровать, - он заводит руку назад, запуская пальцы в растрёпанные ото сна тёмные волосы. - Я вернусь через несколько часов. - Ты постоянно так говоришь, - бурчит Чжунли, не больно ущипнув парня за голое бедро. Аякс сплёвывает в раковину и полоскает рот, спешно плеснув в лицо холодной водой, в желании полностью проснуться. Вернув щётку на место в стеклянный стакан, он вытирает руки и, подцепив двумя пальцами из небольшой жестяной банки пасту для волос, укладывает торчащие во все стороны рыжие вихры. Чжунли поднимает голову, опёршись подбородком на плечо своего мужа, и в зеркало наблюдает за его заученными действиями, не выпуская юношу из объятий. - Красивый? - Аякс подмигивает его отражению и ловко разворачивается в чужих руках. - Самый, - кивает Чжунли и лениво целует парня в уголок губ. Чайлд усмехается, поймав подбородок мужчины двумя пальцами, и трепетно накрывает его губы своими. - Там ничего сложного, уверен, что ты проснёшься, и я уже буду дома, - улыбнувшись в прерванный поцелуй, говорит он. - Будь там ничего сложного, тебя бы не звали, - парирует Чжунли, опуская тёплые ладони вниз по пояснице парня. Он сонно водит кончиком носа по гладкой щеке Чайлда, запустив большие пальцы под резинку чужого нижнего белья. - Чем быстрее ты меня отпустишь, тем скорее я вернусь, - Аякс быстро целует старшего в висок и чересчур легко подхватывает его под бёдра, усаживая вцепившегося в него от неожиданности Чжунли на стиральную машинку. - Эй! - мужчина возмущённо хлопает его по плечу, и Чайлд с хитрой улыбкой целует его, заранее предотвращая любые нравоучения и возражения со стороны мужа. Он разводит в стороны чужие колени, прижимаясь голой грудью к тёплому телу, спрятанному под тонкой тканью шёлкового халата, и проводит холодными ладонями вверх по белоснежным бёдрам, выбивая из губ мужчины несдержанный вздох. - Продолжим, когда я вернусь, - всё так же улыбаясь шепчет Чайлд на ухо Чжунли и, коротко поцеловав мужчину на прощание, исчезает из ванной. Опрокинув голову на холодную плитку, Чжунли пытается восстановить дыхание. Он опускается с машинки на холодный пол и аккуратно запахивает халат. Перевязывая пояс, украшенный золотой вышивкой, бросает взгляд на поблескивающую в свете холодных ламп серебрянную ленту на безымянном пальце. Из коридора доносится хлопок входной двери, и Чжунли подносит кольцо к губам, прикрывая глаза в немой мольбе.

* * *

Он пытается отвлечься, вот уже почти час проверяя работы своих студентов, но антикварные деревянные часы, которые принадлежали ещё бабушке Аякса, слишком настойчиво напоминают о прошедших без присутствия рыжего парня секундах. Время уже за полдень, и Чжунли то и дело поглядывает на чёрный экран телефона, в ожидании звонка или сообщения от своего мужа. Внезапно угнетающую тишину квартиры нарушают несколько коротких звонков во входную дверь, и Чжунли подрывается с кресла в прихожую, в спешке распахивая все установленные ради их безопасности Аяксом замки на двери. Заготовленная лекция о пользе сотовой связи и о том, как он беспокоился, застревает в горле, когда Чжунли замечает на пороге девушку в форменном костюме, со значком Фатуи на лацкане пиджака. - Добрый день. Вы указаны в списке экстренных контактов агента Тартальи. Прошу вас пройти за мной, - коротко кивает она. Чжунли знает многие протоколы их организации, и по спине мужчины пробегает холодок. Он просит девушку дать ему пару минут, и та отвечает, что будет ждать в машине. Захлопнув за агентом дверь, он прижимается к ней спиной, пытаясь вспомнить, как дышать. Перед глазами всё плывёт, грудь сковывает паника и страх, и он сползает по лакированной двери на пол, обнимая колени, прижав их к груди. Он смотрит куда-то в пространство перед собой, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями. - С ним всё в порядке, с ним всё в порядке, с ним всё в порядке… - словно мантру шёпотом повторяет мужчина, и взгляд снова падает на серебряную полоску металла на безымянном пальце. - Ты обещал вернуться. Ты обещал…

* * *

Они едут молча. Чжунли прекрасно знает, что агент не может рассказать ему ничего о произошедшем до тех пор, пока они не окажутся на территории их штаб-квартиры, и ему приходится одёргивать себя от бессмысленных расспросов каждый раз, когда воображение рисует самые ужасные сценарии. Они въезжают на парковку, казалось бы непримечательной пятиэтажки с миловидной кондитерской и магазином антикварных игрушек на первом этаже, но мужчина знает, что основное здание простирается на сотни квадратных километров под землёй. Зайдя в лифт, спрятанный в комнате для работников магазина игрушек, агент Фатуи жмёт на кнопку минус седьмого этажа. - Он потерял много крови, - внезапно говорит она, впервые за всю их дорогу. - Наши лучшие врачи борются за его жизнь. Но я не буду давать вам лишнюю надежду. Вы должны быть готовы к любому исходу. Мне очень жаль. Она произносит это настолько монотонно, что на секунду Чжунли задумывается, не робот ли перед ним. Он сжимает руки в кулаки до побелевших костяшек и, собравшись с силами, кивает ей. После короткого звона, створки лифта распахиваются и открывают перед его взором небольшой холл с несколькими дверьми. Весь пол из белоснежного кафеля испачкан в крови, и Чжунли чувствует, как начинают дрожать от ужаса колени, делая неуверенный шаг вперёд. - Прошу, ждите здесь, - говорит ему в спину агент. - Вам сообщат. Двери лифта закрываются за его спиной, и он остаётся в одиночестве, будто попав в один из фильмов ужасов, что так любил смотреть Аякс. Вдруг за одной из дверей раздаётся грохот и громкие польские ругательства. Он спешным шагом заходит в комнату на знакомый ему голос, и там, расположившись на операционном столе, как всегда элегантно закинув ногу на ногу восседает местная красавица, прижимая к плечу окровавленный кусок ткани. - Розалина! - Чжунли бросается к ней, замечая, что руки и лицо подруги испачканы в крови. - Чжунли, - ошарашенно выдыхает она. - Чжунли, прости меня, я- - Что с тобой случилось? - он аккуратно забирает из её руки окровавленные остатки белоснежной блузки девушки, продолжая крепко прижимать их к её плечу. - Огнестрел. Пуля должна быть внутри. Чжунли, мне так жаль, я- - Тише-тише, потом. Давай сначала разберёмся с тобой, хорошо? - говорит он, бегая взглядом по комнате в поисках нужных ему медицинских инструментов. - Ты знаешь, что делать? - удивлённо спрашивает его Розалина. - За годы счастливой совместной жизни с секретным агентом пришлось научиться оказывать разного вида медицинскую помощь, - нервно усмехается Чжунли.

* * *

- Где все врачи? Почему ты здесь одна? - он спрашивает, аккуратно пытаясь достать пинцетом пулю из раны девушки, сидя рядом с ней на столе, пока та глотает коньяк из горла найденной Чжунли на одной из полок кабинета бутылки. - Все с ним, - уставившись куда-то в пол, отвечает Розалина. - Чжунли, мне так жаль… - Перестань повторять это, - просит мужчина, стараясь сохранять присущее ему хладнокровие. - С ним всё будет хорошо. - Нет, я имею в виду- Ауч! - девушка морщится, когда он извлекает пулю и бросает её на пол. - Он прикрыл меня, Чжунли, - она грустно усмехается и смотрит на испачканные в крови товарища ладони. - Он из-за меня сейчас там, понимаешь? - Нет. Он там из-за тех, кто на вас напал, - спокойно отвечает ей мужчина, обрабатывая глубокую рану спиртом, и Синьора шипит от боли. - Ты не должна винить себя. - Господи, как бы мне хотелось тебе сейчас поверить, - грустно усмехается она, опрокидывая голову назад, чтобы не смотреть на иголку и нитку в руках друга. - Теперь я обязана засранцу жизнью, - говорит она совсем без злобы и, прикрыв глаза, кричит в потолок. - Чайлд! Если ты не выберешься, то я тебя с того света достану и сама убью, ты понял? Самонадеянный ты идиот! - Я уверен, что после такого он точно должен быть в порядке, - грустно улыбается Чжунли, дрожащими руками зашивая рану, которая определённо оставит некрасивый шрам на тонкой белоснежной коже. - Как ты держишься? Как ты можешь быть таким спокойным? - в недоумении смотрит на него девушка. - Ох, я в ужасе, - отвечает Чжунли, нервно усмехаясь. - Я стараюсь не думать о возможности его… Я не представляю жизни без него, поэтому мне легче внушать себе, что всё будет хорошо, ведь никак иначе просто-напросто не может быть, - он грустно выдыхает и, прикрыв глаза, дрожащим голосом шепчет. - Я не смогу пройти через это снова… - Что ты имеешь в виду? - осторожно спрашивает Розалина. - Ты уже кого-то терял? - Я был женат. Задолго до встречи с Аяксом, - отвечает Чжунли, грустно улыбаясь. - Она погибла спустя пару месяцев после свадьбы. - Мне жаль, - искренне говорит Синьора. Она отрешённо крутит бутылку в руке, уставившись на остатки жидкости внутри. - Мой жених погиб за неделю до нашей с ним свадьбы. Я отомстила его убийцам. Сожгла их всех до единого за то, что они сделали, и оказалась здесь, в Фатуи, - она делает очередной глоток из горла и поднимает взгляд в потолок. - Знаешь, сегодня я искренне верила, что умру. Когда этот ублюдок направил на меня пистолет, зажав в углу, я смирилась с тем, что это всё. И на секунду было невероятно легко. На секунду я подумала, что наконец-то Рустан и я снова будем вместе, и я была готова… - она кидает бутылку в стену, разбивая её на мелкие осколки, и вытирает с испачканных в крови щёк непрошеные слёзы тыльной стороной ладони. - Но перед глазами оказалась самодовольная ухмылка этого рыжего идиота, и он поймал своей спиной остальные шесть пуль. От слов девушки Чжунли пробирает дрожь. - А бронежилет? - тихо спрашивает он. - Мы были в гражданском. Миссия была простая: прикинуться молодой семейной парой, проследить за объектом, закинуть жучок, - она качает головой. - Но мы оказались скомпрометированы и, не зная того, угодили в засаду. Подкрепление подоспело вовремя, и нас успели вытащить живыми, - голос девушки дрожит. - Чёрт, если он умрёт, я никогда себе этого не прощу… - Розалина, - Чжунли берёт руки девушки в свои и заглядывает в серые глаза. - Он не умрёт. И в том, что произошло сегодня, нет твоей вины. Он спас тебя, потому что дорожит тобой, и я рад, что ты выбралась из этой передряги живой. - Ох, Чжунли, - она кладёт ладонь на щёку мужчины, ласково водя большим пальцем по скуле. - Ты слишком правильный для нашего мира. Здесь нет места добродушию и морали. Лишь холодная расчётливость и верность своему делу. - Не думаю, что Аякс разделяет это мнение, - нахмурившись, отвечает мужчина, осторожно убирая чужую ладонь со своего лица. - Ещё как разделял, - ухмыляется Розалина, ткнув его указательным пальцем в грудь. - А потом он встретил тебя.

* * *

Окровавленные остатки рубашки девушки валяются на полу, и Чжунли отдаёт ей свой пиджак. Уставшая Синьора засыпает у него на плече, и мужчина остаётся наедине со своими мыслями, осматривая небольшую операционную, в которой оказался. Он ни разу не был в штаб-квартире организации, на которую работали Розалина и Аякс. Юноша умело прятал их отношения, опасаясь за жизнь Чжунли, то и дело просыпаясь среди ночи от кошмаров, в которых мужчину до смерти пытают, в попытках добраться до агента Фатуи. Неожиданно Чжунли слышит короткий звон, извещающий о прибытии на этаж лифта, и чувствует, как просыпается от этого Синьора, как и Чайлд страдая от невероятно чуткого сна. Она берёт трясущиеся руки мужчины в свои, буравя взглядом дверь. Лишь уверенный стук каблуков по плитке холла прерывает гнетущую тишину и, спустя пару секунд, в кабинет заходит та самая агент, что ранее сопровождала Чжунли сюда. Сердце в груди мужчины останавливается, и кажется, что секунды её молчания тянутся целую вечность. - Состояние агента стабильное. Вам позволено его увидеть.

* * *

- Он ещё не очнулся, но все показатели стабильны, - говорит ему один из местных докторов, после того как Чжунли прибывает на этаж выше. - Мы решили, что для него будет лучше, если Вы будете рядом, когда он проснётся. - С чего это такое добродушие? - недоверчиво усмехается Синьора, стоя рядом с мужчиной, продолжая всё так же крепко держать его за руку. - Он, - доктор чистит горло и тяжело выдыхает. - Он звал Вас. До начала операции агент Тарталья был не в себе из-за огромного количества обезболивающего и всё повторял Ваше имя. - Где он? - лишь спрашивает мужчина, понимая, что больше не сможет сдерживать эмоции, желая поскорее увидеть мужа. Доктор кивает на двойную дверь в конце недлинного коридора, и Чжунли спешит к ней. Распахнув одну из створок, он замирает в дверном проёме, уставившись на спокойное лицо любимого, спрятанное за кислородной маской. Почти всё его тело скрыто за чистыми бинтами, а пол возле койки в нескольких местах до сих пор измазан кровавыми пятнами. В ногах Аякса кто-то услужливо кинул тёплый плед, и Чжунли подходит ближе, заботливо укрывая тело агента. Он кладёт свою ладонь ему на грудь, чувствуя слабое дыхание, и улыбается, пока слёзы облегчения и счастья катятся по щекам. Присев на стул рядом с койкой, Чжунли ласково берёт руку Чайлда в свою, не сводя взгляда с лица юноши. Внезапно он слышит как скрипит одна из створок двери и оборачивается. Синьора выглядит лучше, с профессионально перебинтованным плечом и в накинутом на полуголое тело медицинском халате. У неё в руках влажное полотенце, которым девушка усердно оттирает кровь с лица и ладоней, уверенно шагая к койке товарища. - Я приказала отдать твой пиджак в химчистку, - говорит она, присаживаясь на кресло в углу палаты, и Чжунли лишь коротко кивает. - Как он? - Пока спит, - отвечает мужчина и переводит взгляд на подругу. - Ты? - Жить буду, - усмехается девушка и кивает на Аякса. - Благодаря ему, - она цокает языком и закатывает глаза. - Он же теперь мне до конца жизни будет это припоминать. - Это точно, - ухмыляется Чжунли, прекрасно зная о вечном соревновании между коллегами. Комната погружается в комфортное молчание. Слушая успокаивающее пищание прикроватного монитора, Чжунли продолжает держать Аякса за руку, отрешённо водя по бледной коже большим пальцем. Розалина устраивается в кресле поудобнее, скинув туфли на пол и поджав ноги под себя. Прикрыв глаза, она откидывает голову на мягкую спинку. - Чжунли, - тихо зовёт она, не открывая глаз. - Какого это - любить, зная, что можешь потерять его в любой момент? Он тепло улыбается и, немного наклонившись вперёд, ласково убирает с глаз парня растрёпанную рыжую чёлку. - Каждый раз он обещает мне, что вернётся. И я ему верю.

* * *

Он просыпается от скрипа двери в палату и шагов медсестры, тихо интересующейся, нужно ли ему что-нибудь, на что Чжунли лишь качает головой с вежливой улыбкой. Девушка бросает оценивающий взгляд на спящую в кресле Синьору и принимается за смену капельницы Аякса. Чжунли трёт глаза, прогоняя сон, и замечает у себя на плечах мягкий плед, видимо, оставленный ранее кем-то из медсестёр. Закончив с капельницей, девушка уходит, напоследок добавив, что её можно вызвать в любой момент нажатием кнопки у изголовья кровати. Бросив взгляд на настенные часы, Чжунли понимает, что проспал около четырёх часов. Он поднимается со стула, решая размять затёкшие ноги, прогулявшись до кресла Синьоры. Сбросив плед со своих плеч, он осторожно укрывает им агента. Вернувшись к своему месту, он так и не успевает присесть, заметив, что веки Чайлда дрожат, а пальцы слабо хватают воздух. Нежно взяв юношу за руку, он ласково проводит пальцами свободной руки сквозь рыжие пряди, давая ему возможность проснуться. Сердце Чжунли сжимается от трепетного восторга и переполняющей любви, и он улыбается, когда Чайлд медленно приоткрывает глаза, оглядываясь в попытках понять где он. - Аякс, - ласково зовёт его Чжунли, и взгляд голубых глаз находит янтарные. Чжунли аккуратно наклоняется, оставив лёгкий поцелуй на лбу агента. - Я… - хриплым голосом произносит Чайлд и заходится в глухом кашле. Чжунли взволнованно переводит взгляд на кнопку вызова медсестры, но его останавливает голос мужа. - Я что, умер? - тихо спрашивает Чайлд, не сводя глаз с Чжунли, сжимая его руку в ответ. - Нет, Аякс, ты жив, ты в порядке- - Тогда почему передо мной ангел? - произносит парень, и растерянное выражение лица сменяется довольной улыбкой. На мгновение Чжунли замирает на месте. При любых других обстоятельствах он бы закатил глаза, смущённо толкнул бы Чайлда в плечо или просто молча вышел из комнаты, пока агент ловил бы его за руки со звонким смехом, умоляя вернуться. Сейчас он лишь оседает на стул возле кровати, всё так же крепко держа парня за руку, и искренне смеётся, наконец-то позволяя себе понять, что с Аяксом всё хорошо.

* * *

Чайлда осматривают врачи, позволив ему снять кислородную маску. Ему наказывают остаться здесь ещё минимум день, чтобы раны успешно зажили, и доктора могли наблюдать за любыми изменениями. Агент противится, капризничая, почти как ребёнок, в желании поскорее отправиться домой, но Чжунли просит его остаться, переживая за состояние парня, пообещав всё это время быть с ним. Спустя пару часов уговоров, нежностей и тихих разговоров ни о чём, Чжунли засыпает, опустив голову на сложенные на матрасе руки, проигнорировав просьбы Аякса разделить с ним больничную койку. Облокотившись спиной на изголовье, спрятанное за горой подушек, Чайлд ласково перебирает пальцами тёмные пряди. - Я знаю, что ты не спишь, - тихо говорит он и переводит взгляд с мужчины на подругу. - Как ты себя чувствуешь? - Ты спрашиваешь об этом меня? - девушка устало приподнимает веки, поймав взгляд голубых глаз. - Выглядишь ужасно. Впрочем, для тебя это обычное дело. Чайлд усмехается, и Синьора, поднявшись с кресла, подходит к его койке, скрестив руки на груди. - Я не собираюсь тебя благодарить, - говорит она. - Ты поступил невероятно глупо. - А не ты ли когда-то утверждала, что глупость - моё второе имя? - в насмешке приподняв бровь, парирует парень. - Я серьёзно, Чайлд, - она закатывает глаза. - Не думаешь о своей жизни, так подумай о нём. Я знаю, каково это - потерять любимого человека. Поверь, ты не хочешь, чтобы он прошёл через это из-за твоей глупости и беспечной самонадеянности. - Ладно, я уже жалею о том, что не дал тебе умереть, - закатывает глаза Аякс, и Синьора довольно улыбается. Наклонившись, она ласково целует его в щёку. - Я рада, что ты жив.