Мгновения из жизни Регулуса Блэка

      23 ноября 1971       — Так значит, Защита от Тёмных Искусств? Ты можешь записаться в дуэльный клуб. Пешка на А4.       Лицо Регулуса было очень сосредоточенным; он был больше увлечён игрой, чем разговорами. Он не упускал ни одного движения фигур, наблюдая за ними, как за живыми.       — Конь на Е8, — мальчик был очарован фигурами. Дома у них, конечно, тоже был набор волшебных шахмат, но этот был совсем новый, фигурки красиво блестели в свете свечей Большого Зала, а в особенный восторг ребёнка приводили фигурки малахитового цвета, которые он не желал выпускать из рук. И теперь ему было абсолютно неважно, что Сириус играл чёрными, а ведь раньше мальчик наотрез отказывался играть белыми, и даже не хотел садиться за стол.       — Не знаю, может быть, попозже. Я пока что привыкаю к предметам.       Сириус подпёр лицо ладонью, изучая положение фигур на доске. Вообще, ему никогда особенно не удавались шахматы, и нередко он проигрывал младшему брату. Он просто не представлял, как можно часами сидеть на одном месте и составлять какие-то комбинации, не отвлекаясь ни на что другое. Сириус был слишком уж активным человеком для шахмат. Но это его не беспокоило. Он посмотрел на Регулуса поверх доски: такие же тонкие пальцы сплелись в замок, а серые глаза беспокойно шастали по черно-белым клеткам, выискивая новый ход. Его белая кожа, кажется, стала ещё светлее. Когда Сириус заметил, что брату было не так весело в Хогвартсе, как ему, он забеспокоился. Часами брат пропадал в библиотеке, и даже в Большом Зале в перерывах между занятиями часто выполнял домашнюю работу. И почему он бросил его одного ещё в сентябре? Он же сам обещал себе, что, несмотря на то, что они будут учиться на разных факультетах (в чём Сириус был уверен с самого начала), это не станет для них помехой. Ну что за брат из него!       — Тебе вообще нравится Хогвартс? Не трудно?       Регулус впервые за долгое время оторвал глаза от доски и посмотрел на брата как-то странно, как будто потеряв нить разговора. Сириус стушевался и тут же почувствовал себя полным дураком. Он боролся с желанием хлопнуть себя по лбу, когда младший брат почесал подбородок и без особого энтузиазма ответил:       — Нравится, конечно. Только мне трансфигурация не даётся. А вообще предметы все интересные, и задают на самом деле не так уж и много, как ты говорил. Я думал, мне придется каждый день в библиотеке до полуночи сидеть.       Сириус хохотнул. Что правда, то правда: он никогда не отличался особым желанием учиться. А вот Регулусу это до жути нравилось: он даже считал, сколько книжек за год прочитал! С ума сойти.       — Ходи давай! — сказал возмущённый детский голос, прервав размышления. Сириус тут же вернулся к доске и, отметив плачевность своего положения, наугад ляпнул, — пешка на Е3.       Регулус снова задумался и сощурил глаза. Он сильно походил на отца, когда так делал, и мысленно Сириус поблагодарил судьбу за то, что унаследовал глаза матери. Хоть за что-то он всё-таки мог поблагодарить Вальбургу. Но, помимо разреза глаз, Сириуса очень пугала разница в характерах братьев. Если сам он пошёл в мать (в чём сам он признавался себе с большой неохотой) и был невероятно упёртым, не боялся высказывать своего мнения и идти наперекор, то с Регулусом обстояла совершенно иная ситуация. Будучи тихим и послушным ребёнком, он предпочитал оставаться в стороне и ни с кем не спорить, а потому больше походил на отстранённого Ориона.        — Это здорово. А трансфигурация только кажется трудной, если хочешь, я могу с тобой позаниматься, — сказал Сириус и тут же захотел вернуть свои слова назад. Заниматься? Да он свои уроки, дай Мерлин, раз в две недели выполняет. Но, наблюдая за братом, у которого вдруг появились круги под глазами, которые так не шли детскому лицу, ему очень хотелось помочь и тем самым загладить свою вину.       — Нет, не надо, — Сириус выдохнул, — мне Меда помогает, когда совсем не понимаю.       Тут же Сириус почувствовал укол ревности, но быстро от него отмахнулся. Он знал, что Регулус точно не станет ближе с какой-то там кузиной (пусть и самой его любимой), чем с родным братом. А вообще, Андромеде стоит отдать должное.       — Ну, в общем, если будут какие-то проблемы, ты обращайся. Разные факультеты не смогут разлучить родных братьев, правда? — Сириус подмигнул младшему брату, и тот смутился, опустив глаза и снова принимаясь разглядывать поле. Через минуту он ответил:       — Правда. Ферзь на Ф5.       Сириус бегло пробежался взглядом по доске и вдруг заметил отличный ход: резким движением, совсем не по-аристократически, он переставил фигуры и на выдохе произнёс:       — Шах и мат! Пока!       Регулус, слегка приоткрыв рот, уставился на фигуры, пытаясь понять, где он промахнулся. Он даже не успел попрощаться с братом: Сириус слегка потрепал его по макушке и вылетел из Зала, на ходу поправляя мантию и надеясь, что профессор МакГоннагалл не станет наказывать его строчками за двадцатиминутное опоздание.