Мгновения из жизни Регулуса Блэка

      7 марта 1973       Наконец-то наступила весна, но, несмотря на это, в подземельях стало как будто бы ещё холоднее. Ученики не торопились снимать шерстяные свитеры и утеплённые мантии, кутаясь в них, как в шали. Кто-то все время потирал руки в надежде согреть их хотя бы немного, а кто-то пытался применить чары горячего воздуха.       В коридоре перед кабинетом зельеварения столпились первокурсники: сегодня было занятие у Гриффиндора и Слизерина. Регулус лениво перелистывал страницы учебника, которые он уже успел выучить наизусть. Сегодня они будут варить зелье, отнимающее память. Конечно, Регулус рассчитывал на что-то более серьёзное и сложное во втором полугодии, но даже зелье для излечения фурункулов, которое они варили в ноябре, вышло не у всех однокурсников.       Поверх книги слизеринец оглядел их: гриффиндорцы отошли на приличное расстояние, но всё равно можно было различить их громкие разговоры и смех. Регулус краем глаза заметил, как одна девочка начала прыгать, видимо, чтобы согреться. Выглядело это глупо и совсем уж по-детски: её сумка подпрыгивала вместе с ней, а мантия неестественно развевалась. Регулус поплотнее укутался в мантию, когда вдруг услышал:       — МакДональд! Ни на секунду не сомневался, что это ты. Денег на одежду найти не смогла? Может, тебе подкинуть пару кнатов? — откуда-то слева раздался высокий голос. Его владелец растягивал слова и невпопад делал длинные паузы.       Эван Розье натянул на лицо самую гадкую из своих ухмылок. Сам по себе он был не очень высоким мальчиком с большими карими глазами. Он сдвинул густые чёрные брови, и оттого его взгляд стал ещё мрачнее, чем обычно. Его лучший друг, Нед Эйвери, стоял слева и улыбался одними уголками губ. По тому, как они скрестили руки и как медленно направлялись в сторону гриффиндорцев, не отрывая взгляда от Мэри, можно было сказать точно: они не собираются останавливаться на простой перебранке.       Девочка перестала прыгать и повернулась спиной к Розье, не намереваясь отвечать. Регулус убрал учебник в сумку, надеясь, что скоро появится профессор Слизнорт и не даст мелкой перепалке перерасти во что-то большее. Но его всё не было, а до начала занятия оставалось не больше трёх минут.       — Оставь свои кнаты себе и своему папаше, вам они явно нужнее!       Сразу же начали доноситься шёпотки, и недаром: Марлин МакКиннон никогда не оставалась в стороне, а тем более, когда дело касалось её друзей. Она стояла рядом с Мэри, придерживая её за локоть, и что-то шептала на ухо. Некоторые студенты встали у стены, озорно поглядывая то на Эвана, то на Мэри, ожидая продолжения, как будто бы наблюдая за цирковым выступлением.       — Если бы я хотел узнать мнение недоучки, путающейся с маглами, вроде тебя, МакКиннон, я бы обязательно об этом оповестил, — Розье всё ближе подходил к толпе гриффиндорцев. Кажется, он пропустил слова Марлин мимо ушей, потому как всё ещё пристально смотрел на Мэри. Гриффиндорка обернулась и тут же отвела взгляд.       — Я не привыкла спрашивать разрешения у идиотов, — так же резко отвечала Марлин, нисколько не испугавшись фигуры Эвана, который был выше её по крайней мере на целую голову.       Вдруг в руках у Эйвери появилась волшебная палочка — она блеснула в свете свечей. Лицо Регулуса застыло, а сам он напрягся, вцепившись в сумку. Ведь не станет Нед нападать? Розье заметил палочку, но жестом приказал её убрать. Вместо этого, снова ухмыльнувшись, он повернулся в сторону слизеринцев, глазами нашёл Регулуса и сказал:       — Блэк, не хочешь проучить защитницу грязнокровок?       Десяток лиц уставились на него: кто-то смотрел с надеждой, кто-то — с отвращением, кто-то — с откровенной насмешкой.       Регулус посмотрел на Эвана и Неда: лучшие друзья, они стояли плечом к плечу, с палочками наготове. Розье всё так же глупо улыбался, а Эйвери хмурил брови. Через секунду он добавил к словам друга:       — Да, Блэк! Покажи нам всем, про что же ты читаешь в этих книжках, — сказал он, кивком указав на сумку, которую Регулус держал в руках, — глядишь, и мы у тебя парочке хороших заклинаний научимся.       Регулус продолжал молчать, широко раскрыв глаза. Вдруг в его голове громом пронеслись слова отца:       — Поганое отребье! Им не место в нашем мире, — Орион читал «Ежедневный пророк», кривя губы в отвращении. Голос его был твёрдым и жёстким. Тогда в газете было что-то про маглорождённую ведьму, которая нарушила Статут Секретности. Регулус попытался вспомнить лицо волшебницы и посмотрел на Мэри МакДональд. Вдруг перед глазами промелькнуло ещё одно воспоминание:       — Toujours Pur*! Ты помнишь, дорогой? Это — самое главное в семье Блэков. Больше ничего, — говорила мать, попивая чай и с нескрываемой гордостью разглядывая семейное древо.       Регулус снова посмотрел на Эвана с Недом и понял, что обычной колкостью ему сейчас не отделаться. Наконец, к нему вернулась решительность. Он наощупь достал палочку из кармана мантии, руки его слегка дрожали, а палочка так и норовила выскользнуть из мокрой ладони. Мэри повернулась лицом к слизеринцу и вдруг тоже достала палочку, готовая защищаться. Регулус принялся вспоминать подходящее заклинание…       — Извините за опоздание, дорогие! Простите, Мерлина ради! Эта смена кабинетов совсем не к месту, я сообщу об этом Альбусу, конечно, сообщу, обязательно… — профессор Слизнорт комично подбежал к кабинету, запыхавшись. Палочкой он открыл дверь, затем превратил собственное кольцо в носовой платок и принялся вытирать пот со лба. Казалось, он ничего не заметил. Регулус тут же убрал палочку обратно и, почувствовав невероятное облегчение, громко выдохнул. Только сейчас он вспомнил, что за дуэли в школьных коридорах полагается снятие очков с факультета.       Пропуская студентов в кабинет, Гораций Слизнорт всё так же пытался отдышаться, опираясь о каменную стену. Когда Регулус зашёл в кабинет и встал возле своего котла, он тут же снял мантию — теперь ему было невыносимо жарко.