Как всё было на самом деле - никто не знает

Их было трое - три амёбы в трёх пробирках. Господь смотрел на странные, им же сотворённые создания и не знал, что делать. С одной стороны, и уже имеющееся было хорошо. Как говорится, отрицательный результат тоже результат. С другой стороны, Бог надеялся создать нечто более грандиозное и - главное - разумное. - Что с ними делать? - складывая крылья, дабы протиснуться в узкую дверь кабинета, спросил младший лаборант. - Не знаю, - пожав плечами, честно ответил Господь. - Они ж живые? - Живые, - подтвердил Младший. - Так просто не выкинешь, - вздохнул Бог, подперев рукой утопающий в бороде подбородок. - Можно усыпить, - предложил лаборант. - Да как-то нехорошо. - Я! Я знаю что делать! - врываясь в кабинет и снося крыльями книги с полки, заорал Миша. - Я знаю! - Что? - уставившись на него, почти одновременно спросили Бог и Младший. - Давайте их разовьём! Господь тяжело перевёл дыхание. Миша всегда был альтернативно одарённым работником лаборатории. У него были совершенно несовместимые с реальностью идеи, но неудачи никогда не останавливали Михаила и он, раз за разом, выдвигал новые теории и проводил всё более странные опыты. Когда в последнее своё посещение лаборатории, он изобрёл нечто вроде сияющего луча, если бы не вмешательство Бога, всё могло бы закончиться плачевно. - Как у джедаев, - радовался Миша, пока не понял, что, включённый, луч выжигает всё живое в радиусе нескольких километров. - Миша, это же ПВО, - охал Господь, отбирая у ассистента изобретение. - Вот когда нам понадобиться что-то от кого-то охранять, тогда и используем. - И я встану на воротах как джедай и буду охранять! - Будешь, будешь, - гладил его по кудрявой голове Господь. В этот раз Мишино предложение было встречено с ещё большим скептицизмом, нежели когда он вырастил в ботаническом саду целое дерево, плодов на котором не было совершенно, зато, вот, листья можно было без зазрения совести кидать в суп и суп от этого становился только лучше. Потому что одно дело - вырастить странное дерево и потом бегать с веткой от него по кухне, пугая повара, и совсем другое - вырастить кого-то живого из пробирки. - Я бы ему не доверял, - покачал головой младший лаборант, выдёргивая из розетки штекер от подзарядившегося нимба. - Давай попробуем, - предложил Господь, - а там посмотрим. Смотрины были назначены уже через неделю. Миша приволок в кабинет все три гигантские пробирки, в каждой из которых сидело по значительно изменившейся амёбе. - Они уже могут разговаривать? - спросил Бог. - Пока нет, - радостно ответил Миша. - Но вот эта, - он ткнул пальцем в первую пробирку, - очень любит халяву и подаёт признаки жизни только тогда, когда что-то можно получить задарма. - Например? Миша поднёс к пробирке кусок яблока и амёба радостно засучила своими ложноножками, выпрашивая этот кусок. - Видите? - воодушевлённо спросил Миша. - Ещё немного и она в кого-нибудь мутирует. Или помрёт, - вздохнул он. - Потому что, если халявы нет, она вообще ни на что не реагирует. - Слабовыживаемый вид, - согласился Господь. - А что со второй? - Эвглена. Амёба была зелёная и выглядела так себе. - Что с ней? - спросил младший лаборант. - Мне кажется, она вчера что-то… Амёба изрыгнула из себя нечто переваренное и, кажется, рыгнула. - …не то съела. - Или выпила, - озвучил витающую в воздухе мысль Младший. - Зато у неё жгутик есть! - не унывающий Миша тронул амёбу за жгутик. Эвглена снова рыгнула. - Оставь её, - попросил весьма раздосадованный похмельной амёбой Господь. - Давай про третью. - Инфузория. Мила, махает ресничками. Очень любит когда её хвалят. Регулярно страдает от тянущей к ней свой жгутик Эвглены. - Мне кажется, - протянул Младший, - с лаврушкой у тебя лучше получилось. - Так это только начало! - воскликнул Миша, кидая амёбам в пробирки куски яблока. - Вот подождите, что я с ними через неделю сделаю! Через неделю рыдающий Миша вбежал в кабинет Бога, сшибая крылами всё, до чего только дотянулся. - Что случилось? - встал ему навстречу обеспокоенный Господь. - Мои амёбы! - рыдал Миша, упав Богу на грудь. - Померли? - Хуже, - не унимался ассистент. - Что? Что хуже? Скажи уже, что случилось?! - Они… Они… - Миша всхлипнул. - Они размножились. - Что?! - Лютик их скрестил, - наябедничал Миша. Младшего лаборанта нашли рядом с пробирками. Тот дрессировал амёб при помощи яблок и радовался как младенец тому, как живо подопытные реагируют на его приказы. - Лютик! - обратился к нему разгневанный Господь. - Разве так можно? У них же ещё мозга нет, а ты их уже размножаться научил. - Это дело нехитрое, - пожал плечами Младший. - Они же бесконтрольно заполнят собой всю лабораторию! - Нет, - покачал головой Младший. - Мне кажется за яблоко они и убивать друг друга станут. Так что на счёт численности не беспокойтесь. - Это негуманно! - встрял зарёванный Миша. - Между прочим, - заметил Младший, - к яблокам не я их приучил. - Лютик, - строго сказал Господь, - ты отстранён от работы. - Но!.. - Никаких «но», Лютик! - А что делать с этими? - спросил Миша, наблюдая как Эвглена переползает в пробирку к Инфузории, похабно размахивая жгутиком. Любящая халяву амёба, сидя в своей пробирке и поглощая яблоки, с интересом наблюдала за бесчинством соседей. - Вынеси из лаборатории, - попросил Господь. Он был расстроен. - А если они вернутся и попытаются захватить лабораторию? - Если они вернутся, вот тебе, Миша, твой луч. Вставай на воротах, будешь охранять. Понял? - Понял, - радостно закивал Михаил. Предчувствуя неладное, Господь медленно побрёл обратно в кабинет. Лютик проводил его взглядом и когда создатель скрылся из виду, обиженно протянул: - Ничего. Я создам своих амёб, - он вынул в кармана халата тайно утащенный экземпляр. - С рогами и копытами. Экземпляр рыгнул и протянул ложноножку: - Ещё яблока, пожалуйста.