Эйфория

      Знаете, пожалуй, Санзу запомнит одну вещь на всю жизнь.       — Санзу, давай грабить ларёк! — радостно говорит Ран, обнимая парня за плечи.       — Коко, снимай трусы! — кричит довольно Риндо.       Никогда и в никаких условиях не наливайте Хайтани алкоголь.       Все началось с того, что Харучиё решил свои таблетки запить крепким алкоголем, но каким именно, он так и не выбрал. Поэтому, на столе красовались разные стеклянные бутылочки, которые Акаши после решил смешать между собой. И все бы ничего, но было одно, точнее, два «но».       — О, ты решил что-то отпраздновать? — спрашивает заинтересованно Хайтани старший, беря стаканчик в руку, — И что это за бурда?       — Ран, — недовольно нахмурился юноша, — Брысь отсюда, тебя не звали.       Ран, закатив глаза, поставил стакан на стол и ушел в сторону кабинета босса. Акаши продолжил свои эксперименты. Заветные пилюли лежали на краю стола, так и маня к себе.       — Санзу, — доносится голос Какучё, — Помоги мне!       Чертыхнувшись себе под нос, молодой человек поднимается с пола и недовольно топает к Хитто. И что им всем неймется именно тогда, когда Харучиё хочет немного «отдохнуть»? Нет, ради Майки он многое сделает и готов простить любой его каприз, но остальные… Так и хотелось ломом по башке треснуть, чтобы наверняка.       Кокосик попросил помочь перетащить какие-то коробки с оружием. Нет, чтобы попросить об этом, того же, Рана, вся работенка досталась именно Санзу. Проклиная всех и всея, мальчишка тянул довольно тяжелые коробки в подсобку. Знаете, ему казалось, что там не оружие, а какие-то слоны сидят.       — Ты, — глаза Харчучиё округляются, а коробка с грохотом падает на пол, — Ты что сделал?       Риндо, удивленно поднимает брови вверх, допивая содержимое в стакане.       — Пью, — хмурясь отвечает парниша.       — Дурак?! Выплюнь, — кричит в панике Акаши, — Риндо, фу!       — Ты чё ко мне, как с собаке обращаешься?! — возмущенно нахохлился Хайтани.       Санзу, переступает через содержимое коробки и бежит к молодому человеку, резко хватая его за шиворот. Риндо, явно не понравилось данное действия, шипит и собирается ударить наглеца по лицу. Харучиё замечает, что фиалковые глаза ненормально блестят.       Блядь.       Он ведь не кинул в содержимое стакана наркотики?       Или, все же, кинул?       — Риндо, — говорит обеспокоенно Санзу, — Как ты себя чувствуешь?       — Как школьница на остановке.       — В каком смысле?       — Ну, вот вроде маньяк подошел, — задумчиво говорит Хайтани, осматривая юношу перед собой, — И треснуть хочется, и жалко, как-то.       Мальчишка не совсем понимает ход мыслей Рина, но кивает в ответ. А потом, до него доходит, кто именно этот «маньяк». Хочется убить эту сволочь.       — Слушай, — заинтересованно спрашивает «немного» пьяный человек, — А ты никогда не танцевал стриптиз?       — Какой еще стриптиз?! — Акаши явно кинул в содержимое наркотики. Вот же гадство, — Так, Риндо, как ты меня видишь?       Парень молча осмотрел другого.       — Как страуса, вы с ним случайно не родственники?       Харучиё, готовый высказать все, что только думает, прикусывает язык, замечая, что в комнату зашел Коконой. Тот недовольно пыхтел и жаловался на то, что ему слишком мало платят за его-то труд. Рин, как-то подозрительно затих, а после оглушил Санзу своим писком.       — О, я папика нашел! — Риндо радостно хлопнул в ладоши, подбегая к Хаджиме и крепко обнимая его, — Правда ведь, папочка?       Темные глаза Коконоя чуть ли из орбит не вылетели. Он недоуменно посмотрел на странное поведение младшего Хайтани, а после на нервного Харучиё. Мальчишка же крутился вокруг «папика», радостно припрыгивая. Хаджиме резко захотелось оказаться на другой планете.       — Коко, — говорит устало Акаши, потирая виски, — Он немного не в себе.       — Кто не в себе?       Голос Рана заставляет невольно поежится.       — Ран, только спокойно, с Риндо все будет хорошо, — нервно улыбнувшись, произносит Харучиё, думая о том, куда можно было бы сбежать в случае чего.       — С Риндо?!       — Братюня! — Рин, бежит с самой искренней улыбкой к брату, заставляя глаза последнего округлится, запрыгивая к нему на ручки и по-детски сверкая глазками, — Братюня, а я папика нашел! Правда, я молодец? Молодец ведь?       — Риндо? Какой папик? Ты о чем? — недоуменно хмурится старший.       — Ран, — тянет сладко мальчишка, обнимая родственника за шею, — Похвали.       Ран некоторое время недоуменно косится на младшего, потом треплет его по голове, заставляя последнего довольно заурчать, и с убийственным взглядом смотрит на Акаши, тот, отводит взгляд в сторону и прячется за Коко. Хаджиме просто наблюдает.       — Ты что мне с моим братом сделал? — грозно спрашивает Хайтани, пока мелкий так заинтересованно рассматривал его серьгу.       — Он сам виноват, что выпил, — фырчит Санзу, — Хорошо, что хоть не все.       — О, — фиалковые глаза засияли, — Там еще есть?       Риндо, быстренько отпускает брата и бежит к столу, замечая еще несколько жидкостей в стаканах. Ран кричит, чтобы его глупый младший брат, больше не смел пить. Мальчишка надувает губки, но вскоре, дьявольски улыбается. Юноша берет стакан, делает несколько глотков, а потом набирает непонятную жижу в рот и идет обратно к старшему. Ран, не успевает понять, когда его хватают за шиворот, а губ касаются чужие. Неизвестная жидкость проталкивается в податливый ротик Хайтани. Молодой человек, собиравшийся выплюнуть эту дрянь, недовольно мычит, но младший не позволяет отстранится и заставляет проглотить это.       — Риндо, — тяжело дышит Ран, — Ты что творишь?       — Ран, — по-детски молвит младший, — Ты такой серьезный, фу таким быть! Давай играть! О, прямо, как в детстве!       — Я вообще ничего не понимаю, — говорит Хаджиме, пока за его спиной, все также, стоял Харучиё, — Он под наркотиками, да?       Санзу кивает, а после испуганно пищит, когда на него наваливается тушка.       -Розовая феечка, давай играть!       Коконой уже второй час сидит и боится что-либо сделать. После того, как Хайтани выпили эту непонятную штуку, то ли алкоголь, то ли наркоту, то ли все вместе, все стало намного хуже. Если Ран в первое время пытался угомонить бушующего младшего братца, то спустя двадцать минут стал ему помогать. Акаши боязно прижимался к финансисту, тяжело сглатывая. Ну да, ему не повезло, его чуть ли не до трусов раздели, а потом почти не выгнали в окно. И какая разница, что они на седьмом этаже? Хайтани вообще без разницы.       — Ран, — Риндо довольно трется своей щечкой о руку старшего, — Давай поженимся!       — А давай! — глупо хихикает юноша, сверкая фиалковыми глазами, а после чмокая младшего в затылок, — И родим ребенка.       — А как? Мы же это, как его, ну, не это, — хмурится мальчишка.       — Парни не рожают, — подсказывает на свой страх и риск Хаджиме.       — Во, спасибо, папочка!       — Эй, не зови его папочкой, — возмущенно пыхтит Ран, сжимая руку родственника.       — А кого звать? Тебя? — хитро улыбается молодой человек, а после смеётся, — Папулечка!       — А больше никого и не надо! — воинственно заявляет Хайтани старший.       — Так, — Риндо задумчиво качает головой, — Так ты папочка, братюня или Ран?       — Я Бог.       Сано заходит в помещение и удивленно смотрит на своих подчиненных. Коко облегченно вздыхает, а Санзу замечая знакомую фигуру, тут же бежит к спасителю, по дороге, чуть ли, не спотыкаясь об коробку с оружием.       — Майки, — Харучиё со слезами на глазах обнимает Манджиро, — Каюсь, моя вина, что они такие.       — Майки! — радостно тянет Риндо, замечая босса, — А мы с Раном женимся и у нас скоро будет ребенок!       — А мать кто? — заинтересованно спрашивает Майки.       — Санзу!       Харучиё падает в обморок.