Сожаления

Собор встретил поздних посетителей тишиной и прохладой, исходящей от каменных стен. Звук шагов по каменному полу отдавался пульсом в голове. В угнетающем молчании они пересекли главный холл и направились в палаты пасторов искать Барбару. Как и ожидалось: молодая целительница бодрствовала, – видимо брала пример со своей сестры, - но несмотря на это, крайне удивилась посетителям. Лиза вкратце объяснила, что им надо, утаив детали об покушении – молодой девушке знать это не нужно. За это Кэйя сделал мысленную пометку ее поблагодарить, но уже потом – сейчас он не в состоянии выдавить из себя и звука. Барбара пригласила капитана пройти за ней. Шла пастор бодро, и только редкие резкие движения выдавали ее волнение. Альбериху никогда не было так стыдно на обследованиях. Монахиня слишком юна для таких вещей, но свою работу она выполняла с невозмутимым лицом и всегда качественно. Кэйя доверял юной Гуннхильдр, но укор совести все-таки получал. Для начала Барбара осмотрела внешние повреждения и по возможности лечила своей магией. Далее она провела капитана для более тщательного осмотра. Если же Кэйя внешне был не возмутим, то внутри он сгорал от стыда. Осмотр прошел быстро, и пастор начала озвучивать свои результаты: - Сэр Кэйя, могу с уверенностью сказать, что всё хорошо! – Она мягко улыбнулась, как бы подтверждая свои слова. И Альберих бы поверил, если бы не ее дрожащие руки и нервно бегающие зрачки глаз. - Но есть кое-что, что мы должны более подробнее обследовать. – собравшись с мыслями она продолжила, - Есть предположения, что вы бесплодны, и возможно это связано с поздним созреванием. Поэтому стоит пройти повторную проверку. Одна фраза выбила из легких весь воздух. Слишком много всего произошло за один день, и эта новость стала решающей. Кэйя не смог ей ответить и просто опустошенно смотрел на нее, но у себя в мыслях поклялся больше сюда не приходить, хотя бы по этой причине. Юная Гуннхильдр все понимала и просто вывела его из кабинета, где за дверью его ждала Лиза по совместительству с Джинн. Обе девушки направили свои глаза, наполненные беспокойством, как только начала открываться дверь. Рыцарь не сильно удивился, увидев магистра. Он знал, что после происшествия Лиза молчать не будет. Барбара успокоила их, но умолчала о последнем заключении. Только после этого девушки спокойно выдохнули и немного успокоились. Джинн осторожно подошла и обняла Альбериха в немой поддержке. Она проведет лекцию с ним потом, а сейчас ему нужен покой. Кэйя ответил на объятия отстранённо. Они молча отправились в казармы и попрощались, как только рыцарь закрылся в своей комнате. Как только дверь закрылась, Кэйя смог расслабиться. Ноги больше не держали, и пришлось сползти на пол. Обрывки воспоминаний сегодняшнего дня носились в голове вихрем, смешиваясь в один сплошной кошмар. Одинокая слеза, скатившаяся по щеке, невольно вернула рыцаря в реальность. Только сейчас он заметил ухудшение состояния – течка давала о себе знать. Он осторожно поднялся на негнущихся ногах и добрел до кровати. Как только он лег, агония захватила его тело и разум.

*** Первые три дня прошли тяжело. Альберих не мог встать с кровати из-за сильной затяжной боли. Эта боль, казалось, пронизывала все тело множеством осколков, и спастись было невозможно. Свернувшись калачиком, он ненавидел и проклинал всех богов Селестии, а в особенности себя. Боль отступила, но ее осадок преследовал еще два дня. В это время Кэйя не решался выходить на улицу, даже приняв подавители. Хоть остатки еды на пустой кухне кончились за один вечер, это не убедило рыцаря выходить из своей комнаты. Как только закончился запас вина, он просто лежал на кровати и изучал, без того знакомый, потолок. Мысли кружились в голове, но так и не цеплялись для полного обдумывания, кроме той, где Кэйя стал в серьез задумываться о покупке отдельного домика или хотя бы квартиры. До этого в выделенной комнате он только проводил ночь и старался не возвращаться туда как можно дольше. Но теперь все по-другому: рано или поздно другие рыцари учуют запах и проблем будет не огрести. Альберих по-прежнему решил оставить свой пол в секрете, кроме близких людей доверенных лиц.

*** За время течки накопилось множество тем для размышления, которые придется обдумывать в трезвом состоянии, ну или не совсем – под вином. Идя по улице ранним утром к «Хорошему охотнику» за завтраком, Кэйя всматривался в лица горожан, пытаясь увидеть удивления и перешёптывания, но видел лишь улыбки и яркие приветствия. Видимо, Джинн наплела всем, что капитан просто заболел или отправился в продолжительную экспедицию. От этого дышать стало чуть легче – на одну проблему меньше. Быстро закупившись порцией еды, Альберих сразу направился к штабу. Рыцари на входе моментально взбодрились, завидев силуэт капитана, и уж слишком громко поздоровались. Кэйя лишь улыбнулся и продолжил свой путь к кабинету. Там он смог спокойно позавтракать в тишине и только после этого отправиться к магистру за получением заданий. Джинн, практически не меняя своего положения, все так же сидела за столом. Рыцарь ничуть не удивился этому, заходя в кабинет. - Доброе утро, магистр! Какие на сегодня поручения? - Ах, доброе утро. – Джинн немного встрепенулась, услышав голос Альбериха – она не ждала его еще ближайшие пару дней, – Всего пару поручений от горожан и зачистки лагерей, но в основном только оставшиеся отчеты. Гуннхильдр внимательно осмотрела стоящего перед собой омегу и глубоко вздохнула, стараясь уловить аромат, который чувствовала в ту ночь. Но не заметив даже тонкого шлейфа немного разочаровалась. - Что – то еще? - Джинн заметила, как замешкался Альберих возле её стола. - Да, я хотел попросить, что бы ты не рассказывала о моём поле. - Магистр округлила глаза в недоумении, но быстро пришла в себя, немного покачав головой. - Хорошо, как знаешь. - после небольшой заминки она всё же ответила. - И еще... - Кэйя немного осёкся, что привлекло внимание Джинн ещё больше. - Я могу в скором времени одолжить небольшую сумму денег. - собравшись с мыслями он продолжил. - Я собираюсь присматривать отдельное жильё. Магистр снова округлила глаза и глубоко задумалась. Для Альбериха это молчание казалось вечностью, и он робко снова заговорил, вырывая Джинн из мыслей: - Не переживай - я отдам долг как смогу. Мне... просто не к кому больше обратиться. Капитан надеялся, что последняя фраза звучала не сильно жалостно, но достаточно чтобы магистр согласилась. Он понимал, что такая спешка не к чему, но волнение в груди заставляло действовать здесь и сейчас. Магистр ещё немного обдумала все, да и против, а потом дала свой утвердительный ответ с мягкой улыбкой. Альберих уж больно ярко поблагодарил её и с широкой улыбкой пошёл выполнять поручения. Задания были всё такие же глупые: найти кошку, помочь убрать листья у собора, да проверить документы у торговых лавок. Последнее задание показалось Альбериху наиболее интересным по сравнению с остальными. Найти вечно теряющуюся кошку не составляло особо труда: пряталась она на крышах домов недалеко от своей обители, а навещать собор или его окрестности хотелось в последнюю очередь. Поэтому выбор был сделан в пользу проверки документов. В разгар рабочего дня главная площадь стала оживлённее. По всюду бегали дети с громким весёлым смехом, торговцы во всю продавали товар, а покупатели, нередко из других городов, ходили толпами и что-то оживлённо обсуждали. Различный аромат феромонов теперь смешивался в какофонию, от которой кружилась голова. Кэйя позавидовал своему прошлому, когда не мог это ощущать. Шагая по улице, он старательно подавлял желание зажать нос, чтобы не вызвать подозрений. Первой точкой проверки стала торговая лавка, рядом с алхимией. Отстояв небольшую очередь, Кэйя попросил документы для проверки, и чтобы не задерживать других покупателей, отошёл в сторону. Проверять было немного: срок внесения налога, нет ли задолженности, да когда проводилась последняя проверка места. Сверив всё на всякий случай 2 раза, Альберих быстро отвлёк продавщицу и вернул бумаги. Так он проверил все лавки в городе, оставив таверны на потом. В "Кошкин хвост" встретил его запахом пряных коктейлей и мяуканьем кошек. Новая барменша сначала недобро посмотрела на капитана, явно думая, что он собирается пить с самого утра, но смягчила взгляд, когда Кэйя озвучил причину появления. Проверив и эти документы, рыцарь отправился к "Доли ангелов", где его будет ждать более радушный приём. Чарльз довольно улыбнулся, когда увидел Альбериха в проходе. Бармен был всегда добродушен и разговорчив. Кэйя расположился за барной стойкой и только тогда попросил документы. Чарльз быстро ушёл в подсобку и через пару секунд уже вернулся с нужными бумагами. Проверка проходила чуть дольше чем у всех: бармен рассказывал последние новости в городе и расспрашивал рыцаря, куда он пропал почти на неделю. Кэйя же в свою очередь просто ответил, что плохо себя чувствовал, без каких-либо подробностей, а дальше в пол уха слушал новые сплетни. Проверив все ещё раз тщательно, Альберих попрощался и отправился искать кошку. Как и ожидалось - любимица женщины оказалась на соседней крыше дома. Дама с чувствами поблагодарила капитана за находку и всучила ему вознаграждение в виде домашней выпечки. С последним заданием он чуть колебался: идти в собор - означало встретить Барбару, которая точно потребует появиться на осмотр в ближайшее время. Собравшись с силами, Кэйя направился к служительнице для уточнения в поручении. За всё время выполнения он так и не встретил юную целительницу, поэтому со спокойной душой отправился выполнять остальные задания за городом. Всё те же задания, такие же слаймы и хиличурлы. Иногда кажется, что они совершенно не меняются. Но повторение одного и того же цикла действовало успокоением на нервы. Полный контроль над ситуацией и адреналин битвы всегда помогали выкинуть из головы ворох мыслей и сосредоточиться на событиях только здесь и сейчас. К сожалению, или к счастью, лагеря монстров не бесконечны, и теперь Кэйя, погружённый в новые раздумья, отправился обратно в город заканчивать отчёты и немного разобрать стопку скопившихся бумаг. Уже вечерело. Штаб рыцарей оказался уже наполовину пуст, многие уже заканчивали свою работу и отправлялись кто к семье, а кто выпить в таверне. Альберих, как можно скорее, закончил отчёты по ежедневным заданиям и сел разбирать бумаги. Казалось, время тянулось уж больно медленно, и так же медленно уменьшалась стопка бумаг. Тягучесть времени утомляла, но при этом не вызывала дискомфорта - теряться во времени ещё хуже. Тяжело вздохнув, капитан просидел до позднего вечера и, разобрав только половину документов, отправился завершать день в таверне. Запах алкоголя, встретивший на пороге посетителей, начинал кружить голову, не попав ещё внутрь. Трепет разговоров и тусклые фонарики создавали уютную атмосферу, которую так желал Альберих. Чарльз за стойкой сразу налил "полуденной смерти", как только Кэйя сел за барную стойку. Вино приятно обжигало горло, заставляя отдаться атмосфере этого места и расслабиться. Желание общаться в шумной компании не было, поэтому рыцарь кратко отвечал на приглашения отказом, намекая, что хочет побыть один. Чарльз тоже не решался заговорить с Альберихом. Толи заказов было много, толи видел его настроение. Рыцарь не сильно задумывался над этим и был только благодарен. Время уже подходило к одиннадцати и капитан, допив последний бокал и оплатив заказ, направился домой. Квартира, как обычно, встретила владельца холодом и мраком, но пьяный разум старался не замечать этого. Не потрудившись даже полностью раздеться, Кэйя упал на кровать и стал засыпать.

*** Тёмная комната. Из источников света только пара тусклых ламп, висящих по обеим сторонам стен. Он один. Пытаясь осмотреться, заметил лишь свои скованные в кандалы руки. Дернув пару раз, он убедился, что крепко прикован. От своих рук оторвал тихий крик, больше похожий на болезненный стон. Подняв глаза, он заметил силуэт до боли знакомой женщины, но как бы не пытался - вспомнить не мог. Пока он пытался понять кто перед ним, болезненные вскрики стали постепенно переходить в крик. Женщина перед ним рыдала, пока рвалась её кожа и показывался густой мех. От отвратительного звука начало тошнить, но он не мог оторвать глаза. Чужой крик нарастал, отдаваясь в висках глухим звуком. Он попытался закрыть уши, но скованные руки мешали. Нараставшая паника начала одолевать тело и разум. Он начал с силой дёргать руками, стараясь вырвать их из кандалов, но ничего не получалось. Как только паника взяла вверх, он открыл глаза... На знакомом полу стали проступать тонкие солнечные лучи. Кэйя резко поднялся с кровати. Это был сон, но паника всё не отступала. На еле держащих ногах он дошёл до кухни, чтобы хотя бы холодной водой успокоить свои нервы. Только после третьего стакана у него получилось прийти в себя. Сев собрать все мысли в кучу, после очередного кошмара, капитан осознал, что страдающая женщина уж до боли похожа была на маму. Сглотнув ком в горле, Кэйя огляделся. За окном только светало, а значит времени чуть больше пяти часов утра. Убедившись в своих выводах, Альберих только вздохнул и начал собираться в штаб - уснуть ещё раз точно не получится. Влажный утренний воздух отдавал прохладой, заставляя полноценно проснуться. Некоторые торговцы стали сонно открывать свои лавки. Кэйя решил прогуляться по, ещё пустому, городу, заодно ещё и посмотреть свободные дома. Многие владельцы ещё спали, но смотря на дома и их расположение, Альберих прикидывал цену и проходил мимо. Проходя возле стен, возвышающихся вокруг города, он стал откладывать свою покупку, пока не наткнулся на небольшой домик. Находился он на окраине города, что делало его дешевле, но внешний вид был приятным. Заметив в окне капитана, старенький владелец дома вышел из своей обители. - Доброе утро, сэр Кэйя. - начал старик, как только привлек внимание. - Присматриваете квартиру? - Да, вы продаете? - Только второй этаж, но не переживайте, есть выход сразу на улицу. Пойдёмте всё покажу. Альберих с интересом направился за владельцем. Этаж оказался до боли простой. Две небольшие комнатки, отведённые под спальни, в меру просторный зал и кухня с ванной. Мебели было немного - очевидно придётся докупать. Видно, что этажом не пользовались, но было достаточно чисто. Как и обещал владелец, второй этаж не был связан с первым, и вход лежал через небольшую боковую лестницу. Сумма за этаж старик просил небольшую, что и ожидал Кэйя. Во время разговора владелец упомянул, что он бета, ссылаясь на некоторые требования прошлых владельцев. Альбериху это замечание доставило облегчение, но небольшое волнение от него все-таки поселилось в душе. Договорившись, что вечером капитан сможет внести плату и перенести вещи, Кэйя двинулся на работу. Первым делом он зашёл к Джинн рассказать про новость о находке хорошей квартиры и попросить задания. Магистр сразу оживилась после хороших известий от капитана и, сказав, что готова вечером занять денег, выдала задания. Новые поручения были только за пределами города, чему Альберих был несказанно рад. День за поручениями пролетел незаметно. Отдав все отчёты, Кэйя принял занятую сумму у Джинн, когда сдавал отчёты, и поспешил в свой новый дом. Как он и обещал владельцу, Кэйя сразу был готов к переезду. Вещей у него было не много - из прошлого дома забрать он не успел, а за время пребывания в казармах накопил только нужные вещи. От этих воспоминаний его передёрнуло, и глубоко вздохнув, Альберих стал раскладывать вещи по всей квартире. Во второй комнате он не нуждался, поэтому выбрал для сна самую комфортную, по его мнению, с окнами, выходящими на площадь и с большой кроватью. Распределив свои пожитки, капитан отправился на обход по округе Мондштадта.

*** Три года смешались в одну однотипную массу. Утром на работу, однотипные задания, потом либо вечер в таверне, либо осмотр округи, а затем возвращался в свою квартиру и засыпал. За это время течка приняла регулярный цикл: в начале декабря и июля, но приносила с собой не мало бед. Каждый раз переживать ее становилось болезненней, а болеутоляющие переставали помогать один за другим. Часто приходилось превышать дозу подавителей, чтобы скрывать запах и закупаться ими только у Сахарозы в большом количестве. До полного баланса в организме, Кэйю часто в рабочее время накрывало, и приходилось отпрашиваться у магистра. Та, в свою очередь, всегда отпускала, а иногда просила Лизу проводить капитана до дома. В этот промежуток времени воспоминания были мутными, стираясь болью. Все эти приступы изрядно помотали нервы. В один из таких вечеров, озлобленны, немного пьяны и измученный течкой Кэйя сорвался. Схватив нож, он замахнулся, намереваясь попасть в самую болезненную точку в животе. Но вовремя одумавшись и сменив траекторию, Альберих оставил достаточно глубокий порез, чтобы остался шрам вдоль живота. После этого случая рыцарь стал принимать успокоительные, а в последствии искать успокоение и в никотине. Случилось это случайно: попросил у одного из завсегдатаев в таверне, потом еще раз и еще раз, а далее и сам стал покупать. Если Лиза с Джинн и замечали этих изменений, то никак не комментировали. Опека с их стороны была приятной, но в тоже время совестно, зато что он заставляет их переживать. Он успел полностью обжить квартиру и вернуть долг за нее Джинн. Дом ожил после покупки мебели и парочкой бытовых нужд. Теперь в его обители была большая и мягкая кровать с кучей пышных подушек и парочкой одеял. На столе все чаще стали появляться сладости. Небольшой стол, стоявший в другой комнате возле окна, был завален документами, а в ящиках лежали вещи, бережно переданные Аделиндой. Кэйя смог смириться со всеми изменениями в его жизни, пока жизнь опять не перевернулась.