Встретимся в новом году

Декабрь — это время когда всё покрывается ослепительно белым и пушистым снегом, взрослые посильнее закутываются во что-то тёплое и спешат на работу под звуки скрипящего снега под ногами, студенты в преддверии зимней сессии начинают хандрить, стараясь спрятаться в тёплом пледе за просмотром любимого сериала, а те кто по младше с восторгом наблюдают за снежинками, что кружат в небе и с новогодним настроением, которое кипит внутри ещё с ноября, ждут праздника. В каждом доме на окна клеили бумажные снежинки, наряжали ёлку и вешали разноцветные гирлянды. Сейчас тридцатое и все семьи заняты новогодней суетой. Все, кроме семьи Рейчел Гарднер. Каждый год, декабрь тридцатого числа, для девочки начинался одинаково. Примерно в шесть с половиной утра её будит непривычно довольная мама, нежно целует в лоб и говорит, чтобы та собиралась. После небольшой зарядки Рейчел достаёт с самой верхней полки шкафа большой, походный рюкзак своего отца и собирает всё самое необходимое. Одевшись и плотно позавтракав, младшая Гарднер направляется в коридор, где родители должны ей подарить новогодний подарок. Ожидая пока отец и мать выгребят содержимое кошелька, она уже надевала пальто и вот когда женщина с наигранной доброжелательной улыбкой протягивает ей ключи и несколько купюр, желает хорошо провести время на зимних каникулах, Рейчел их благодарит за «подарок» и с отцовским баулом на спине отправляется в путь. Этот раз ничем не отличался от других. Девочка медленно ходила по рядам гипермаркета с тележкой и маленьким списком в руках, который написала ещё вчера. Она старалась покупать те продукты, которые доступны только в городе, т.к третий год подобной поездки её научили, что покупать всё сразу, не самая лучшая идея. Пробив всё на кассе и оплатив своим подарком продукты, Рейчел стала складывать их в рюкзак и как же она была рада, что в этом году она не будет 4 часа терпеть невыносимую тяжесть, а уж тем более что-то дополнительно нести в руках. Выйдя из торгового центра в лицо подул холодный ветер, из-за чего щёки покраснели и по телу пробежала дрожь, это уже было таким привычным, что и обращать внимание на дикий холод не хотелось, правда не всегда Гарднер поправляя свой голубенький вязанный шарф, сталкивалась с кем-то, но сейчас она аккурат вписалась в спину какого-то высокого парня в длинной (осенней?) куртке цвета хаки. Из его рук выпало пару упаковок чипсов и незнакомец сразу же окатил Рейчел недовольным взглядом. — Ой, простите пожалуйста, — сказала девочка, поднимая пакеты с вредной пищей и неловко впихнула их в гору таких же снеков, что были в руках парня, Гарднер успела подметить, что они, как и лицо покрыты бинтами, но долго разглядывать незнакомца не пришлось, так как он через упаковку чипсов в зубах, прошипел «Фматви куда пвёф» и ушёл восвояси, — Странный какой-то.

***

Рейчел сидела на скамейке в роще и по смартфону отслеживала нужный автобус, а рядом покоился её груз. Нахождение здесь стало обыденностью, в хорошем смысле. Мало кто приходит в это место, тем более зимой, так что для девочки, маленький, заброшенный скверик стал личной вселенной, где она могла погрузиться в свои думы или уединяться для выполнения домашнего задания и чтения книг. Никто не будет лезть к ней с издёвками и не будут слышны крики ругающихся родителей, это ли не прекрасно? Ещё раз посмотрев в свой телефон, она увидела что до прибытия автобуса осталось пару минут, по этому Рейчел взяла вещи и неспеша направилась к остановке, в любом случае торопиться незачем, пока можно понаслаждаться тишиной и покоем… Ага, конечно. Не успела Гарднер вдохнуть полной грудью прекрасную, зимнюю свежесть, как кто-то врезался уже в неё, из-за чего, не удержав равновесия, упала в маленький сугроб, а неизвестный пронёсся дальше, как будто ничего не заметил. Благо Рейчел упала на мягкое место и ничего себе не отбила, но из-за снега тёмные джинсы вмиг стали мокрыми. — Хоть бы не заболела. Недовольная от сложившейся ситуации, содрогаясь от холода, она всё же дошла до остановки, где остановился виновник происшествия. Парень стоял и мялся, что-то матеря под нос, а за спиной красовался такой же баул как и у Рейчел. Удивительно, что сюда ещё кого-то принесло. Но она не стала долго стоять и смотреть на этого, подозрительно знакомого молодого человека в зелёной куртке и решила выговорить ему за случившееся. Гарднер подошла к парню ближе и несколько раз подёргав его за рукав, произнесла: — Прошу прощения, но вы в меня врезались. — И? — И по вашей вине у меня теперь штаны мокрые. — Не моя вина что ты такая пугливая, аж обмочилась. Мелочь, не еби мне мозг. Чё тебе надо? — Штаны мокрые из-за снега и я требую извинений, — на это незнакомец рассмеялся. — Ещё чего? Слууушай, а это не ты ли случайно в меня недавно въебалась? — Я. — Ну так мы квиты. — Но я всё равно жду извинений. — Ха! Размечталась! Из-за спора с парнем, Рейчел не заметила как автобус уже прибыл. Хотя какой автобус? Он скорее напоминал ржавую, скрипучую, консервную банку на колёсах, чем автобус, но чем богаты, тем и рады. В любом случае, это единственный транспорт, с помощью которого можно добраться до нужного места. Зайдя внутрь из динамиков послышалось заедающим, женским голосом «Остановка «Роща», даже это было мышиным писком на фоне продолжающегося спора. Всё равно в автобусе никого нет, так что не стыдно. — Я между прочим перед вами извинилась, — продолжила девочка, оплачивая проезд. — И что? — И то. Неуважительно с вашей стороны так поступать. — Как тебе всё в башку не вдолбится, что мне Всё Рав-Но. — Но… — Так! Молодёжь! Угомонитесь, а то вышвырну с автобуса! — выкрикнул старый мужчина за баранкой этого ржавого корыта. — Я так понимаю, что вас не переспорить. — Быстро схватываешь. Отчаянно вздохнув, Рейчел прошла в самый конец транспорта, и только она хотела сесть на своё излюбленное место, ближе к печке, как к ней снова обратились: — Эй! Сваливай, это моё место, я всегда тут сижу, — сказал молодой человек, оттягивая девицу за лямку рюкзака. — Я тоже всегда здесь сижу, что делать будем? — выдернувшись из его рук, пробубнила недовольно девчонка, — Если так хочется, то садитесь рядом. — Обойдёшься. Поднимай жопу и вали в другое место. — Отклонено. —Чё?! Всё мелочь, ты меня взбесила. Незнакомец начал щекотать, тянуть и всячески выкуривать Гарднер с места, а та в свою очередь довольно долго держалась, вцепившись в оббивку переднего кресла, но везение видимо было не на её стороне, парень всё же выпихнул её с сидения, рядом с собой положил свой багаж и смотрел на разочарованную голубоглазку с ехидной, победоносной улыбкой. — Вот и всё. Теперь можешь сесть куда хочешь, — закрывая глаза сказал парень. Но когда никакого звука не последовало он напрягся и взглянул в сторону девушки. Она просто облокотилась на поручень и копалась в телефоне, продолжая стоять возле второго сидения, — Ты какого хрена ещё не ушла?! — Тепло. — А? — Сюда доходит тепло. Вы же не можете запретить мне стоять тут, верно? Черноволосый с открытым от удивления ртом, смотрел на Рейчел. Даже при том, что его бесила её доёбчивость, парень поражался такой упёртости со стороны маленькой девочки и несмотря на дрожь в голосе от холода, она продолжала держаться гордо, не меняя свой холодный, осмысленный и необычайно мёртвый взгляд. Потом его внимание зацепилось за её ноги: — И правда сильно намокли. Судя по тому, как её трясло и как было слышно клацанье зубов, ей действительно было холодно, что даже тёплые потоки воздуха печки и длинное, белое пальто, не могло согреть. — Эххх, хрен с тобой! — неожиданно для себя выпалил парень и переложил свои вещи с места на колени, — Садись. До этого необращающая на него внимания Гарднер стояла с непонимающим видом, что знатно бесило незнакомца: — Садись, пока не передумал! — выкрикнул он. Рейчел поблагодарила незнакомца и усевшись поудобнее, воткнула наушники в уши, обняла рюкзак на своих коленях и с ощущением медленно поступающего тепла, задремала. Парень на мгновение посмотрел на сидящую подле себя блондинку, что мирно посапывала, нелепо стараясь держать голову прямо и от этого вида его тоже начало клонить в сон. Черноволосый облокотился на местами грязное окно автобуса и наблюдал, как за его пределами сменялись пейзажи. Первый час он смотрел на серый, унылый город, переходящий в бескрайние поля с обломками разрушенных зданий, а ещё через несколько километров стали появляться редкие деревья, со временем перерастающие в густой лес. — Бля… Ехать ещё долго, — с этими мыслями парень уснул.

***

Остановка «Понтай» — Да заткнись ты! — сонно выкрикнул парень, когда прозвучала конечная остановка. Рядом зашуршала не менее заспанная Рейчел, у которой вещи сползли на пол вместе с наушниками, а телефон валялся где-то между креслами. Она за время всей поездки хорошо так потрепал нервы незнакомцу. То завалится на него, то плечо слюнями зальёт, то бубнить что-то начинает, у черноволосого мягко говоря не вышло нормально вздремнуть. — Уже приехали?.. — всё так же сонно сказала девушка, стараясь вытащить сотовый. — Молодёжь! Освобождаем транспорт, быстро! — Так, мелочь. Хватит ковыряться, шуруй в темпе, — подгонял её незнакомец. — Но телефон… — Да как ты заебала! — вскрикнул он и одним ловким движением выудил несчастный телефон между сидениями и всучил ей со словами: — На! А теперь быстрее выплёвываемся с автобуса. Не дав девушке нормально накинуть рюкзак на плечи, он схватил её за шкирку и повёл к выходу. Когда пара вышла, Рейчел вновь посмотрела на парня недовольно. — Не нужно быть таким импульсивным. — Чё? — Зачем так торопиться? — Лучше бы спасибо сказала, этот старикан не любит долго ждать, так бы на стоянку вместе с ним поехала. Девушка на это промолчала, просто поправила лямку и направилась в сторону тропинки, где перед ней стояла ржавая табличка со стёртой надписью «Деревня Понтай», но её быстро нагнал незнакомец и уже они вместе направились в путь. — До сих пор не могу понять, почему такая мелочь как ты, приехала в эту задницу, — начал разговор парень. — Я всегда здесь останавливаюсь на каникулах. — То есть вместо того, чтобы как твои сверстники шляться на каникулах по паркам и торговым центрам, ты выбрала село Пердяево, ну ты и кадр. — «Яблоки на снегу.» — А? — На французском звучит как «Pommes dans la neige» и переводится как «Яблоки на снегу», но жители решили сократить до Понтай. — Дебильное название. К чему тут яблоки? — Всё вполне логично. Это место кишит яблонями и метафора заключается в том, что даже зимой можно на земле найти яблоки. Отсюда и название. — Пффф, понятно. — А вы? Почему решили приехать сюда? — Я не обязан тебе что-то рассказывать. — Хмм, вы правы, дело ваше, — согласилась Рейчел и уже было хотела начать слушать музыку, как парень выдернул у неё наушники. — В любом случае мне скучно, так уж и быть, я скажу. Я тоже приезжаю сюда на каникулах. — «То есть вместо того, чтобы как твои сверстники…» — Ой, заткнись! Я просто терпеть не могу находиться в шумных местах и видеть эти довольные, мерзкие рожи. — Аналогично, — в какой-то степени, это было правдой. — Хаха, так значит ты отшельник? — Могу тоже самое сказать и о вас. — Заткнись! Путь до деревни занял час и всё это время пара либо что-то бурно обсуждала, либо шла в полной тишине. И за этот час они успели много чего поведать друг другу. Парень рассказал что он учится на третьем курсе, вроде автомеханического колледжа, по специальности «Слесарь по ремонту автомобилей», как его бесит суета в общежитии и какой-то придурок, что был у него соседом по комнате, как раздражают счастливые люди, а уж тем более его сильно раздражала девушка по имени Кэтрин, которая работала там в деканате и всегда строила козни черноволосому, несколько раз он упомянул какого-то старика Грея и старых женщин, которые всегда к нему приходят по ночам (это почему-то заставило Гарднер смущаться). Рейчел о себе сказала не очень много. Она рассказывала ему про школу, про своего единственного друга Эдди, который учился вместе с ней в седьмом классе и временами надоедал, жаловалась на группу девочек, что вечно ей докучали и рассказала про их школьного доктора Даниэля Диккенса, у которого девочка всегда отсиживались на большой перемене. Удивительно, но на эту информацию парень отреагировал бурно и попросил описать этого «Диккенса» и после узнав в нём своего знакомого, звонко засмеялся. — Так это Дэнни лошара, он пару раз к старику приходил. Говоришь он врачём у вас работает? Так у него же руки из жопы растут! Я один раз гвоздь его попросил забить, так он себе по пальцу въебал, видела бы ты его рожу в этот момент, — на это Рейчел запустила в черноволосого снежок, потому-что «Я не люблю когда про доктора говорят что-то плохое.» Но естественно парень не захотел это ей спускать с рук и ещё около десяти минут они устраивали снежный обстрел, а после успокоившись дальше шли молча, уставшие, мокрые и растрёпанные. Вот уже с холма, на котором они стояли, вдали были видны маленькие домики, реку, покрытую толстым слоем льда и среди почти пустого заснеженного пейзажа, храм более примечателен своими размерами и ярко сверкающими на солнечном свете куполами. Почти вся местность была заставлена яблонями, а за пределами деревни сгущался лес, куда обычно Рейчел было запрещено ходить. — Ура! Осталось ещё немного топать. — Ага. А вам куда сейчас? Парень наклонился к ней и указал на нужное место пальцем: — Видишь вон ту хрень? — Церковь? — Ага. Мне туда. — Вы что, диакон? — Кто блять? — Вы священнослужитель в этом храме? Тогда странно, я вас ни разу не видела. На это парень рассмеялся и вытирая слёзы, сказал: — Ты чё мать. Чтобы я работал в этом тухлом месте? Да никогда! По мнению старика, моё там служение будет богохульством. — Действительно… — Чё сказала?! — Говорю, что мне в другую сторону, — сказала девочка и пошла к лестнице из кирпичной выкладки, которую сделали местные. — Да похрен. Бывай мелочь. Именно в этот момент Рейчел вспомнила, что не успела спросить как его зовут, всё это время они общались не зная имён друг друга, она развернулась и громко сказала: — Подожди, я так и не узнала ваше… — но парня не было. — Имя… Он решил не идти по лестнице и сократил путь, просто съехав с холма. Выглядело эффектно.

***

Гарднер не составило труда открыть щеколду зелёной, деревянной калитки. Заборчик был старый, маленький и казалось, что если его слегка пнуть, вся конструкция развалится, да и сам засов тоже расшатан, а несколько раз и вовсе отваливался (спасибо отцу). Когда проходишь на участок в глаза сразу бросаются чёрные пакеты с мусором возле крыльца и торчащие из-под снега палки, их Рейчел поставила как напоминание, где расположены её саженцы. Слева, в дальнем углу забора, рядом с туалетом хранились дрова, накрытые большим полотном. Ну и конечно же на участке было изобилие всяких разных сортов яблонь: Мельба, Белый налив, Летнее полосатое, Анис алый, Сладкая нега и т.д. На самом деле, девушке не особо хотелось заходить в дом, но она знала что с ней будет, если не явится вовремя. Часы на телефоне показывали время 10:53 утра, прогуливаться некогда, так что Рейчел поднялась по скрипучим ступеням веранды и открыла входную дверь, в нос ударил неприятный запах сырости, на свету виднелось множество летающих пылинок и вокруг всё так же валялся всякий мусор. По старой традиции, Гарднер повесила куртку с шарфом на вешалку, сапоги поставила на полку и вместе с рюкзаком прошла в гостиную. Довольно большое, уютное помещение так же захламлено. Шкафы с книгами не открывались с прошлого года, из-за чего самих книг не было видно за слоем пыли на стекле. Посреди комнаты стоял диван коричневого цвета с белыми подушками, на нём ещё лежал какой-то чёрный плед, который явно нужно было вытряхнуть, а рядом с диваном стоял кофейный столик усыпанный крошками и фантиками. Напротив дивана, на тумбочке располагался старый телевизор с видеомагнитофоном и валяющиеся на нижней полке пару кассет. На полу валялись бутылки из-под дешёвого алкоголя и на когда-то чистом, бело-синем ковре, теперь красовалось бордовое пятно. — Хоть бы не кровь, — подумала Рейчел, смотря на бедный, грязный коврик. Потом положив свои вещи на диван, оставив в руках только сотовый, она подошла к большим часам в углу комнаты и смотря в камеру, что висела над ними, постучала пару раз ноготочком по экрану телефона так, чтобы это было видно. Через минуту прозвучал звонок. На экране высветился контакт «Мама», девочка приняла звонок и на том конце женский, слегка охрипший голос произнёс: — Подними правую руку, — Рейчел сделала так, как было приказано. — Покажи большой палец… Ага, а теперь помаши рукой. Всё было настолько привычным, что Гарднер делала эти движения на автомате. Мама всегда ей звонила для проверки камер в доме. — Ну что-ж, вроде бы работает. Приступай к уборке. Но что-то не давало покоя. Каждый год был одинаковым, все праздники, включая её день рождения, они были одинаковы, а Рейчел всегда так хотелось услышать или увидеть хоть что-то новое, кроме однотипных слов и действий, так хотелось проснуться где-то в два часа дня и хоть один день посвятить самой себе, хотелось приходить домой и видеть радостные улыбки родителей, а не смотреть на побоища и в этих же побоищах участвовать, хотелось в новый год сесть за одним столом с родителями, смеяться и общаться на разные темы, кушать салаты и вкусную курочку из духовки, которую приготовила мама, хотелось чтобы они вместе под бой курантов загадывали желание и вышли смотреть на праздничный салют. Всего этого так желала Рейчел, но знала, что это невозможно. Но хоть что-то, хоть что-нибудь она надеялась услышать от матери. Когда женщина уже собиралась бросить трубку, её остановил неуверенный голос дочери. — Мама, с наступающим новым годом, — еле выдавив из себя улыбку, произнесла Рейчел смотря в камеру. Но ничего это не дало. Прошло пару секунд молчания, девочка так ничего и не услышала в ответ, кроме гудков сброшенного звонка. — Было бесполезно на что-то надеяться. Какое-то время она постояла на месте, обдумывая множество вещей, потом подошла к дивану, взяла рюкзак и направилась на второй этаж. Рейчел зашла в помещение больше напоминающее чердак нежели комнату, из мебели только скрипучая кровать со старым матрасом с вмятиной по середине, фиолетовый шкаф, у которого еле открывались дверцы и трюмо с завешенным зеркалом, ну и конечно же в углу комнаты, возле двери, тоже висела камера видеонаблюдения. Казалось бы, ничего почти и нет, но здесь было гораздо больше вещей, чем могло показаться. Девушка начала обустраиваться. Теперь кровать была заправлена белоснежной простынёй, на краю лежало свёрнутое в рулон голубое одеяло и такая же голубая подушка. После того, как полки в шкафу были протёрты, она аккуратно сложила свои вещи, а всякую мелочь как зарядку, книги и блокнот с карандашами, Гарднер пока положила на предварительно протёртый стол. Настала очередь продуктов. Вынув пакет из рюкзака, Рейчел спустилась на кухню рядом с гостиной, и то, что там творилось… Лучше просто промолчать. — Надеюсь хотя бы до вечера управлюсь, — подумала девушка, складывая продукты в холодильник.

***

Когда Гарднер закончила уборку в доме, время уже было около четырёх часов вечера, на улице стало заметно темнее и желательно бы остаться дома, но ей ещё нужно отнести мусор на помойку и тут сразу две неприятной новости. Первая, это то, что к двум мешкам мусора во дворе, прибавилось ещё два, и вторая новость, свалка находилась у чёрта на куличках, в полупустынной местности с недостроенными зданиями. Приезжие люди думали что имеют полное права строить там дачи, но как оказалось, это была частная собственность и строительство прикрыли, а вся рухлядь осталась. Рейчел стояла возле крыльца и каким-то печально уставшим взглядом, буравила несчастный мусор, она уже представляла мучительные 30 с лишним минут хождения туда и обратно, но ещё больше печалило, что нужно успеть все в срок, родители знают каждый её шаг в точности поминутно. Взяв волю в кулак, девочка взялась за пакеты и поволочилась к выходу. Деревню она прошла легко, по крайней мере легче чем подъём по ступенькам, там она уже умудрялась и устать, и пакеты уронить, и самой навернуться, одним словом, сложно. Теперь Гарднер шла по заснеженной тропинке, музыку слушать не особо хотелось, по этому девушка решила поразмышлять о чём нибудь. Рейчел в принципе любила о чём-то подумать и большую часть времени её голова была чем-то забита, пусть даже и чем-то ненужным. Молодой парнишка Эдди, что был её другом и по совместительству одноклассником не раз замечал, как его подруга с отчуждённым взглядом может часами смотреть в одну точку не отрываясь, в такие моменты ему сложно до неё докричаться, но как-то всё же ему это удавалось. Вспомнив про рыжего мальчика, Рейчел снова погрустнела. И в этот раз он не сможет с ней отпраздновать новый год, потому-что уезжает в другой город с родными, а ведь ещё летом они вместе строили планы на праздник. Он ей обещал, что они вместе посмотрят на новогодний салют, пойдут кататься на горках и что он, сам Эдвард Мейсон, поможет ей испечь имбирные печенья, на что Рейчел ему припомнила прошлые кондитерские изделия, как леденцы с текстурой ириски, ириски со вкусом горелого ботинка и фирменного пряничного человечка с заплывшими глазами и большими губами. Девочка невольно улыбнулась, вспоминая как Эдди, зачем-то, решил слепить человечку нос, по его словам «Это должно быть реалистично» и надо было просто видеть выражение его лица после выпекания. Это была смесь ужаса, печали и злости, он, как уже и было понятно заранее, не получил желаемый «реализм» и Рейчел казалось что настроение его будет испорчено на весь вечер, но парень повторил выражение лица пряничного человечка и кухня залилась звонким смехом. Они назвали это нечто «пьяней» и разделив пополам, уплетали довольно неплохой по вкусу пряник со страшным лицом, за просмотром фильма «Гарри Поттера». Этот новый год к сожалению, как и прошлые два, она проведёт одна. Но это её не сильно расстраивало. Гарднер стала вспоминать конец второй четверти. Это был последний день перед каникулами, в её классе половины учеников не было (включая задиристых девчонок), значит день обещал быть неплохим. Она встретилась с рыжиком в гардеробе и по пути до своего кабинета он бурно рассказывал как ему не хочется уезжать из города, по прибытию в класс они сели на своё место и обменялись подарками. Рейчел подарила парню старинную коллекционную игру о которой он так много говорил и по счастливой случайности, дискета нашлась на даче в закоулках чердака. Девушке конечно было стыдно от того, что она ни копейки не потратила на подарок, тогда возможности не было, но парень всё равно с сияющими радостью зелёными глазами, сжимал её в крепких объятиях, впрочем как и всегда. Эдди же подарил Рейчел книгу, которую она не могла себе позволить из-за большой стоимости, но Мейсон из богатой семьи и ему эта книга казалась мелочью из-за чего, вручение подарка с его стороны было каким-то неловким, а ещё более неловко ему стало, когда девушка так же как и он, стала крепко его обнимать, потом весь урок литературы Рейчел не выпускала из рук книгу, а друг непривычно молча, сидел с покрасневшим, как помидорка, лицом. Когда все уроки закончились, друзья ещё раз пообнимались, попрощались и разошлись, потому-что за Мейсоном приехал его отец. Рейчел же пошла в мед пункт, поздравлять доктора Дэнни. Диккенс всегда оставался допоздна и работал до износа и тот раз тоже не был исключением. Рейчел зашла в кабинет, как обычно без стука, сделала пару замечаний доктору и вручила подарок (тоже найденный на чердаке). Это были очки для работы за компьютером с тонкой, железной оправой. По мнению Рейчел, они бы прекрасно смотрелись на нём, чем эти большие очки с толстой, коричневой оправой как у стариков, что она собственно и сказала. На это доктор усмехнулся и подметил её правоту. Даниэль надел очки и посмотрел в зеркало, такая оправа ему действительно шла и на носу держались удобнее. Он поблагодарил Гарднер за такой внимательный подарок и как-то по отечески погладил по голове, потом пошуршав бумажками на столе, насобирал приличную сумму денег и вручил их девочке. Она знала что доктор, снова затянутый в работу, забудет про подарок и со стыдливым лицом будет дарить деньги, но так много, как в этом году, он ещё не дарил. Рейчел отказывалась от такого большого подарка, но доктор настоял и она всё же приняла его и поблагодарила Диккенса, обнимая за шею. Они весело провели время, общаясь и попивая чай с черникой, который молодой доктор всегда заваривал для Рейчел, как он всегда говорил «Черника полезна для глаз, моя дорогая». Даниэль расспрашивал девушку о здоровье, пару раз спросил про старые синяки, на что Гарднер отмазывалась и меняла тему, спрашивая доктора, как у него обстояли дела с учёбой. Но когда на улице уже начало темнеть, Рейчел засобиралась домой. Девочка ещё раз поблагодарила доктора за подарок и он её тоже, но на последок как всегда сказал, чтобы та заботилась о своих глазках. А по прибытию домой… Рейчел и заметить не успела, как она уже дошла до свалки, откинув все лишние мысли прочь, она стала бросать мешки в большую яму, это не заняло много времени. Сделав дело, девушка уже хотела идти домой, но одно здание, чем-то привлекло её внимание. Среди пустынного пейзажа стояла двухэтажная постройка, мало чем напоминающая дом. Стены первого этажа, были на половину погружены под землю и с одной стороны стены обнаружился спуск вниз, похоже чем-то на бункер. Второй же был вообще без стен, только по середине лесенка, с помощью которой можно было подняться на своеобразный пьедестал, но это не всё. Ещё немного выше от этого "пьедестала", было что-то маленькое, напоминающее крышу дома, но там явно может поместиться два человека. Любопытство всё же взяло верх над Рейчел и она пошла к цементному сооружению с осторожностью оглядываясь по сторонам. Мало ли кто-то прийдёт. Подойдя ближе к зданию, её немного расстроило то, что сам первый этаж оказался чуть выше, чем ей казалось из далека, но подтянувшись, забраться можно было, что она к слову и сделала. Каждый шаг отдавался гулким эхом снизу, вызывая мурашки по коже, но ничего девушку не останавливало, по не ясной причине хотелось подниматься всё выше и выше. Рейчел поднялась по ступенькам и аккуратно забралась на «крышу». — Довольно удобно, — подумала Гарднер и вновь огляделась. Вид был просто потрясающим. Заснеженная, бескрайняя пустошь и разбросанные деревья с разрушенными зданиями, из-за этого казалось, словно разрушен был весь мир, а не какой-то жалкий участок. И если приглядеться, где-то в дали можно было увидеть огни переполненного жизнью города, а небо над головой казалось таким достигаемым, будто бы протянешь руку и почувствуешь мягкость облаков, а если ещё и на цыпочки встанешь, то сможешь нащупать мерцающую голубеньким огоньком звезду. Рейчел вдыхала зимнюю свежесть и золотистые волосы её развивались на ветру, словно колосья пшеницы в редкую июльскую непогоду, и голубые глаза, сияющие восторженным блеском, что тоже было таким редким, делали всю картину поистине прекрасной. Но не долго длилось это любование, девушка вспомнила про дом и про время, в которое она должна вернуться. — Ну что-ж, теперь я знаю, где мне провести новый год, — самой себе сказала Гарднер, ловко, но всё так же осторожно слезла с постройки и быстрым шагом направилась в деревню.

***

Рейчел опоздала на 10 минут, ну и как было ожидаемо, ей позвонила мама, которая прибывала не в самом хорошем расположении духа. У девочки заранее была придумана отмазка, что якобы мусор был очень тяжёлым и по сугробам идти было сложно, женщина к счастью поверила, Гарднер конечно ещё хотела пожелать матери на последок хороших снов, но как всегда её не слушали. Уже дома, Рейчел сняла с печки, (которую она затопила перед выходом) теперь сухие джинсы и сложила их в шкаф, изрядно проголодавшись, она по быстрому перекусила бутербродами из чёрствого хлеба с маслом и сахаром, запивая всё горячим, зелёным чаем с запахом земляники. Весь оставшийся вечер она провела за прочтением книги «Мастер и Маргарита», история была настолько интересной, что девочка аж подскочила, когда заиграл звон будильника. Это было оповещение о том, что пора спать. Рейчел убрала книгу на стол, переоделась в пижамные штаны голубого цвета и белую футболку с сердечком, и легла на расправленную постель. Опустив голову на подушку, она и не заметила как уснула. Жизнь в деревне проистекала очень странным образом, в отличие от города, в котором прежде чем уснуть, в голову лезло множеств приятных и не очень, мыслей, а здесь и засыпалось лучше и подниматься рано утром легче. Всё-таки места влияют на людей.