Больная парочка.

Да, они точно больные. Нахоя тихо фыркал, словно лиса, и пинал носком ботинка снег. Чёрная замша резко приобрела характерный цвет. Хоя не любит снег. Не любит зиму. Когда кто угодно может подойти и засыпать снег за ворот пуховика. Когда ебучий холод так и наровит поиметь его. Да, он не Соя, который любит подобную атмосферу. И, фу, любит погулять вечерами со своим парнем. Хоя словно злой старший брат, который отгоняет всех ухажеров младших, и один раз нашёлся смелый, или же бессмертный. Хотя, почему словно? Риндо Хайтани его личный бес, и личный ангел Каваты младшего. Нет, не так. Хайтани Ран его мигрень, ебучая язва, крашеная блядь. Да кто угодно, но не ангелок! Видите ли, его не научили держать язык за зубами в детстве, да и руки тоже. Эта хуёво крашеная проститутка в их первую встречу случайноёбнул Нахою по голове своей телескопкой. Ну, а Кавата врезал ему по самовлюбленной роже. Благо, младшие успели их разнять до того, как они устроили в квартире кавардак и один труп. До сих пор загадка, Ран или Нахоя. —Йоо, Нахоя! —Какой Нахоя? Вспомнишь дерьмо, вот и оно. Ран шёл ему навстречу, держа в руках пакет. Вот да, Нахоя согласится, этому парню намного больше идут распущенные волосы. Может и хвост, или любая другая прическа, кроме этих присловутых косичек. Ну, а Нахоя как всегда съязвил. В последнее время Хайтани слишком часто в его жизни появляется. Новогоднее настроение сыграло плохую шутку? Или это он ему в последний раз сильно врезал, что остатки мозгов превратил в субстанцию из мозгов? —Ран, прошу, съебись в закат. Язвительная улыбка, приоткрытые глаза цвета тёмной лазури. Шапка натянута на уши, от чего кудряшки прикольно лежали на лице... Хайтани казалось, что сердце сейчас пустит последний удар, и он упадёт замертво. Его поражал характер Каваты, он сплошная бомба. Может от скуки ударить, избить, блядь, он не такой пушистый характером. И в этот одуванчик Рану угараздило влюбиться. Просто блять со второго взгляда. —Ну Хоя, одуванчик, нужно быть веселее в праздники! Ран подошёл к Нахое, и теперь шёл бок о бок. Он чувствовал ту пугающую ауру Каваты, чувствовал, что в любой момент может получить отменного удара по лицу. —Хайтани, свой праздник я хотел бы отметить только в кругу семьи. Без вас. —А Соя что думает на этот счёт? Ран лениво протянул фразу, чем только сильнее выбесил парня. Блять, он хочет убить его. Просто закопать в ближайшем сугробе и оставить там. Нельзя. Просто блять нельзя. Соя устроит ему истерику, а от Риндо он получит пизды. Нахоя поправил шапку, и тронул красные щеки. Яркие, вырвеглазные гирлянды так и рябили на витринах и улицах. Проходящие мимо люди скажут что они хорошие друзья, припизднутые партнёры. И только Ран с Нахое скажут, только про себя, что они больные, любят друг друга. Каждый по своему воспринимает это. Нахоя—принимать не хочет. Ран принял, и не хочет показать это. Может, на новый год он признается ему. —Эй, Кавата? Ран остановился, и Нахоя вместе с ним. Закрытые глаза и усмешка на губах вызывали трепет в душе Рана. Он такой красивый... Нахоя заметил этот мерцающий взгляд, и хорошо, что щеки покраснели раньше от холода. Чем ему понравился Хайтани? Холодное изящество, вкусы во всём, умение понимать и принимать. Он не раз видел взаимоотношения братьев, правда, не умеет реагировать на подобное. Он привык показывать нежность только у младшему, горячо любимому брату. Изредка заботится о близких друзьях. Но вот к Хайтани, которых он сперва возненавидел из-за Риндо, не умеет, не привык. Как же ему иногда хочется чего то с Раном, ту же ласку, что у Сои и Риндо... —С Рождеством, одуванчик. —Тц, Хайтани, не умеешь ты быть романтиком... Блять, да наклонись ты, дылда крашенная. Нахоя резко шагнул к Рану и заставил наклониться вниз, к себе. Колючий поцелуй, такой мимолетный, и такой желанный. Поцелуй показался Рану слишком похожим на Нахою, на его любовь. Кавата так же резко отступил назад, и улыбнулся в своей манере. Ран словно поражён током. Так и стоял с приоткрытыми губами. Слишком неожиданно... —Биологию плохо учишь. Нельзя дышать ртом. Нахоя двинулся дальше, невидимой нитью заставляя и Рана так же идти следом. Он старался придать виду тот напускной холод, что и раньше. Плохо выходит. —Как думаешь, насколько они больны? —Настолько, что им комфортно рядом, Рин-чан. Парень, чьи глаза цвета ясной лазури, шёл рядом с другим, и держал в руках стаканчики свежего кофе. Соя, как и Риндо, знал о взаимоотношениях старших братьев. Ну и ладно. Главное, что теперь у них меньше причин убить друг друга.