Зарево

Так… 256…257… Мам, до скольки я должен считать? Хитрые глаза, блеснув, огляделись вокруг. Желтеющая трава, бордовые листья на деревьях, казалось, что маленькое дуновения ветерка сможет разом смахнуть все лиственные шапки с тонких стволов. -Мам? Мама? Я иду искать! Ты слышишь? — мальчик неспешно отпрянул от шершавой коры дерева, убирая маленькие ладони, которыми он прикрывал лицо. -Ага! — выкрикнул мальчишка, резко отодвинув голубые простыни, которые матушка повесила сушиться, пытаясь напугать. Он любил, как — нибудь ранним летним утром, закутаться в эти прохладные простыни, вдохнуть запах мыла и свежего постельного белья. Ах, какое же прекрасное время было! Это и есть то самое счастье, про которые говорят все взрослые, пытаясь оторваться от очередной кружки с элем? -Тут нет… — он сморщил аккуратный носик и медленно повернувшись, побежал у другому концу двора. Его светлые локоны переливались под лучами света, казалось будто малыш носит маленькое солнышко на голове. Будто он был самим его воплощением.  — Куда же? Куда же пошла мама? — его васильковые глаза, будто наполнились сверкающими искрами. И правда, искры были, вот только не от слез, как это обычно происходит. Как только соленые дорожки достигали подбородка, они падали и с грохотом разбивались о плитку, превращаясь в блестящие драгоценные камни. -Лори! Лори, быстро спрячь слезы! Ты забыл о чем я тебе говорила? — молодая, красивая женщина с такими же светлыми волосами выбежала из-за угла, снимая с себя грязный фартук, в котором она ещё совсем недавно готовила ужин. А её готовка? Как она была великолепна! В детстве, казалось, будто даже самые известные кулинары континета не сравнятся с её простым, на вид, ореховым супом. В такие моменты, хотелось остановить время, чтобы никто не смог вторгнуться в наш мир и разрушить эту идиллию. -Лори дорогой, неужели ты забыл? Если кто-нибудь увидит твои слезы, нас ведь тогда… И твою маму… Нас всех, Лори, уже тут может и не быть. — проговорила она, почти шопотом, протягивая свой передник мальчику. Люди, сродни самым страшным животным, они только и ждут момента, чтобы напасть. Помни, сынок, — женщина пригрозила пальцем. с этими отродьями, лучше никогда не связываться, иначе тебя загрызут, как маленького зайчонка. За место в нашем гнилом обществе надо бороться, рвать глотки, идти по головам. Пока ты не готов к этому, моё милое дитя. -Мама, а как же сэр Никольсон? Он выглядит, как настоящий рыцарь, у него такая красивая одежда и сверкающая броня! Когда — нибудь и я буду такую носить, вот увидишь! — прокричал мальчик, вставая в героическую позу, наверняка представляю, как ему будут аплодидировать и кричать люди с деревни. -Дорогой мой малыш — она, обхватила его лицо, смотря прямо в необыкновенной красоты глаза. -Когда — нибудь ты обязательно станешь рыцарем, я верю в тебя, но а пока, Лори, никому не рассказывай о своих глазах, ты понял? — Женщина провела указательным пальцем около его лица. Даже у стен есть уши! Она медленно поднялась с земли, подавая руку ребёнку. -Пошли, твой любимы суп сейчас остынет.