Луна

      Берк не знал как благодарить Вселенную за этот внезапный карантин в медицинском центре. Он продолжался уже три недели, и всё это время мужчина имел удовольствие наблюдать Айбике в своей квартире.       Она была как недостающий кусочек пазла. Без неё картина этого места смотрится неполной, неяркой, незавершенной. Картина его жизни без этой частички кажется бессмысленной.       Берк принял для себя решение жить моментом. Если жизнь подарила ему возможность ещё немного побыть рядом с ней — он примет этот подарок с благодарностью. Хоть и понятия не имея, чем он его заслужил. Их встречи когда-то закончатся, так пусть эти недолгие мгновения останутся светлыми и незапятнанными новыми обидами.       За эти дни его лечение здорово продвинулось. Разве могло быть по-другому, когда за твоими занятиями в гостиной из кухни наблюдало кудрявое чудо, не отрывая своих внимательных, светло-карих глаз? Она была тут ради него, чем бы не руководствовалась. Мысль об этом приятно и осторожно грела его потерянную душу, будто боясь спугнуть.       Так было и в этот день. Айбике сидела за барной стойкой, мечась взглядом от своего рабочего ноутбука к его занятиям с физиотерапевтом и обратно. Она сидела, подогнув одну ногу под себя, её густые волосы были собраны в небрежный пучок, а оверсайз футболка очень сильно напоминала что-то домашнее.       Берк засмотрелся на такую уютную Айбике, с горечью осознавая, что эта картина когда-то имела шанс быть реальной, настоящей. Не обусловленной какими-либо обстоятельствами. В последнее время, он всё чаще задумывался о том, а что если бы... Что если бы они смогли тогда всё преодолеть и сохранить.       — Господин Берк?       — Ч-что? Да-да, я слушаю, госпожа Бахар, — замялся он, вдруг заметив, что на него направлены две пары удивлённых глаз. — Я просто задумался.       Женщина скользнула взглядом в сторону Айбике и задумчиво улыбнулась:       — Понимаю. Я просто хотела сказать, что на сегодня мы закончили. — Она уже была у двери, когда обернулась и добавила: — У вас очень хороший прогресс, Берк. Не упустите... его.       Дверь захлопнулась и Айбике, со смехом в голосе, спросила:       — Не упустить прогресс? Так разве говорят? Можно упускать шанс, возможность... — Она не успела договорить, потому что зазвонил её телефон.       Берк же грустно улыбнулся, прекрасно поняв, что хотела сказать эта женщина. Наверно только слепой бы не заметил, как он смотрит на Айбике. Только слепой и сама Айбике.       Она разговаривала тихо, но он услышал последнюю фразу, сопровождающуюся бешеным ритмом собственного сердца.       — Да, солнце, я скоро буду. — Она так искренне улыбалась, слушая своего собеседника. — Я тоже тебя очень люблю. Целую. Пока!       Ревность. Сильная, выжигающая всё живое внутри. Она поглотила мужчину в одну секунду. Берк развернул коляску, чтобы Айбике не видела его ходящую ходуном грудную клетку и уставился на зимний пейзаж на стене, сжимая кулаки и пытаясь успокоиться.       Телефонный разговор был закончен уже несколько минут назад, но в комнате всё ещё стояла тишина. Парень был уверен, что Айбике сверлит взглядом спинку его коляски.       — Берк? — наконец послышался её голос.       — Да? — Он старался отвечать безэмоционально.       — Всё нормально?       Он тяжело вздохнул и развернулся к ней:       — Да, всё хорошо. Наверно тебе уже пора? — Он не сдержался, как бы не хотел и перевёл на девушку многозначительный взгляд: — Тебя очень ждут.       Айбике какое-то время рассматривала его лицо, пока не расплылась в улыбке, чем совсем выбила Берка из колеи.       — Видел бы ты сейчас своё лицо, Озкайя!       Она всё ещё сидела на барном стуле и смеялась над ним, а Берк начал молча пялиться в пол, понимая, что его раскрыли.       Айбике немного успокоилась и произнесла:       — Это абсолютно не твоё дело, но я не собираюсь наблюдать твою недовольную мордашку в наши оставшиеся встречи. Поэтому, так и быть, расскажу тебе о том, что разговаривала с подругой. У меня совершенно нет времени на отношения. — Она встала со стула и подошла к кофемашине, явно давая понять, что тема закрыта. — Я думала, что перед моим уходом мы выпьем уже традиционный американо.       Берк прокручивал в голове сказанные ею слова и улыбнувшись уголками губ предложил:       — Выпьем его на террасе? Сегодня чудесная погода.

***

      Берк уже ждал на просторной террасе, когда она задумчиво насыпала молотые зёрна в фильтр. Айбике думала о дочери. Конечно, она разговаривала по телефону с Айлин, совершенно забыв о конспирации. И если честно, эти тайны ей порядком надоели.       За эти три недели они с Берком вполне неплохо поладили. Но над ними всё ещё огромным вопросительным знаком знаком висела недосказанность. Молодые люди до сих пор по-взрослому не обсудили то, что произошло пять лет назад. Айбике точно знала, что это необходимо, чтобы продолжать здоровое общение в будущем. Общение с отцом своего ребёнка.       Девушка уже была готова рассказать ему всё. Но как будто ждала какого-то последнего знака, чтобы утвердиться в своём решении. И она получила его сегодня утром.

***

      Айбике лениво потягивалась в постели, с удовольствием понимая, что сегодня выходной и до самого вечера ей никуда не надо.       В комнату забежала Айлин в своей милой пижаме со звёздочками и была чем-то чрезвычайно взволнована.       — Принцесса, доброе утро! Вот бы ты с такой же лёгкостью просыпалась в будние дни, — улыбнулась Айбике, целуя дочь в пухлые щёчки.       Айлин быстро устроилась рядом с мамой и принялась играть с её волосами.       Айбике наслаждалась прекрасным воскресным утром, пока детские слова не заставили её сердце упасть куда-то вниз, без шанса вернуться на своё место.       — Папа сказал, что скоро вернётся, — сказала Айлин, как-бы между прочим, всё ещё наматывая мамин локон на свой маленький пальчик.       Айбике боялась пошевелиться. Она не могла найти слов, чтобы хоть что-то спросить у собственного ребёнка. Это то, чего она боялась больше всего.       Практически со дня, когда Айлин произнесла первое неуверенное «мама», Айбике со страхом ждала момента, когда её дочь спросит об отце. Девушка слышала много историй о папах-космонавтах и капитанах дальнего плавания, которыми кормили своих детей матери-одиночки.       Но до этого момента, Айлин никогда даже не заикалась на эту тему. Не спрашивала обычно интересующие детей вопросы о том, почему у других детей в саду есть оба родителя, а у неё только мама. Этим чудесным утром дочь застала её врасплох, потому что за четыре года Айбике так и не придумала, что скажет своему ребёнку.       — Папа? — с трудом промолвила девушка.       — Да. Он часто мне снится. — Девочка говорила так просто, будто это было в порядке вещей.       Глаза Айбике заблестели и она быстро вытерла надвигающиеся слёзы:       — Ты видишь его лицо?       Малышка заметно расстроилась, услышав этот вопрос:       — Мама, я всегда забываю папино лицо на утро. Или он часто стоит ко мне спиной и разговаривает. Он не хочет приходить, да?       — Почему ты мне ничего не говорила, Айлин? — Голос Айбике дрожал, а ногти больно впивались в собственные ладони.       Девочка искренне пожала плечами:       — Я думала, что ты тоже видишь его, мам.       Айбике молча обняла дочь, крепко прижав её к себе. Теперь всё стало понятно. У Айлин всё это время был папа. Во снах. И поэтому она ничего никогда не спрашивала. Это и стало тем самым знаком для Айбике. Пора.

***

      Поток весеннего воздуха приятно освежил лицо девушки, когда она оказалась на террасе, держа поднос с ароматными напитками.       За эти недели Айбике ни разу сюда не заходила. Ей казалось, что только это место его квартиры ещё оставалось нетронутым, только оно помнило старых Айбике и Берка, безумно влюблённых и совершенно беззаботных.       Девушка посмотрела на чистый голубой небосвод, поймав себя на мысли о том, что хотела бы снова полюбоваться здесь ночным звёздным небом. Хотя бы ещё один раз.       — Красиво, правда? — Берк с интересом наблюдал за, всматривающейся вдаль, Айбике.       — Очень, — ответила она и поставила поднос на круглый столик.       Они пили кофе в тишине, думая каждый о своём. Но это молчание не было напряженным или неловким. Это было молчание из разряда комфортных.       Когда чашки опустели, Айбике услышала голос Берка:       — Это самый вкусный кофе, который я когда-либо пил.       — Не подлизывайся, — легко улыбнулась девушка.       — И не думал. — Парень перевёл взгляд на наручные часы. — Я уже отпустил Джанера. Но можем вызвать тебе такси.       — Н-нет, не нужно. За мной заедут, — сказала она как-то слишко бегло и отвела взгляд, но Берк не обратил на это внимания.       — Как скажешь. — Парень на мгновение задумался, но потом взъерошив рыжие волосы, всё же произнёс: — Я хочу тебе кое-что показать.       Айбике удивлённо подняла брови:       — Что?       Берк немного отъехал от столика назад и вдруг начал опираться на подлокотники коляски. Айбике раскрыла рот от удивления и кажется пришла в себя только когда увидела его стоящим перед собой. Он стоял, с трудом держась за кожаный материал. Его ноги дрожали. Но он стоял.       — Почему ты ничего не сказал госпоже Бахар? — Это не те слова, которые она бы хотела говорить, но мысли путались, а глаза начинало жечь от подступающей солёной влаги.       — Хотел показать тебе первой, — просто ответил он. — Но я не рассчитывал на то, что ты разревёшься, госпожа Эрен.       — Я не реву, — бросила она, едва улыбаясь. — Просто я за тебя очень рада. Дальше — больше. Но я всё ещё зла на твоё ненужное упрямство. Ты ведь понимаешь, что если бы Джанеру не удавалось все эти три года хотя бы пару раз в месяц заставлять тебя ездить на терапию — этого результата бы сейчас не было?       Он виновато кивнул:       — Понимаю. Я благодарен ему, правда. — Берк посмотрел ей в глаза. — И я очень благодарен тебе, Айбике. Спасибо. За всё.       Она хотела ещё что-то сказать, но вдруг заметила, что он начал терять равновесие. Ему нельзя было так долго оставаться на ногах! Айбике рывком вскочила со стула, который тут же со звонким стуком упал на каменный пол. Через мгновение она уже обхватывала Берка за плечи, не позволяя ему упасть в коляску слишком резко или промахнуться.

***

      Берк не успел поймать момент, когда она оказалась слишком близко. Практически прижатая к его телу. Она дрожала, крепко держа его плечи и передавая свои мурашки ему.       От неё всё так же пахло сладкими конфетами и солёным морем. Удивительное сочетание. Но в этом была вся она. Сочетающая в себе так много и так мало позволяющая о себе узнать.       В этот миг Берку нужен был лишь крохотный знак, чтобы начать бороться. За неё, за них. Он был готов оставить прошлое позади и молить её дать им шанс до конца своей жизни. Лишь бы она всегда была так близко.       В секунду, когда он об этом подумал, его взгляд поймал кулон в виде молодой луны на её шее, тщательно спрятанный под одеждой до этого момента.       Он улыбнулся. Это был знак.