Луна

      — Джанер, что я наделал? Как я буду это исправлять?!       Блондин тяжело выдохнул и опустился на кожаное кресло напротив друга.       — Перед тем как ты начнешь составлять план по исправлению того, что натворил я просто обязан у тебя кое-что спросить. Ты ведь не забросишь лечение, Берк? Потому что если ты опять впадешь в депрессию и будешь отказываться от терапии, я боюсь, что не смогу повлиять на тебя без помощи Айбике.       Берк опустил руки на стол и удивлённо уставился на парня:       — Что?... Нет, нет конечно. Я даже не думал об этом. Теперь я просто должен встать на ноги. Обязан! Ради Айбике, ради... дочери. — Новое для него слово ощущалось так непривычно, что у мужчины замирало дыхание. — Джанер, у меня есть дочь! Представляешь? Дочь...       — Да, брат. Я слышал, — улыбнулся Джанер, наблюдая за взволнованным другом. — Немного поздно, но поздравляю!       — Спасибо! — Из-за переизбытка эмоций мысли Берка сменяли друг друга слишком быстро, как и оттенки его настроения. — Поздно... Очень поздно. Я виноват! Виноват! Оставил их одних. Оставил свою Айбике, не оставляя даже возможности рассказать о важном. Как она после всего этого позволила мне снова быть рядом? Смотреть ей в глаза? Как?       — Ты сам говорил, что она самая особенная из всех, кого ты знал. Думаю, что сейчас ты на самом деле осознаешь истину этой фразы.       — Особенная. Она ведь хотела рассказать мне всё вчера. Моя Айбике хотела дать мне шанс. Она поверила мне. А я?! — Берк со всей силы хлопнул ладонью по столу, вспомнив её глаза, наполненные разочарованием и обидой. — Я снова всё упустил! Из-за глупой ревности. Из-за того, что я не выслушал, не поговорил. Снова...       Джанер похлопал друга по плечу:       — Ты совершил кучу ошибок. Не буду тебя сейчас осуждать, потому что с этим ты и сам отлично справляешься. Скажу только, что верю в то, что ты всё исправишь. Не знаю как, но исправишь.       — Надеюсь. Спасибо, брат, — устало улыбнулся Берк.

***

      — Что ты сделала?! — Айбике спросонья не могла вникнуть в то, что говорила подруга.       — Кудряшка, если ты будешь раз за разом повторять этот вопрос — мой ответ не поменяется, — вздохнула Ада.       — Но я даже не успела подумать, что делать дальше! А теперь он всё знает...       Ада села на кровать рядом с растерянной девушкой и обняла её за плечи.       — Считай, что я избавила тебя от раздумий. Не злись, пожалуйста. — Шатенка виновато заглянула подруге в глаза. — Ты бы опять запуталась и решила бы не говорить вообще. Разве нет? Я не могла позволить тебе жалеть об этом позже.       Айбике закрыла глаза в попытках собраться с мыслями:       — Не знаю. Я не злюсь, правда. Это просто неожиданно.       — Пусть теперь сам решает, что делать с этой информацией! Может додумается до чего-нибудь дельного, — с гневом в голосе произнесла Ада. — Как минимум до извинений!       — Я не хочу извинений, — вздохнула Айбике. — Я вообще сейчас ничего не хочу. Ада, я безумно устала. Выдохлась. В последнее время случилось так много всего, так быстро! Поставить бы всё на паузу...       — Так поставь! Знаю, что ты совсем недавно устроилась на работу, но думаю стоит попробовать взять небольшой отпуск. Ты сама говорила, что у тебя хороший начальник. Сменишь обстановку на время.       — Неплохая мысль, — тут же загорелась идеей Айбике. — Только где бы её сменить? В Измир к сестре Азизе я точно не поеду, сразу предупреждаю!       Ада рассмеялась, вспомнив о чересчур ворчливой женщине:       — Я и не предлагала! Есть у меня одно место на примете.

***

      Айбике больше не отвечала на звонки. Не читала сообщения. Не появлялась дома. Берк попросил Джанера подежурить у дома её родителей, но там их тоже не было.       Прошло почти три недели с момента, когда Берк узнал о том, что он отец. Но абсолютное незнание того, где сейчас находятся Айбике и Айлин совершенно не способствовало осознанию нового статуса.       Он не отчаивался. Нельзя. Не теперь.       Берк верил, что Айбике остынет. Что очередной звонок не останется без ответа. Что они обязательно смогут проводить время вместе. Что он когда-нибудь услышит звонкое «папа» из детских уст.       Маленькая девочка в сиреневом платье из парка больше не выходила из его головы. Густая копна чёрных кудрей, удивительно проницательные светло-карие глаза, россыпь очаровательных веснушек. Их с Айбике девочка.       Мысли о том, что он безвозвратно потерял немыслимое количество таких важных моментов из её детства причиняли почти физическую боль. Но он всё восполнит. Сделает Айлин самой счастливой на свете. И её маму.       Недели в ожидании проходили мучительно долго. Берк до отказа заполнял всё своё свободное время. Он попросил у врача больше сеансов терапии, снова записался к психологу и купил кучу литературы для родителей. Мужчина решил, что будет пробовать всё на свете, лишь бы стать достойным отцом своему ребёнку.

***

      Джанер по привычке проезжал мимо дома Ады и Айбике каждый день, заглядывая в окно на первом этаже, в котором уже три недели не горел свет.       Но не в этот вечер. Сегодня блондин увидел свет и женскую фигуру, с энтузиазмом готовящую что-то на кухне, пританцовывая и похоже совершенно забыв о существовании штор.       Парень вышел из машины и завороженно наблюдал за Адой ещё несколько минут, пока не перестал оставаться незамеченным.       В ответ на немой вопрос удивлённых зелёных глаз он смог только жестом показать на домофон в надежде на то, что она его откроет. Девушка нехотя кивнула и через несколько мгновений Джанер стоял на пороге их квартиры.       — Извини, в дом не приглашаю. Гостей сегодня не ждала, — произнесла шатенка, открывая входную дверь. — Эй, с тобой всё в порядке? — Девушка пощёлкала пальцами перед лицом блондина, пытаясь вывести его из ступора.       — Д-да, всё хорошо, — сказал он, откашлявшись. — Просто, ты очень милая... в этом халате.       «Что я несу? Умудрился же влюбиться в такую девушку! Самоуверенную, смелую... несвободную».       И непредсказуемую. Потому что её домашний образ, состоявший из огромного махрового халата с розовыми сердечками, пушистых тапочек и полного отсутствия макияжа был несопоставим с её привычными дерзкими нарядами. И она была прекрасна в любом виде.       — А-а-а! Так ты мой халат разглядывал в окне, — рассмеялась девушка. — Ладно, говори зачем пришёл. Иначе будешь виноват в моём подгоревшем ужине! А я очень злая, когда голодная!       — Верю, верю! — поднял руки Джанер, улыбаясь. — Я пришёл узнать об Айбике. Вы уезжали? Могу я с ней поговорить?       — Зачем спрашивать, если и так знаешь, что нас не было? Начальник заставляет следить, да? — Ада нахмурила брови, вспомнив о Берке. — Ничего, пусть помучается, ему полезно!       — Я понимаю твою злость, — начал Джанер. — Но ты не думаешь, что им нужно поговорить? Решить всё, как взрослые люди, когда тайн уже не осталось?       — Пусть Айбике сама решает, — немного успокоилась девушка. — В любом случае, их с Айлин здесь нет. Я вернулась одна.       — Понятно, — вздохнул он. — Спрашивать их местоположение бесполезно, да?       — Ты догадливый, — улыбнулась Ада, смягчившись. — Джанер, я думаю, что пришло время им самим разбираться в себе, своих чувствах и отношениях. Мы сделали всё, что могли... И я чувствую запах подгорающих овощей!       — Я понял, уже убегаю! — со смехом воскликнул парень и направился к выходу.

***

      Узнав о том, что Ада вернулась домой одна, Берк немного расстроился, но быстро решил использовать это как способ достучаться до Айбике. Поэтому недолго думая, положил на стол листы бумаги и начал писать.       Слова стали складываться во фразы и появляться на белом листе очень быстро. Было много мыслей, много чувств, много того, что хотелось спросить и ответить глаза в глаза. Но сейчас этот способ был его единственным шансом, поэтому весь вечер Берк провёл за письменным столом, изредка смахивая скупые мужские слёзы.

***

      Простите меня! В последнее время с этой фразой я просыпаюсь и засыпаю. И с надеждой на то, что смогу всё исправить.       Айбике. Моя сильная мудрая Айбике. Я понимаю, что моё «прости» уже не стоит ничего в твоих глазах, но я сделаю всё, чтобы ты снова мне поверила и доверяла. Даже если для этого понадобится вся оставшаяся жизнь. Я совершил непозволительную ошибку, когда позволил ревности застилать мне глаза. Я не оправдываюсь, но в момент, когда увидел тебя с ним, внутри всё оборвалось. Я не смог объяснить для себя такие резкие перемены и слишком поздно осознал, что совершенно ничего не знаю о том, что происходило в твоей жизни эти пять долгих лет.       И это моя самая огромная ошибка в жизни. Роковая.       Поверь, я правда думал, что поступаю правильно. Тогда, лёжа в больничной палате, больше не имея ни малейшего представления о своём будущем, я не хотел затягивать тебя с собой в неизвестность.       Я хотел дать тебе жизнь, которую ты заслуживаешь. Хотел показать тебе весь мир. Я мечтал дать тебе свою фамилию, построить с тобой семью, встретить с тобой старость!       И когда мне первый раз озвучили то, что есть вероятность никогда больше не встать на ноги, мне показалось, что всё это больше не осуществимо.       Я не знаю, что было у меня на уме, когда я принял решение не говорить тебе о своём состоянии. Будь проклят тот телефонный звонок! Я ненавижу себя за те слова, причинившие тебе столько боли и разочарования. Все эти годы я убеждал сам себя, что поступил верно. Как же я обманывался, Айбике!       Если бы была возможность повернуть время вспять... Но увы, моё необдуманное решение привело к тому, что я лишил нас семьи.       Айлин. Лунный свет... Какое же чудесное имя ты ей дала, Айбике. Я видел её всего два раза, но точно знаю, чувствую, что она свет моей жизни. Я так хочу узнать её! Узнать, что она любит, от чего воротит свой веснушчатый носик, любит ли она ванильный зефир и складывает ли указательные пальцы домиком у губ, когда радуется, точно так же как ты. Я бы хотел узнать о каждом из ваших дней, которые я упустил только по своей вине.       Я написал бы ещё много, но наверно ты и так думаешь, что я свихнулся раз решил связаться с тобой таким древним способом. Но все мои сообщения остаются без ответа и я просто не нашёл другого выхода. И ещё я очень хочу говорить с тобой, смотря в твои внимательные и необыкновенно красивые глаза. Без недомолвок и недосказанностей. Открыто и честно.       Я полностью понимаю твоё решение уехать. Я обидел тебя. Я так сильно тебя обидел! Я не нахожу себе места от неизвестности всего несколько недель и даже не представляю на что тебя обрёк, оставляя одну, носящую под сердцем нашу малышку.       Я давно потерял право просить тебя о чем-либо, но всё равно очень прошу дать мне ещё один шанс. Дать возможность доказать, что смогу стать человеком, достойным стать вашей опорой и поддержкой.       Понимаю, что мне трудно верить после всего, что я натворил. Но я очень сильно люблю тебя. Всегда любил. И буду.       Берк.

***

      Айбике сидела в садовой беседке и с улыбкой наблюдала за Айлин, игравшей с щенком на зеленой траве, когда раздался звук открывающейся калитки. Во двор небольшого деревенского дома зашла Ада, которую тут же встретили радостные детские возгласы.       — Ада! Ты так быстро вернулась! — Айлин подбежала к девушке, стискивая в объятиях лохматую собачку. — Мама сказала, что у тебя много дел в городе.       — Да, случились непредвиденные обстоятельства, милая. Мне нужно кое-что передать твоей мамочке. Иди поиграй ещё немного, ладно?       — Ладно, — протянула малышка. — Но обещай, что потом мы пойдём с тобой на речку!       — Договорились, маленькая шантажистка, — улыбнулась Ада и направилась к Айбике.       — Привет, — обеспокоенно произнесла брюнетка, обнимая подругу. — Что-то случилось?       — Меня очень попросили поработать курьером, — с этими словами она вложила в руки Айбике конверт. — А так как связь тут работает через раз, мне пришлось ехать самой. Блондинчик теперь у меня в долгу!       Айбике молча разглядывала бумажный прямоугольник, читая фразу, выведенную знакомым почерком.       «Двум самым сладким девочкам в этом мире.»       — Я понимаю, что тебе понравилось в этой глуши, вдали от шумного города и проблем, но может быть пора возвращаться? — продолжила Ада. — Ты читай, а я пойду гулять с Айлин. Бабуля дома или опять с соседками сплетничает?       — Дома, дома, иди обрадуй. Не устану благодарить её за то, что приняла нас, — улыбнулась Айбике и подняла конверт перед собой: — Спасибо!       Когда Ада с Айлин вернулись с прогулки, девушка уже ждала их с собранными сумками.

***

      Берк находился в своём офисе, когда раздался звонок телефона. Долгожданный звонок, сопровождающийся любимым именем на экране.       — Айбике! — Парень ответил буквально через несколько секунд. — Ты позвонила! Как же я рад! Ты прочитала письмо?       — Прочитала, Берк, — спокойно ответила она. — И хочу тебе сказать, что уехала не потому что хотела отомстить или сделать больно таким же способом. Просто мне нужно было время.       — Я знаю. Знаю. Я и не думал так...       — Ладно. Я просто уточнила, — продолжила Айбике и тихо добавила: — Ты как? Продолжаешь занятия?       Лицо Берка озарила счастливая улыбка.       — Продолжаю конечно, но давай не обо мне! Как ты? Как Айлин? Скажи, ты подумала над моими словами? Приняла какое-нибудь решение? — с замирающим сердцем спросил он.       — Приняла. Если ты действительно готов, я хочу сегодня всё рассказать дочери. Сама. А потом организовать встречу.       Берк перебил её, разрываясь от переполняющих эмоций:       — Готов! Конечно готов. Я не подведу, Айбике. Я не знаю как сейчас доказать свои слова. Но я больше никогда не брошу вас. Я не брошу тебя, слад...       Она не дала ему договорить.       — Айлин видит образ папы во снах, Берк. Ребёнок — это ответственность. Огромная ответственность. — В её голосе можно было услышать жёсткие ноты. — Нашей дочери нужен отец. Если ты её разочаруешь... Я не прощу тебя.       — Я понимаю, — твёрдо сказал он.       — Хорошо. И насчёт последних строк твоего письма..., — неуверенно сказала Айбике. — Берк, я правда хочу, чтобы вы с Айлин стали по настоящему родными людьми. Но мы... мы с тобой... больше нет, Берк, — вздохнула она.       Парень сглотнул тяжелый комок в горле и грустно улыбнулся:       — Я тебя понял. — Он сделал паузу, чтобы произнести: — Но от этого те строки не изменятся. Они всегда будут иметь тот же смысл. Я всегда буду любить тебя.       — Я позвоню тебе после разговора с Айлин, — тихо проговорила Айбике, проигнорировав его слова. — Увидимся.       — Увидимся, — прошептал Берк.