Семья.

*** На следующее утро Глеб проснулся в Ленкиной постели и понял, что он натворил. Леденящий ужас пробил его до позвоночника, но исправить сложившееся он уже не мог. Он позвонил Ясе, которая, на удивление, встала без малейшей доли похмелья и вполне уверенно отвечала на его звонок. – ... – Ясь, мы разводимся. Уже окончательно. –... – Я тебя понял, завтра подаём заявление в ЗАГСе, в 16:00. *** Яська собрала волю в кулак, во-первых, ей нужно забрать сына, во-вторых, сегодня у неё выходной, и она обещала ему провести время вместе. В-третьих, сейчас ей звонит Глеб, и показать ему, что она ранена в спину, она не может. – Доброе утро, Кулыгин! Как тебе спалось? Невеста, наверное, все силы выжала? Можешь не отвечать, возвращать тебя я не буду. –... – Завтра я жду тебя у ЗАГСа в 16:00, в твоих интересах туда прийти. И не опаздывай. –... Ясмина положила трубку и нервно задымила сигарету. – Всё, Рыкова, соберись, тебе сейчас к сыну ехать. – сказала она сама себе и завела автомобиль. *** – Сыночек, доброе утро! – Мамочка! – Как вчера прошёл вечер? Не скучал с тётей Стасей? – ласково спросила Яся. – Мы вчера играли на рояле, а потом дядя Вадим показывал театр теней перед сном. Так здорово! – Мальчик мой! – Яся поцеловала сыночка в щёчку, – у меня сегодня выходной, пойдём с тобой в парк? – Пойдём! А папа пойдёт? Вопрос застал Яську врасплох: ей нужно найти слова, чтобы объяснить сыну, что как раньше уже не будет. Врать Матвею она не хотела. И сделать это очень нелегко, потому что Матвей — половина мамы и половина папы. Яся крепко сжала детские ладошки и начала разговор. – Матвей, иногда взрослые живут отдельно друг от друга, но это не значит, что они перестают любить детей. – Вы с папой больше друг друга не любите? – у Матвея глаза напились слезами. – Нет, солнышко... – Яся прижала сына к груди, и он плакал, оставляя мокрые следы на её блузке, – Просто мы будем жить раздельно, но папа будет к тебе приходить. – Мамочка, я плохой? – Твою мать. Сын чувствует себя виноватым. Замечательно. Восхитительно. – думала она, – Ты очень хороший, ты самый лучший мальчик, которого я знаю. Самый любимый и самый родной. И ты не виноват ни в чём, слышишь? – Ладно, мам, пойдём гулять, а то стемнеет. *** – Глеб, ты теперь будешь у меня жить? – Да я как-то не думал об этом. – Я тебя не гоню, оставайся. *** Следующим вечером Яся и Глеб стояли у ЗАГСа, Глеб галантно открыл перед ней дверь и пригласил внутрь. – Заявление мы приняли, но у вас есть месяц на примерение, к тому же, поскольку у вас малолетний ребёнок, разводить вас будут через суд. Вы будете подавать иск о разделе имущества? – Нет. – ответила пара. Делить им было нечего: из общего у них был только сын, всё остальное было оформлено на Ольгу Кирилловну. Яська даже обрадовалась сейчас этому факту, если Глеб предал её единожды, неизвестно, что ещё он мог выдать. – Ну вот и всё, через месяц мы будем друг другу никем. Только родителями сына. – Глеб, заткнись. Зачем ты сейчас это сказал? – Яся зарыдала от досады. Ей было ужасно обидно за сына, который испытывает стресс из-за внезапного развода родителей, считает себя виноватым, и теперь неизвестно сколько водить его на психотерапию. – Яська, любимая моя, ты чего? – Глеб прижал её к себе в попытках успокоить. – Кулыгин, пошёл вон отсюда. Убери свои грязные руки. Иди Ленку свою обнимай. Думаешь, я слепая? Думаешь, не чувствую ничего? Ненавижу тебя. – Яська села за руль и приехала домой, где с Матвеем сидела Марина Леонидовна. *** – Я так понимаю, мирно договориться у вас не получилось? – С этим порядок. Давай позже, когда Матвей уснёт. Бабуль, мне завтра в институт утром, посидишь с ним? – Конечно, лапушка. Ужинать будешь? Яся отрицательно покачала головой. Она ничего сейчас не хотела, кроме одного — как можно скорее забыть Глеба. Но это было почти невозможно. *** – Паша, ты знаешь, что Яся и Глеб разводятся? – Знаю – сказал он на выдохе, – Глеб ко мне приходил, я сдуру сказал, что если у него столь высокие принципы, то пусть разводится. – Рыков, ты идиот!? – Оль, да, я идиот. Но я тебе клянусь, там дело не только в финансовых разногласиях. Ты бы видела его блуждающий взгляд. Я думаю, у него есть другая женщина, и это истиная причина развода. – Рыков, если ты прав, я его в асфальт вкачу. – А если нет? – А если нет, то тебя. Ольга не шутила: в её глазах бегали черти, и если бы она могла подпалить Глебу дверь прямо сейчас, она бы это сделала.