Blood on your hands.

— Для СПК настали дерьмовые времена, не так ли? Любой ребенок сможет взломать эту паршивую систему охраны, что уж там - похитить их начальника. Род громко смеется, за ним и другие члены мафии, а в том числе и Мелло. Операция в этот раз была достаточно трудной, и мужчины заслужили отдыха, ведь все самое тяжелое было позади. Подвал, в котором собирались эти люди, имел неприятный кисловатый запах, к которому перемешался и запах дешевого виски, почему-то так нравившемся другим членам мафии. — Да не стесняйся ты, пей! - углубившись в собственные мысли, блондин почувствовал, как в плечо его толкнул Джек, еще один участник этой организации, что часто говорил о том, что они похожи. У него были сальные светлые волосы грязного оттенка, и Мелло хоть и испытывал отвращение к этому сравнению, но и понимал, что придется помалкивать. Он улыбается и пьет вместе с остальными, незаметно для других закусывая. Ему поручили самое ответственное дело на данный момент, значит, нужно быть максимально трезвым, чтобы осуществить то, что он собирался сделать так давно. Кончики пальцев дрожали от осознания того, что того, чего он так ждал, произойдет совсем скоро, и Кель время от времени поглядывал на Рода, ожидая, когда же тот позволит. — Мелло, да что с тобой? Выглядишь как щенок, который требует жратвы, - усмехается, наконец заметив подростка, босс, - Так хочешь поболтать с этим мальчишкой? Иди, мог даже не спрашивать. Думаю, он уже очнулся. — Спасибо, Род. Разрешение было получено, а значит, можно было спуститься в отдельное помещение, предназначенное для пыток. Михаэль поднялся и уже направился к той самой лестнице, как его кто-то взял за локоть. — Возьми это, - один из членов мафии протянул ему небольшой, но достаточно острый кинжал с блестящим лезвием. — Зачем? У меня и пистолет есть. — А вдруг захочешь пытать его более изощренными способами. Мужчина низко смеется, и блондин, подумав, все же берет кинжал, прячя его в свой карман. Глаза неприятно слезятся, а вокруг чувствуется лишь отвратительный кисловатый смрад, от которого тошнит. Или от голода, сковавшего желудок подростка. Нейт оглядывается вокруг. Холодная комната без окон - вероятно, подземная, единственный предмет в которой - стул, к которому он крепко-накрепко привязан. Только сейчас Ниа понял, как сильно ему пережимали руки, давая им совсем немного пройти. «Чертовы шпионы...» Он всегда знал, что в СПК есть крысы, докладывающие информацию мафии, но то, что его самого похитят... Альбинос укорил себя в ошибке и невнимательности, из-за которой оказался в такой ситуации. Внезапно, он слышит громкие звонкие шаги. Кто-то приближался, а это было плохим знаком. Еще хуже он стал, когда Ниа заметил подростка со светлыми волосами. Кель с издевкой ухмыляется, подходя ближе к привязанному на стуле парню. Рассматривает его черты лица, не отрывая любопытного взгляда, в ответ на который следует гораздо более внимательный серых холодных глаз. — Ты вовсе не изменился, Ниа, - замечает он, протягивая руку в кожаной черной перчатке вперед, касаясь ей челюсти младшего и приподнимая его голову так, чтобы парень смотрел на него. Никаких приветствий, как и обычно, - Сидишь с таким серьезным лицом, будто ты даже здесь - важная шишка. — Тебе бесполезно даже пытаться держать меня в заложниках, Мелло, - безразличным голосом говорит Нейт, с отвращением глядя прямо на Мелло, - Вам не стоило связываться с СПК, ведь всю эту вашу подпольную организацию скоро прикроют. И пожалуйста, убери свои руки от меня. — Уберу, лишь когда скажешь мне, кто же является Кирой. Холодная кожа перчатки неприятно ощущается на челюсти, но тут она спускается по шее ниже, задерживаясь у самого ее основания. — Я не скажу тебе ничего, можешь даже не надеяться. - процеживает Ниа с привычной ему интонацией, к которой вдруг прибавляется легкая усмешка, - Был бы достаточно умен - сам бы догадался. Михаэль хмурится на какие-то пару секунд, и, будто переборов укол гнева, смотрит вновь в серые глаза. Рука сцепляет шею крепче, ограничивая доступ к кислороду, от чего Ниа болезненно морщится. Но молчит. — Я хотя бы не живу на подачки L, грея задницу за счет государства, - Мелло вновь усмехается, ослабляя хватку, от чего беловолосый судорожно вдыхает воздух, - Какой же ты жалкий, Ниа. — Тебя бы так привязать к стул и пытать, не лучше будешь выглядеть, - обиженно буркнул Нейт, надеясь, что старший не услышал его слов. Истеричный смех, следующий через секунду, говорит об обратном. Ривер начинает чувствовать себя униженно и злобно сжимает кулаки, все с таким же холодом глядя на блондина. Тот перестает смеяться и вновь проводит по челюсти младшего, вдруг с силой ударив того по щеке. — Чертов сукин сын, - цедит он сквозь зубы, глядя на Нейта с ненавистью, - Да ты хотя бы представляешь, насколько ты мешаешь мне? Я всегда был лучше тебя. Всегда! — Ты не лучше меня, Мелло. Ты просто дуешься на детские обиды, а мог бы вырасти еще давным-давно. Ниа игнорирует боль, заставляющую щеку гореть огнем. Сейчас его задача - показать собственное превосходство, чтобы этот истеричный Мелло сдался. Случайно, он замечает в кармане старшего лезвие, о котором тот, кажется, позабыл. Ривер запоминает это. Глаза Михаэля сверкают, стоит ему вновь взглянуть на сидящего на стуле парня. — Я могу сделать с тобой что угодно прямо сейчас, использовать самые жесткие пытки, такие, что ты будешь умолять меня убить тебя, Ниа, - вкрадчиво произносит он, приближаясь настолько близко, что они чувствуют дыхание друг друга. Старший смотрит ниже, с каким-то отвращением глядя на белоснежную рубашку, такие же брюки, на которых было лишь немного пыли. — Такой тошнотворно-идеальный, пример для подражания, номер один... Думаешь, ты всегда будешь таким милым умненьким ангелочком, решающим свои гребанные пазлы? Да я уверен, что ты никогда не пачкал свои ручонки в крови, а лишь поручал это кому-то за тебя. — Потому что я не обязан доказывать всем своим существованием, что я лучше грязного ублюдка вроде тебя. Мне и нет смысла убивать и мучать других, чтобы самоутвердиться. Слова Ниа прозвучали как красная тряпка для быка, заставив Мелло со злостью притянуть к себе этого усмехающегося над ним парня за воротник. Да как он смеет?! Кель уже собирается замахнуться, чтобы надавать этому придурку по заслугам, как вдруг убирает руку. Есть идея получше. — Значит, я для тебя грязный ублюдок? — На данный момент ты отвратителен мне. Ниа говорит настолько холодно и бесстрастно, что это удивляет блондина. Тот усмехается, резко потянув младшего за воротник к себе и целует. Это выглядит настолько неискренне, настолько ненавистно и омерзительно, что Нейт даже сперва не понимает, что с ним происходит, лишь потом пытаясь отстраниться, но физическая сила не на его стороне. Михаэль отстраняется лишь на секунду, чтобы в злобной ухмылке прошептать: — И это еще меньшее, что я могу сделать с тобой. — А ты попробуй, мразь. Они с усмешкой смотрят друг на друга, будто играя в чертовы гляделки, делая друг другу вызов, и это продолжается не меньше минуты, когда Кель, наконец, сдается. Крепкие руки берут младшего за рубашку вновь, разрывая ткань с громким треском, касаясь его тела, спускаясь к бедрам и вновь настойчиво притягивают за челюсть к себе, целуя. И Ниа понимает, что это идеальный момент. На всю возможную длину он вытягивает руку, выхватывая из кармана кинжал и втыкая его в Мелло, попадая ровно между ребрами там, где, кажется, должно быть легкое. Остекленевшие голубые глаза смотрят на него. Михаэль пытается вдохнуть, но не выходит, пытается вытащить из себя кинжал, но руки становятся слишком слабыми. На черной искусственной коже кровь почти не видна, но она течет долго, течет неостановимо даже несмотря на то, что лезвие все еще в теле. Кровь окрашивает белую ткань разорванной рубашки и брюк, Ниа с ужасом смотрит то на собственные руки, то на парня, что медленно умирает на полу, просипев что-то из последних сил. Его враг, которого он и не считал таковым, окончательно повержен его собственными руками, испачканными в крови. Но победа не радует Нейта совсем.