прости, я забыл, что тебя нет.

Он так красиво пел. Голос слегка охрипший от крепких сигарет, но такой обворожительный и чарующий. Его заразительный, ребяческий смех. Улыбка искренняя, источающая тепло. А глаза наивные, с неподдельным доверием. Самые теплые, самые чувственные и родные объятия принадлежали ему. Минхо любил его. Любил как брата, как семью и частичку себя. Он всегда будет любить своего маленького Хани. Любить его светлые, словно взошедшая пшеница, волосы. Любить его глупые шутки. Любить его милую родинку на левой щеке. Только Минхо знал, что под черной огромной толстовкой и батиной синей липой, на тонких запястьях болтались забавные цветные фенечки. Джисон и своему лучшему другу сплел забавную фенечку. Минхо до сих пор ее носит. Прижимает к груди и с теплой тоской вспоминает о нем. «Не плачь по мёртвым, плачь по живым» Хани всегда так говорил, когда Хо вспоминал свою бабушку. «Они не хотели бы наших слез» Эти слова выжжены в подкорке сознания. Произносятся его голосом, его интонацией. Минхо просыпается посреди ночи и по привычке пытается обнять его и снова уснуть. - Прости, я забыл, что тебя нет. Ли приходит к Джисону домой уже рассказывая что-то с порога. В ответ тишина. Такая давящая и тревожная. Воздух необычайно холодный. Минхо трясет даже в куртке. Он проходит в комнату лучшего друга и кричит от ужаса. Джисон в петле со сломанной шеей. Его руки висят по швам. Губы синие. Из носа тонкой струйкой течет кровь. - Боже, Джисон…- парень падает на колени перед трупом. Нет. Нет. Нет! Он не умер. Он просто спит, да?- Хани, это шутка? Пожалуйста, не шути так… Хани, ответь, это не смешно… Минхо в неверии поднимает взгляд. Хан молчит. Это не правда. Это все страшный сон и Ли сейчас проснется. Ли щипает себя с такой силой, что под пальцами лопаются капилляры. Это не сон. Джисон не шутит. Душераздирающий крик саднит горло до боли, с глаз брызжут горячие, такие горькие слезы. - Хани, зачем, боже…- голос сел. С пересохших окровавленных губ срывается тяжелое дыхание, словно комната заполонена едким дымом. В легких не хватает кислорода. Минхо хватается за волосы, вжимая короткие ногти в кожу головы. Ли падает на промерзший пол без сознания. Он не помнит, как оказался в больнице, не помнит как оказался дома. Помнит только теплые, сочувствующие объятия матери. Он не знает сколько времени прошло. Но до сих пор он наливает две кружки чая, одну из них обязательно с сахаром. До сих пор курит до половины и тянет сигарету ему. До сих пор пишет ему «доброе утро. как ты?». До сих пор слышит мягкие шаги и чувствует теплые объятия посреди ночи. прости, я забыл, что тебя нет. Джисон перебирает фенечки на изрезанных запястьях. Руки дрожат, пока на кухне бьется посуда и разъяренные родители кроют друг друга матом. С остекленевших глаз капают холодные слёзы. Звук удара чем-то тупым и голоса матери больше не слышно. Хана трясет. Он ледяными руками обхватывает непослушное тело, молясь всем богам, что бы пьяный отец не зашел к нему в комнату. Шаркающие тяжелые шаги удаляются с кухни. Парень судорожно выдыхает. Голова кругом. Хан даже не хочет думать о том, что тело его матери лежит на кухне в луже крови. Единственный родственник, которого он безмерно любит, сейчас вздыхает в последний раз. Он набирает Минхо и ничего не может сказать. Лишь хнычет и вздыхает в трубку. У Ли сердце разрывается: - Хани, мне приехать? Джисон отрицательно мычит. - Тогда, я могу подойти к твоему окну и ты спрыгнешь. Выпьем пива или вина, если хочешь. В этот раз парень соглашается. Благо, он живет на первом этаже. Спустя некоторое время, они уже сидят на площадке недалеко от дома и пьют пиво. - Твой отец что сделал?- Минхо явно напрягается, переспрашивая. - Я-я не знаю… Он походу убил маму… Я не видел точно,- Хан растеряно оглядывается по сторонам, а Ли вызывает полицию. С того момента все пошло под откос. Хан и раньше показывал суицидальные наклонности, но сводил их в шутку. Минхо и подумать не мог о суициде лучшего друга. Эти два слова даже рядом не стоят. Джисон и суицид. Минхо видел, как Хан держался и старался не вспоминать про родителей. Мать он действительно похоронил, а отец сел на долгие 6 лет. Он жил один в той злосчастной квартире. Прятал эмоции и чувства от Минхо. Прятал верёвку и мыло. Прятал уродливые шрамы и синяки. Прятал себя от него. Хан уверенно встает на стул и накидывает петлю на тонкую шею. Улыбается сквозь непрекращающиеся слезы. Дрожит, как осиновый лист. Он закрывает глаза и видит образ мамы. Она такая счастливая и беззаботная, источает тепло и уют. Хан хочет ее обнять. Хочет носом уткнуться в родное плечо и разрыдаться. прости, я забыл, что тебя нет. Джисон ногами толкает стул и слышит хруст позвонков.