Школьный автобус

Передоз незнакомого кудряша в автобусе с течением утра превращается в нехватку, и Андрей, сам того не замечая, начинает искать парня со второй перемены. Поговорить с ним — словно с размаху прыгнуть на хлипкий, кое-как налаженный мост. Поле для экспериментов огромно: можно сучить, взглянуть из под челки нагло, поиграть в мачо-мена или, наоборот, только-что-натурала, только вот Андрею кажется, что между ними воздух искрит, а у самого него чешутся руки просто прикоснуться, куда тут ломаться, дров бы не наломать. Сиськи мять некогда, нужно действовать, пока мальчик-одуванчик не узнал, что Андрюха тот ещё казанова, что, конечно же, поселит в новеньком кучу сомнений, откуда ему знать, что своими кудрями он зацепил само андрюшкино сердечко. Есть сценарий по-драматичней, бред конечно, но всё же: Ярослав натуральнее бабушкиных садовых яблок, и все потуги Андрея падут жертвой гендерных настроек природы. Но Андрею всего-то восемнадцать, он состоит из воды и дури, поэтому едва завидев знакомую макушку с розовой звездочкой, что освещала ему путь, как маяк, он сорвался с места. Катая на языке незамысловатую шутеечку, он шел по коридору мимо новогодних стенгазет разных классов, но когда их взгляды наконец встретились, ему перестало быть до приколов. Ярослав улыбнулся ему как родному, всё такой же удивительный, что и пару часов назад – как плюшевый мишка. Мишка с два метра ростом, нехилым разворотом плеч, длинными ногами, заканчивающимися размером так сорок пятым, но это всё лирика, у паренька поперёк плюшевого лба написано, что он солнце внутри и снаружи, хапка доброты и честности. Давай, чувак, смелым больше достаётся. — Как первый день? Ты неплохо держался. — И вкусно, и грустно, — усмехнулся Ярослав. — Школа у вас классная, но никого здесь не знаю, кроме тебя. — А этого мало? Андрей смотрит прямо с самодовольной ухмылкой, немного откинув голову назад, и Ярослав улыбается шире, выставляя на показ ряд ровных зубов. — Да, нет. В самый раз. Негромко рассмеявшись, Андрей закидывает ему руку на плечи и ведёт в сторону гардероба. Ярослав не против, ведь уроки окончены, и теперь от каникул их отделяет лишь новогодний праздник, который Андрей обозвал «утренником для пиздюков». Зря он так, наверняка будет весело… Додумать он не успевает, потому что Андрей сгибает руку на плечах Ярослава в локте и тянет за розовую звездочку на макушке. Светлые кудри рассыпаются, едва доставая до плеч, а Ярослав поворачивает голову к Андрею, чьё лицо, оказывается совсем близко. Тот с объяснением не торопился. Сосчитав чужие веснушки на щеках, он, наконец, удостоил их хозяина кареглазым взглядом и спокойно произнес, приподняв бровь: — Мне так больше нравится. Протянув руку, он, приподняв подбородок, закрыл приоткрытый рот кудрявого мальчика и вошел в гардероб первым. Когда теплая рука, соскользнула с его плеча, проведя по спине, Ярослав очнулся и сдул прядь с лица. Очень по-дружески. Запредельная концентрация дружбы в каждом взгляде. Или он чего-то не понимает, или понимает всё очень хорошо. Дерзкий, до безрассудства смелый и прямолинейный Андрей с хулиганской улыбкой нравился Ярославу. Слишком сильно нравился, по-честному. Этому нарушителю порядка было не впервой, очевидно, будоражить чужие сердца, но для Ярослава всё было в новинку. Например, то, что сейчас он посреди школьного холла почувствовал себя девушкой Бонда, у которой словно в слоу мо развеваются волосы, пока на неё горячо смотрит агент 007. — Приду к тебе числа восьмого, И ты найдешь меня под елкой еле-еле живого, — из-за увешанной пуховиками вешалки, напевая, вышел Андрей. Ярослав, улыбаясь уголком губ, поправил капюшон и вышел из раздевалки утягиваемый за руку брюнетом. Остановившись перед зеркалом, Андрей натянул шапку и подмигнул в зеркало Ярославу. — Хотелось бы перестать выебываться, но пока что нет такой возможности, — развел он руками в ответ на поднятые брови новенького. В ответ послышался мягкий смех, который стих, стоило Андрею взять чужую ладонь. Глядя в глаза, Андрей как бы невзначай провел пальцем от кончиков пальцев до запястья, и на руке Ярослава оказалась резинка для волос, приветливо сверкая розовыми пайетками. Ярослав оборачивается к парню, едва не касаясь носом его щеки, и замирает. Смотрит в глаза. Андрей криво улыбается, чуть склонив голову вбок, точно зная, как отлично смотрятся с этого ракурса его скулы, и хрипло говорит: — Возвращаю. — С-спасибо, — задохнувшись, не с первого раза выдавливает Ярослав. Спасибо-то, блять, какое! А сердце моё, не хочешь вернуть? Словно так и надо, Андрей поворачивается к выходу из школы, увлекая Ярослава с собой. Жар, исходящий от него, Ярослав чувствует даже сквозь их куртки, аромат одеколона и родительских запретов кружит голову, не помогает даже декабрьский холод, в который они ступают с порога школы. Андрей закуривает, добавляя к своей ауре штрихов. Расслабленный до предела, бесстыдный специалист сжигать сердца оборачивается и, зажав сигарету зубами, осторожно надевает Ярославу на голову капюшон. До дури трезвые, но шатает. Еще утром незнакомый Андрей, предлагает сигарету, и вот уже Ярослав жалеет, что не курит. — Я не умею. Улыбка Андрея становится коварнее. Он убирает пачку в карман, затягивается сигаретой сильнее. Протягивает руку к лицу Ярослава и, сжав пальцами щеки, вынуждает приоткрыть рот. Потянув обалдевшего парня к себе, он приблизился к его лицу и, остановившись в паре миллиметров, выдохнул сигаретный дым в приоткрытые губы Ярослава. — Только не вдыхай. Уже даже не по краю. Они оба уже где-то над пропастью. В реальнсти же, стоят на возвышенном плаце выхода из школы вплотную друг к другу, а Ярослав смотрит внимательно и немного удивленно, распахнув свои невозможные глаза, что светятся от зимнего солнца ещё ярче. Смотрит, приоткрыв рот, из которого медленно выходит неотфильтрованный легкими дым. Андрей, всё ещё не убирая руки от его лица, заворожено смотрит на раскрытые пухлые губы в завесе дыма и понимает, что пропал. — Это было… горячо, — заторможено произносит Ярослав, всё ещё немного в шоке от происходящего. — То ли ещё будет, — погладив скулу, убрал руку Андрей, не собираясь отстраняться. Входная дверь хлопнула и из школы вышли одноклассники. — Уля-ля, чё творится! — заулыбалась Юля. — Динусь, ёбаный двадцать первый век, топовые парни друг друга разбирают, тока держись! — Ой, не говори, — засмеялась Дина. — Скоро и нам никого не останется. — Вы есть друг у друга, — вставил покрасневший Ярослав, и девчонки покатились от хохота. — Юлёк-огонёк, закрой варежку, не смущай парня, он и так у меня сахарный, — цапнув Ярослава за руку, Андрей повел его к школьным воротам. — Эй, а вы что, на автобус не идёте? — Прогуляемся, — бросил через плечо Андрей. По пути слушая новую Careless от NEFFEX, они встретили у развилки снегопад. Год был на исходе, но день только начался. Проведи меня до дома, Мы знакомы до истомы.