Быть рядом.

Холодный ветер развивает черные, смольные пряди волос, путая их и переплетая между собой. Где-то одиноко горит фонарь, ведь других поблизости нет, а теплый и желтоватый свет падает на дорогу, освещая белый-белый снег и снежинки, падающие в такт движениям, сбиваясь и летая туда-сюда, так как этот же самый холодный ветер уносит их по сторонам, а далее и вообще куда-то вдаль. От этого снега, ветра, одинокого фонаря и вообще всей атмосферы становилось ещё холоднее. Костяшки пальцев уже, кажется, насмерть заледенели, пускай и сами ладони в перчатках. Темноволосый мужчина кутается поплотнее в шарф, выдыхая облачко пара и просто уже мысленно умирая от этого холода, правда, он знает, что ему ещё ехать и забирать своего дорогого возлюбленного из очередного бара. Честно, это... Слишком часто начало происходить, от чего Рембо устает, да и ещё как, потому что надоело. Точной причины таких резких пропаданий Поля, право, Артур не знает, но тот ему рассказывал что-то. Смазанно, неточно и вообще, кажется, что это сложно будет даже понять, но, по правде сказать, черноволосый пытался и даже что-то ставил на свои места. Кажется, так могло длиться вечность, пока он тут будет стоять на морозе, думать о проблемах его второй половинки и ещё больше мёрзнуть. Артур вздыхает, уже не зная, как себя согреть и что делать, как вдруг в этот самый подходящий момент слышатся звуки машины, свет фар сливается со светом фонаря и мужчина ещё раз вздыхает. Уже с облегчением, но, честно, он готов и мысленно, и физически прибить уже водителя. Темноволосый подходит к машине, открывает заледеневшую дверь и цыкает, садясь на кресло. — почему так долго? — он уставился сразу на водителя, приподнимая бровь и слишком уж недовольно спрашивая. — пробки, пробки.. я искренне извиняюсь, — тот может только положить ладонь на грудь, слегка наклоняя голову и прямо извиняясь перед Рембо, — перед праздниками они очень большие и.. — я понял, дальше не надо. Прошу, быстрее. — Артур даже не пристёгивается, ибо выходить ему, кажется, скоро, хотя риски есть, что что-то может пойти не так, ведь мужчина подгоняет водителя и будет в течении всего пути. Это, кажется, очевидное и очень заметно, ведь тот торопится, и сильно. Водитель может лишь кивнуть, нервно отводя взгляд от недовольного, но, кажется, держащего пока, да и всегда, правда он всего лишь старается, себя в руках пассажира и проверить, закрыты ли двери, только тогда тронувшись с места. Да уж, улицы и вправду сейчас все заснежены, ничего ровным счётом не видно, все сбито, а на дорогах выкрутиться ещё сложнее, стоит признать такую деталь. Все и вправду спешат куда-то в магазины, чтобы купить подарки своим близким перед новогодними праздниками, от чего создаются дикие пробки. И не только на дорогах, ещё и в магазинах, честно, Рембо туда даже заглядывать не хочет и не собирается, но это только так кажется. Ведь он на днях обязательно пойдет в эти пробки и очереди по торговым центрам, чтобы купить подарки всем близким, хоть их и небольшое количество. Но, все же, надо, он не такой человек, что будет забывать, ведь слишком правильный. И так, кажется, считали многие в его окружении, а он сам.. он сам ничего про себя не думал. Да и тем более, кто в современном обществе скажет, что человек нетрадиционной ориентации правильный? Верно, мало кто, а более старшее поколение так вообще загрызет. Полагаться, кажется, вообще на немногих можно, если вообще получается и есть возможность. Артур смотрит в окно, вздыхая ещё раз и как-то немного отогреваясь в такси. На улице вообще не такая погода, в какую Рембо было бы комфортно, а учитывая то, что ему холодно и ранней осенью, то вообще можно с уверенностью сказать, что он вечно мёрзнет. Даже если его замотать в тысячи и сотни шарфов, кажется, особого эффекта это не предаст. Хотя, можно попытаться.. по правде сказать, согревать Артура получалось только у его возлюбленного, Поля Верлена. Тот всегда загорится какой-то идеей, с которой долгое время не будет делиться с мужчиной, от чего становилось немного обидно и даже иногда Рембо и взаправду обижался на партнёра. Но зато потом было интересно послушать, что там надумал Поль. Похоже, так у них было даже тогда, когда они были обычными друзьями. А это... Давно достаточно. В самый первый раз те встретились, когда Рембо было двадцать три и он учился на преподавателя иностранного языка, а Верлен был лишь на несколько лет старше его и учился на учителя французской литературы. У того времени своя атмосфера, по правде сказать. Необдуманные движения, развитие молодости, совершенно непонятные вечеринки, после которых уже Полю приходилось отвозить до дома друга, заставая того в пьяном виде. Париж, путешествия, блуждания по университету, какие-то глупые ссоры и в итоге осознание тех чувств теплоты и любви уже в более позднем возрасте. Когда они оба закончили учебу, поступали. Когда они оба были настолько друг другу близки, что.. могло показаться, что эта привязанность вечная. Когда они оба пытались признаться, но не понимали, а в конечном итоге все получилось довольно смазанно и странно на вид. Когда они оба таскались за советами к своим друзьям, близким, только чтобы осознать все чувства полностью. Когда они.. научились любить и полюбили друг друга. Это все время такое, кажется, бесценное для них двоих, и для Рембо, и для Верлена, поэтому те и хранят в сердцах всё, что было между ними. Все обиды даже, все неудачи, взлеты и падения. Это было так давно, а они до сих пор помнят всё от корочки до корочки. Хотя в полноценные отношения вступили около четырех лет назад, когда у них исчезли, казалось бы, все преграды. А сейчас... Кажется, что что-то будто бы пошло не так. Поль стал чаще уходить куда-либо, даже не объясняя этого своему возлюбленному. Но, по правде сказать, были в большем случае это именно бары, а точную причину.. темноволосый знал, как уже и говорилось, но слишком запутанно. А вот он уже время от времени теперь начал срываться, хотя, ах, как не хотел и был сам по себе сдержанным достаточно. Были и ссоры сейчас — итоги всегда похожие. Разбитые предметы, весь кафель в каких-то осколках, два обиженных друг на друга нахохлившихся воробья, что потом будут решать все более мирным путём, наверное. А на душе остаётся невыносимый груз каждый такой раз, ведь ссориться, а особенно по пустякам, как это и было чаще всего, не хотелось от слова совсем. На это, казалось бы, можно было просто вздохнуть и задуматься о том, что же, все таки, сподвигло этих двоих на такое. Кажется, они знают друг друга очень хорошо и не стали бы просто вечно ругаться из-за какой-либо ахинеи. Слабые места известны, на что надавить тоже, да и впринцепе всё, почти абсолютно даже. Как Рембо знает Поля, так же и Верлен знает хорошо Артура, тут даже нечего выяснять. Но вот все же вопрос остаётся прежним — почему? Темноволосый мужчина нервно прикусывает губу, мучая ее и ожидая, когда уже машина приедет. Пробки, пробки, и ещё раз пробки, что сейчас свойственны для таких дней, кажется, рушат все планы. Вдруг пока Артур едет, Поль уже успел убиться об стенку, не дай Бог, а тут это мешающее явление. Утыкаясь виском на стекло, уже не смотря в боковое окно Рандо разворачивается, глядя на водителя, а позже мысленно радуясь и выдыхая, ведь машина осторожно тронулась с места, вновь проезжая свободно по улицам. Да неужели.. Всё кусая нижнюю губу, что, кажется, будет под конец дня точно замучена, Артур расплатившись и попрощавшись с водителем, аккуартно вылезает из машины, приложив ладонь ко лбу и чувствуя, как внутри вообще все перемешалось, а переварить сейчас точно не получится. Он осматривается, намечая подходящее здание и кутается в шарф, идя туда быстрым шагом и думая, злиться сейчас или посочувствовать. Улица, как и ожидалось, темная, ведь уже поздняя ночь. Фонарей.. опять маленькое количество, да и ещё один из них глючит. До сих пор идёт снег, пролетая небольшими хлопьями мимо и словно спеша куда-то по срочному и очень важному делу. На самом деле, это красиво, и даже очень. Эстетично по-своему и атмосферно, только, по правде сказать, Рембо такая атмосфера и холод не нравились. Поэтому он предпочитал спокойные посиделки дома с Полем, когда привычно пахнет чем-то кофейным на небольшой, но вместительной кухне, в руках умещается кружка какао или любого другого теплого напитка, а вокруг веет приятной аурой и заботой. Картина сама по себе приятная, такая родная и теплая.. только вот единственное, что растраивало — таких вечеров у них не было давно, и, похоже, не будет в ближайшее время тоже. Да, Артур мог легко обидеться на Верлена на все его похождения без его ведома, на то, что он что-то ему недоговаривает и просто на все это. Он устал, честно, а как вернуть прежнее состояние в отношениях — вообще не знает. Рембо цыкает от пробравшего до костей холода, заходит в бар и поспевает только показать паспорт охраннику, сразу же идя вглубь, чтобы отыскать своего возлюбленного, что, кажется, опять затеряется там навеки и на поиски уйдет не меньше двух часов. В баре ярко и громко играет какая-то музыка, что режет по ушам и слышать аж не возможно после тишины. Как вообще тут люди привыкают? Рандо, кстати, всегда задавался этим вопросом, ведь.. в клубы и бары, да вообще в подобные места ходил только в молодости, а потом перестал, причем как-то плавно. Мужчина осматривается, пробирается через толпу и ищет нужного ему человека, только вздыхая. Идёт, внимательно смотрит и спотыкается о какую-то бутылку на полу, летя на первого встречного человека и тихо вкрикнув, шипя и зажмуривая один глаз, потому что, во-первых, неприятно. Артур переводит взгляд на этого самого человека, распахивая глаза, и тут же в них загорается какая-то раздраженность, когда видит привычную ему светлую макушку. Ах, вот он где, шалтай-болтай. Удивительно, ведь даже и часу не прошло с того момента, как темноволосый зашёл в бар. Виновник торжества же поворачивает голову к нему аналогично, пьяно улыбаясь и буквально почти лёжа на полу, смотря снизу вверх. Рембо цыкает, поднимает, как видно, пьяного человека за руку и ведет его медленно из толпы в угол, не смотря на все его сопротивления. Нет, ну угораздило же... Рандо злится, это видно достаточно хорошо только по его глазам. А как только те поворачивают за угл, он протягивает ладонь к покрасневшей от алкоголя щеке, недолго думая и давая леща. Хорошего такого.. Поль сначала смотрит на него с все той же пьяной улыбкой, а как только ему прилетает по щеке и кладет на нее свою ладонь, пытаясь о чем-то поразмышлять. Ну да, пить меньше надо. — Поль, скажи мне, а, Поль. Я все понимаю, но чтобы найти тебя потребовалось достаточно много времени, хотя я мог еще просидеть в университете, чтобы допроверять домашние работы. — Рандо складывает руки на груди, приподнимая бровь и просто сдерживая всё то, что он мог бы сейчас выплеснуть. — ах, да... Работа... — Верлен вновь расплывается в улыбке, продолжая держать ладонь у щеки, ибо это было больно. Но, честно, особо этому значения он, похоже, не предал. — это.. ох... — что? — перебивает его ворчания темноволосый мужчина, явно не настроившись на то, чтобы сейчас ему все простить за раз. Нет, серьезно, очень даже обидно становится, когда твой возлюбленный просто удаляется из дома пока ты занят, шляется по каким-то клубам с барами, а потом еле-еле его найдешь, да и так же с горем пополам выведешь из пьяного состояния. Светловолосый смотрит на него, хлопая ресницами и пытаясь понять хоть что-то. И вправду, было это все как-то странно, да и он сам это признавал. Он уже говорил своему объекту любви не раз причины, которые, похоже он даже и не понял сам. Вернее они были, только вот объяснять.. не хотелось. Да и Поль сам не знает почему так говорит, если можно донести прямым текстом. — Арту-ур. — приподнимает руку, притягивая его к себе за ворот пальто. — Не злись, душа, это не... — Поль Верлен. — убирает руку со своего пальто, приподнимая бровь и выдыхая. Ну и как теперь? Честно, знать очень хотелось бы, особенно когда ты в таком положении стоишь. — работа, да. Не злюсь, хорошо, но мы едем домой. — ах, какая жа-алость.. — настаивает на своем, все же беря его за воротник пальто и притягивая к себе. Он был не намного выше Артура, но честно, иногда Рембо выглядел как заботливый папочка Верлена, который вечно теряется где-нибудь и придумывая себе приключения довольно часто. Рандо сейчас не смеет сопротивляться, да и просто не может, слишком.. сложно будет. Он помнит его причину, пусть и не понимает до конца, но все же злиться именно из-за этого не хочется. Стресс.. штука достаточно распространенная и неприятная. Стресс можно побороть какими-то вещами, подарками, теплом.. но почему-то из всех вариантов Поль выбрал алкоголь. Почему? Да сам не знает, когда-то попробовал так бороться над собой, а потом уже понесло чаще и больше. Нет, он не алкаш и не похож на него в обычной жизни, он довольно таки уважающий себя и окружающих человек, что имеет здравый рассудок и мыслит тоже ничего. Да и впринцепе, плохим человеком он не является и его им не считают. Единственная неприятная мелочь в его характере для него самого — неумение выговариваться близким людям, нежелание этого и просто часто игнорирование собственных проблем, что очень даже зря, стоит признать. Наверное, не было бы этого всего, если бы Поль хоть раз попробовал рассказать кому-то о том, что чувствует ментально. Что у него со стрессом, почему он себя так ведёт.. да и из-за этого, похоже, начались их вечные ссоры с Рембо. Непонимание друг друга, чувство того, что кто-то что-то недоговаривает, да там речь и про измену заходила. Все, что только в голову взбредет, аж так, что Верлен совсем уже позабыл о противном голосе внутри, что говорит держать все в себе, поэтому про него не вспоминает и живёт по такому принципу. — monsieur, comme vous êtes magnifique aujourd'hui~.. — блондин тянет за воротник ближе, слегка касаясь губ и ожидая, пока тот чем-нибудь и ответит. Рука отпускает все же замученный воротник несчастного пальто, и ладони кладутся на талию Артура. Поль поворачивается, меняя их положение и теперь уже прижимая к стене мужчину. Тот рвано выдыхает, покраснев слегка от произнесенной фразы, немного оттолкнув Верлена от себя и нахмурившись. Это все, конечно, хорошо, но не тут же, да и тем более, Рембо хочет с ним поговорить. — если ещё раз так сделаешь, я не дам тебе касаться меня два месяца и не подпущу вообще..— все же, оттолкнуть от себя настойчивого мужчину не получается, и тот просто кладет ладони на его плечи, вздыхая. Поль, конечно, слышит его голос и следующую фразу, немного отпуская его и понимая, что тот может и вправду не подпустить его к себе, не смотря на то, что итак не часто позволяет светловолосому творить с ним что-то, особенно если это опять что-то пошлое или связанное с этим. Всегда, когда Верлен посещает те или иные бары с клубами, а они всегда меняются и находятся в разных местах, естественно, искать свою вторую половинку приходится именно Рандо. А учитывая тот факт, что заканчиваются эти походы опять чем-то развратным дома, либо же огромным выговором, становится вообще не ясно, что будет потом. — и молю тебя, поехали домой.. — ладони с талии Артура Поль убирает, почесав затылок и чуть ли не упав по пьяни на итак уже несчастного мужчину. Хотя, кто тут несчастный, разъяснить стоит, похоже. Тот резко вздыхает, придерживая Верлена и легонько ударив ладонью по голове, от чего Поль уже сам меняет положение и удерживается за дверной косяк. Рандо вздыхает, берет того за рукав и осматривает вновь. Растрепавшиеся светлые блондинистые волосы из привычного низкого хвоста, помятая черная рубашка, которую Верлен надевал обычно на работу, жилетки нет. Похоже, тот вовсе где-нибудь ее забыл или оставил, о чем даже не вспомнит сейчас. И, похоже, предположительно, так она одна, бедная и несчастная, останется в стенах этого бара горевать, оставшись без хозяина. Галстук сполз, шляпа тоже непонятно где. Да уж, вид так себе. Артур тянет Поля за собой, а тот послушно идёт за ним, ведь деться-то никуда и не может. Да и не хочет совсем никуда деваться, по правде говоря. Через толпу пробираться сложно, неудобно и вообще некомфортно. Некомфортно и находиться среди всех этих людей, когда они пьяные и вообще не видят, что творят. И все это впринцепе не уютно, честно, сейчас Рембо хотелось только домой, хотелось успокоить его возлюбленного и просто отдохнуть от всего этого. От работы, повседневных дел, от давления в его сторону.. от учеников, что плохо относятся к нему, да и просто от людей. Ему, по правде сказать, в первую очередь, все же, хотелось наладить отношения с Полем, быть с ним рядом и греться под тем пледом любви, что они сшили вместе когда-то давно и не вылезали из-под него очень долгое время. Да и не хотелось вообще вылезать — Артур сильно любил того, с кем состоит в отношениях. Так же сильно любил и любит Артура Верлен, как тот любит его, только.. это всё как-то странно и неуютно. Неуютно от мысли, что все это может оборваться, хотя раньше ее не было. Неуютно от всей это ситуации, просто неуютно и даже жалко, как уже и говорилось. Верлен останавливается, останавливая тем самым и Артура. Тот поворачивается, вопросительно смотрит на него с неким непониманием и идёт за Полем, который пытается разглядеть в опьяненном тумане, кажется, свои вещи. И вправду, с пуфика рядом он кое-как берет шляпу и пальто, Рандо выдыхает и помогает надеть это всё, все таки на улице зима. Честно, сам Рембо уже забыл, что подарил эту самую шляпу Верлену на день рождения. А тот, похоже, ни разу не терял ее и не выпускал из рук, конечно, буквально. Да, Поль сильно дорожит вещами и подарками от его второй половинки. От них тепло, уютно, да и впринцепе это очень мило и памятно для него. Артур вздыхает, проранивая в этом вздохе некую печаль и вновь берет Верлена за рукав, ведя к выходу из бара и покрываясь мурашками от холодного воздуха, когда те выходят на улицу. Да уж, такси, похоже, снова ждать придётся немалое количество времени. Мужчина поворачивает голову к Полю, смотря, как тот жмурится, словно мерзнущий котенок на холоде. И вправду же — мороз. Только вот без солнца, и день совсем не чудесный. Холодно, метель аж глаза туманит. Артур вздыхает, на секунду прикрывая глаза и все же пересиливая свою гордость. Он повернулся и аккуартно обнял Верлена, совсем осторожно. Просто обнял, ничего больше, ведь.. да он сам не знал, почему. То ли от холода и от того, что оба замёрзли и хотелось поделиться теплом, то ли от того, что просто хотелось быть ближе и прекратить все эти вечные тёрки. Либо же и от того, и от другого, ведь Рембо хотелось просто чувствовать себя согретым, чувствовать этот самый теплый плед любви, чувствовать, что он кому-то нужен и просто быть рядом. Всегда, какая бы ситуация это не была. Быть рядом. Снежинки кружат туда-сюда в непонятном, но красивом танце, дополняют великолепную и такую красивую зимнюю картину, создают атмосферу праздника даже. И только в объятиях сейчас можно ощутить себя по-настоящему согретым, не взирая на весь этот снежный пейзаж.

***

Часы тихо тикают, за окном слышатся малейшие шумы и какие-то звуки. Кажется, кто-то чистит снег, и, похоже, зря, ведь снежинки все ещё не успокаиваются и не перестают кружить в темном небе, следовательно, и снег не перестает идти. Фонари мягко и тепло освещают улицу, только вот не видно этого за окном, что закрыто шторами. В маленькой, но уютной квартирке, и причем не только в какой-то определенной комнате, приятно пахнет чем-то на подобии кофе, и этот вкус перемешан с корицей. Тут, стоит признать, часто так пахло, ведь и Поль, и Рембо любили кофе по утрам и запах корицы. Сейчас Верлен удобно устроился на плече у Артура, что сейчас сидит под пледом на кухне, попивая горячий чай. В идеале, вообще, Рембо хотел отправить Поля прямиком в кровать после его гулянок, но тот упорно отказывался, как уже и понятно, исходя из ситуации. Светловолосый морщится непонятно от чего, поджимает ноги под себя и как какой-то нахохлившийся воробей жмется ближе к боку Рандо, греясь. Тот же тепло выдыхает, все же как-то мягко, но при этом волнительно улыбаясь уголками губ. Ещё непонятно, что будет завтра, но исходя из того, о чем они говорили тогда, когда дотащились до дома, точнее пытались говорить, ведь Верлен все ещё в нетрезвом состоянии, можно понять, что все это не так уж и просто было. Да, Поль может и умело скрывал какие-то свои проблемы, покрывая другими, а именно походами в клубы и ссорами, что, было, между прочим, глупо, а Рембо просто не понимал, что происходит. Тихое тиканье часов, продолжающиеся звуки с улицы и какая-то музыка несвойственно для себя как-то успокаивали даже. Верлен, закрывая глаза, поудобнее устраивается на плече возлюбленного и медленно, но спокойно засыпает. Артур же поглаживает того по голове, легонько перебирая запутавшиеся пряди светлых волос, ставит кружку с уже остывшим чаем на стол и прикрывает глаза, отдыхая. Он и впрямь надеется, что все поменяется в лучшую сторону, и даже будет готов для этого что-то сделать дополнительно. А его надежды, как окажется в скором времени, и вправду окажутся правдивыми. Рембо готов любить дальше, сделать все, только чтобы быть рядом, если даже Поль опять что-то натворит.