Один вечер

       ― Ай, нежнее! ― Да-да, хорошо, извини… ― Не торопись. Успокойся… ― Это очень странный диалог, тебе не кажется? ― Пит засмеялся и, почувствовав, как щеки горят, закачал головой. Он встряхнул кистями рук и вновь положил их на плечи Питера. ― Странный? ― раздался голос спереди. Пит смутился ещё сильнее. ― Забудь. ― Он мягко надавил пальцами на область в районе шеи, принявшись аккуратно массировать это место. ― Хорошо? ― Да… Спасибо. Пит улыбнулся. Он был сосредоточен на массаже, как будто создавал какое-то изобретение: всё внимание сконцентрировано на объекте, боязнь ошибиться, расчеты в голове, как сделать лучше. Всё же, раз Пит предложил изнеможенному после патруля паучку сделать массаж, то стоило сделать все по высшему уровню. Конечно, удивительно, что даже после всего произошедшего их забросило в одну вселенную. Как так получилось? Никто не знал. Но Пит тщательно старался придумать что-нибудь. Ещё в первый день он окружил себя книгами с теориями о других измерениях и пытался найти способ, как связаться с паучком или тем магом из вселенной, откуда они ушли. Потом Питер попросил его не перетруждаться, а иначе Пит перестанет нормально функционировать, и предложил прогуляться по Нью-Йорку, заодно показав город. Пит с огромным удовольствием принял на себя роль экскурсовода. Они гуляли по ночному городу, развлекались, ели бургеры, а потом на паутине забрались на крышу высокого здания. И два Человека-Паука смотрели на огни Нью-Йорка. Пит испытывал невообразимый восторг, просто сидя в такой обстановке вместе с Паркером. Это было так прекрасно ― понимать друг друга с полуслова и знать, что чувствует твой собеседник. Ему было невероятно комфортно, потрясающе, а сердце билось как сумасшедшее, стоило их взглядам надолго задержаться друг на друге. Удивительно, думал Пит. Действительно, удивительно. И сейчас он массировал плечи Питеру. Они договорились чередоваться в патрулях. День один человек паук, день ― другой. Всё равно никто ничего не заметит. Но, видимо, Питер не хотел беспокоить дружелюбного соседа, который спал по несколько часов в день, а всё оставшееся время тратил на поиск решения их проблемы. Поэтому Питер иногда патрулировал по два, а то и по три дня подряд, пока Пит, наконец, не замечал этого, и не начинал утверждать, что с ним всё хорошо, и он спокойно может выходить на патрули. Но Питер всё равно старался как можно меньше его беспокоить. И вот результат. Больная шея. Спасибо хоть, что не спина. Пит широко зевнул, надавливая на трапециевидную мышцу. ― Устал? ― поинтересовался Питер. ― Нет, всё нормально. ― Следом последовал ещё один зевок. ― Если ты хочешь спать, то лучше тебе пойти, ― Питер повернул голову, пытаясь разглядеть лицо парня. ― Всё хорошо, правда, ― Пит вернул голову Питера на место. Он ненадолго задержался на его скуле, а потом мазнул пальцами по щеке и вернул их. ― Отдыхай и наслаждайся сеансом, ― он усмехнулся. Следом послышался смешок Питера. Пит стал круговыми движениями массировать шею, стараясь не сильно давить. Кожа Питера была гладкой, теплой и очень приятной. Порой Пит засматривался на неё и вместо обычных движений начинал аккуратно поглаживать. Потом он краснел и дико смущался, словно застал себя за чем-то непристойным, быстро переключался и продолжал массаж как раньше. Хотя можно ли считать непристойным то, что засматриваешься на обнаженные плечи другого парня? А если этот парень ― ты, но только из другого измерения? Увы, мир ответ на этот вопрос точно не знает. ― Я не могу пользоваться твоей помощью, когда ты валишься с ног. Тебе лучше самому отдохнуть, ― Питер попытался отодвинуться, но Пит вцепился в его плечи, возвращая парня на место и продолжая массировать. Упрямство не позволяло закончить дело. ― Эй, ― в голосе не прозвучала обида, скорее, какая-то насмешка. Пит принялся с большим напором разминать шею: большим и указательным пальцами сжимал кожу, усердно делал круговые движения. Он поджал губы. Лучше, упорнее. Я не устал. ― Не стоит. Я бодр как… ― Ауч! ― Питер резко дернулся, и Пит, как ошпаренный, одернул руки. Он взглянул на свои ладони и понял, что перестарался. Сильно перестарался. ― Черт, прости, ― затараторил Пит. ― Я не хотел. А… черт, извини. Правда, мне жаль, ― он засуетился. Пит обогнул диван в одно мгновенье и присел напротив парня. ― Прости. Я не задел тебе там какой-нибудь нерв? Нет? Да? О, черт… Больно? ― Скорее, неприятно, ― Питер скривил губы. Он потирал больное место. ― Не беспокойся, всё в порядке. ― Я опять всё испортил, ― Пит вскинул руки и закачал головой. ― Прости, ― он виновато улыбнулся, став походить на побитого щенка, ждущего прощения. ― Подожди, давай все исправлю. Пит привстал. Упираясь одним коленом о диван, он наклонился к Питеру и убрал его руку. Никакого намека на ушиб не было, но Пит всё равно несколько раз дунул на место, где применил силу. Холодный воздух послал мурашки. Рядом послышался громкий вздох. ― Всё в порядке, не стоит… ― Питер осекся. Он втянул носом воздух, почувствовав нежные прикосновения Пита. Тот стал выводить на его коже круги слегка подрагивающими пальцами. Они прикасались, щекотали кожу как перышко, посылая табун мурашек по телу. Вдох. Выдох. Мелкая дрожь. Питер был уверен, что волосы на его руках встали дыбом. Было приятно. Так приятно, что Питер хотел ощутить мягкие прикосновения не только на плече. Это пугало и будоражило. ― Пит… ― Да? ― он отвлекся и повернул голову. А затем замер. Их лица оказались в неприлично близком расстоянии друг от друга, они почти соприкасались носами. Интимная дистанция. Такая, что можно было почувствовать чужое горячее дыхание, опаляющее губы. Пит сглотнул. Он думал об этом, но не был готов к такой ситуации прямо сейчас. Они находились небезопасно близко. Взгляд упал на тонкие губы Питера. Интересно, какие они? Пит был уверен, что приятные. Что ему делать? Поцеловать Питера? Возможность прекрасная… О, нет-нет-нет, а если он все себе придумал, и своим поцелуем все испортит? Как ему потом говорить с Питером? Это же буквально он, но из другого измерения, и Пит был без понятия, как человек, почти являющийся им, отреагирует на поцелуй от самого себя из параллельной вселенной. Все так идиотски запутанно. Комнату настигла напряженная тишина. Пит на мгновенье задался вопросом, сколько они так продержатся, сидя в паре сантиметрах друг от друга, и что будет после этой неловкой ситуации. Может, раз подвернулся такой случай, стоит?.. Пит так не боялся боя со злодеем, как опасался сейчас сделать что-то не так. Питер, восхитительный Питер, который радовал, помогал, заботился, занял все мысли в голове. Даже когда Пит был окружен книгами, иногда он нет-нет да думал о нём. Ведь как иначе? И находясь так близко, ― опасно близко ― ему не хотелось отступать. ― Знаешь, ― Пит выдохнул, ― наверное, сейчас я сделаю глупость. ― Люблю глупости, ― Питер улыбнулся и, о боже, перед такой очаровательной улыбкой Пит устоять не мог. Он подался вперед, хватая своими губами чужие ― мягкие и приятные. Пита охватило настоящее блаженство, когда он почувствовал их. А потом сердце бешено застучало, а в голове что-то громко зазвенело от накрывающего восторга, когда Питер стал отвечать ― спокойно, уверенно, и это ещё больше свело его с ума. Питер зарылся в густые волосы парня. Пит понял, что хочет быть ближе, чувствовать больше. Он перекинул другую ногу, почти садясь к Питеру на колени, сильнее прижимаясь к его губам, уверенно обхватывая голые плечи. Пит провел языком по верхней губе Питера, а получив такой же ответ, чуть не задохнулся в эмоциях. Руки спустились вниз по голому торсу. Хотелось прикоснуться к каждому участку горячей кожи, изучить каждый миллиметр этого тела. Пит принялся оглаживать плечи. Чужой язык прошелся по внутренней стороне щеки, и Пит издал непонятный звук удовольствия. Ему было необходимо больше касаний. Больше. Он очертил голые плечи, задел ключицу и стал дальше спускать руки вниз. Пит ненароком царапнул соски, а потом услышал, как глухо простонал Питер ему в губы. Тело Пита охватило будоражащее чувство, а возбуждение стало быстрее накатывать от понимания, что он доставляет Питеру удовольствие. Это поразило, завлекло, испугало. Он прижался к Питеру всем телом и резко отстранился. Грудь Питера высоко вздымалась, он часто дышал, смотря на Пита затуманенным взглядом. В ушах был непонятный звон. Пит словно опьянел от этой близости, но черт, он так сильно хотел Питера. Здесь. Сейчас. Осознание взаимности оставляло след на его лице: он чуть ли не сиял. Пит хотел, желал Паркера. Как это странно звучало. Питу было плевать. Питер вытянул руку и положил ладонь на его щеку. Он огладил большим пальцем нижнюю губу, слегка оттянул её. Глаза Пита метались в разные стороны. Он опалял своим частым дыханием подушечку пальца. Черт возьми, Питер творил с ним немыслимые вещи. Простые касания, но, кажется, они сводили Пита с ума. Питер вновь очертил контур большим пальцем, и Пит, поддавшись внезапному порыву, обхватил его большой палец губами, задел языком, внимательно наблюдая за реакцией Питера. Тот замер и слегка улыбнулся, выжидая следующих действий. Пит аккуратно обвил ладонью предплечье Питера, притянул руку к себе и поцеловал в запястье. ― Надеюсь, ты не выстрелишь в меня паутиной? ― он насмешливо изогнул бровь, оставляя ещё один поцелуй. Питер усмехнулся, притянул Пита к себе и впился в его губы. Воздух вокруг них словно накалился. Питу было жарко, хотелось ещё. Он обхватил коленями бедра Питера, подтягиваясь ближе. Пит сходил с ума от этой близости. Он прижимался к горячему телу, и желание снять с себя футболку не давало ему покоя. Но разве можно оторваться от такого поцелуя? Питу было под силу многое, он, в конце концов, Человек-Паук, который сражается с преступниками, побеждает злодеев, больше его в несколько раз, останавливает машины с угонщиками. Но вот перед Питером Паркером этот Человек-Паук был абсолютно бессилен. Пит был готов отдаться ему полностью и без остатка. Пит прижался к парню сильнее, насколько это было возможно. Он жадно хватал между поцелуями воздух, а потом ненадолго замер, когда, наклонившись, почувствовал возбуждение Питера. Господьвсемогущий. Пит качнул бедрами и услышал сдавленный стон. Ох, он точно умер и сейчас в раю. Азарт охватил тело, забрался под кожу, и Пит снова пошевелился, жаждя реакции. Она стала ему необходима, как жизненная функция. Долго ждать не пришлось. Питер простонал, тяжело выдохнул, а потом снова, и снова, потому что Пит не желал останавливаться. Приглушенные звуки отдавались в ушах небольшим эхом. Его возбуждение нарастало с каждым разом, когда он чувствовал Питера. Пит продолжал тереться о парня. Он не смог сдержать стона, когда Питер охватил его бедра и попытался сделать движение на встречу. Пит спустил руки ниже, пальцы коснулись пряжки ремня. ― Уверен? ― он отодвинулся на пару сантиметров, чтобы заглянуть Питеру в глаза. ― Абсолютно, ― Питер кивнул. И только Пит хотел приступить, тот не дал ему действовать. Питер резко снял с него футболку, отбросив ту куда-то в сторону и, подхватив Пита за талию, повалил его на диван. Питер навис сверху. Он тяжело выдохнул и наклонился, оставляя на шее Пита горячий поцелуй. Ещё один. И ещё. Пит выгнулся, подаваясь на встречу. Он не был таким чувствительным к прикосновениям. Не был. Просто Питер Паркер из другой вселенной решил довести его до колеи. ― О боже… ― Можно просто Питер Паркер, ― пробормотал Питер, ― или Человек-Паук. Смешок Пита резко перешел в стон, когда парень спустился ниже. Тело Пита отзывалось дрожью почти на каждое прикосновение. Чувства будто обострились, и каждый поцелуй Питера на его теле был чем-то невероятным, сносящим крышу. Пит тонул в ощущениях, тонул в эйфории и удовольствии, которые приносил ему Питер. Брюки последовали за футболкой. Прикосновения, стоны, поцелуи, горячие губы, быстрые движения. Рука Пита слегка дрожала, но он продолжал водить ею по члену Питера, слушая его стоны. Они утопали друг в друге, в своём блаженстве, своей любви. Всё слилось в одно неописуемое приятное чувство. Пит зажмурил глаза, что в темноте заплясали звезды. Капля пота стекла по виску. Ещё. Резче. Быстрее. Больше. Вспышка удовольствия, затмевающая остальной мир, и громкий гортанный стон, который разнесся на всю комнату. А следом ещё один. Два горячих тела прижались друг другу, и Пит был готов поклясться, что ему ещё никогда не было так хорошо. Они продолжали лежать на диване. Тишину комнаты разрезало громкое дыхание. Слабая дрожь экстаза постепенно отпускала тело. Пит вымученно, но чертовски удовлетворенно улыбнулся. Он занес чистую руку на голову Питера, что расположилась на его плече и опаляла и без того разгоряченную кожу. ― О боже… ― пробормотал Питер. ― Можно просто Питер Паркер, ― парень усмехнулся, ― или Человек-Паук. Питер фыркнул. Он поднял голову, и Пит увидел на его лице точно такую же улыбку ― уставшую, но счастливую. Пит оставил ленивый поцелуй на губах, а затем откинулся назад. ― Знаешь… если тебе опять понадобится что-нибудь размять или типа того, то обращайся. Они посмотрели друг другу в глаза, приподняли брови, усмехнулись. И затем комната залилась громким смехом.