Никита

В автобусе летом слишком душно. Кружится голова. На резком повороте я обязательно упаду, если вовремя не среагировать. Подумав об этом, сильнее сжимаю спинку чужого стула. А если волосы сейчас запотеют? Или у меня будет не самый приятный запах? Чёртов автобус! Почему я вообще переживаю? Прошлые свидания с Никитами обошлись без этого. Я лишь в мыслях критиковала их — недостаточно пунктуальный, недостаточно высокий, недостаточно красивый голос, недостаточно общительный. Был и такой парень, который в переписке соврал про свою внешность. Но если он даже под такие стандарты он не подходит, то как можно сойтись характером? Увы, юная я дала ему шанс, заперев в подвале. Голубоглазый блондин, футболист, рыбы по знаку зодиака, и имя обязательно Никита — вот мой идеал. Простой, таких парней пруд пруди! Однако со временем, когда в «идеал» добавилось больше деталей, искать Никиту стало сложнее. Я на свиданиях не была уже полтора месяца потому, что не могла найти подходящего парня! Возможно, скоро мне придется писать тем, что из другой области. Ну или наконец то взяться за тех, которых я оставила на всякий случай. Прибыв на место встречи, уже засчитала Никите минусы за опоздание и банальность. Он хочет провести свидание в парке? Как заезженно. Достала телефон, чтобы оценить свою внешность после автобуса, и в отражении увидела за спиной силуэт. Стоп, что?! Резко оборачиваюсь, и влетаю головой в чужой подбородок. Тру ушибленное место, шипя от боли. Это Никита? Раздается голос: — Извини, я поздороваться… Я поднимаю глаза на него, и он замолкает. Вижу, как держится за подбородок. Никита. Мой голубоглазый блондин. Забавно. Почему-то начинаю смеяться. Он почему-то тоже. Сквозь смех выдаёт: — Какая удачная встреча! Скажи, я хоть тебя ни с кем не перепутала? Резко прекращаю смеяться. Что значит — не перепуталА? Сощурив глаза, стала вглядываться в лицо Никиты. Бросила взгляд на фигуру, потом вновь вернула на лицо. Не может быть… Девушка? — Ты так пристально смотришь, — озадаченно сказал голос. — Что-то не так? Я лишь молча отвела взгляд: — Извини, может, спрашивать про это и бестактно, но, — на секунду замолчала. — Ты женского пола? Мне не хотелось услышать в ответ неловкое «да». Как же я могла не заметить это по фотографиям на странице? Ну конечно, «Никита» в моём понимании — исключительно мужское имя. Может, у неё такое прозвище или что… Вот облом! Никита спросила: — Мы пойдём? Хочу успеть добраться к одному месту до заката. Я удивлённо посмотрела на часы: — Так ещё куча времени, успеем. Или это далеко? Снова эти голубые глаза. Они горят от радости. — Ты сказала, успеЕм. Значит, всё в силе? Я должна, нет, обязана уйти прямо сейчас! Как Никита оказался девушкой? Немыслимо! Лучше даже не тратить время. Но… Глаза. Короткие белые волосы, рыбы по знаку зодиака, играет в футбол, хоть и на дворовом уровне. Никита. В чём же подвох? В чём твоя ошибка, неправильность, причина, по которой я прямо сейчас смогу уйти домой? Ты же не можешь быть идеальной, Никита. И я обязана увидеть в тебе ошибку. Поэтому: — Конечно же! Так куда мы идём? Просто ради интереса. Просто чтобы больше так не ошибаться в людях. День сменялся сумерками, часы летели, как минуты. Похоже, мы уже опоздали на то место, куда Никита хотела попасть до заката. Взяли по мороженому, кое-как залезли на дерево и принялись болтать. А что насчёт её ошибок — их не было. Вот мы бежим от человека, на которого упало мороженое Никиты. На чёрной футболке было ярко-зелёное пятно. Мы смеялись, но продолжали бежать. А ошибок всё так же не было. Вот мы прощаемся. Я прыгаю в последний автобус, Никита грустно машет на прощание. Прошла неделя, мы виделись почти каждый день. Никита хорошая девушка, вот только, кажется, она видит во мне совсем не подругу. Печально будет разбить ей сердце, но перед этим нужно найти в ней ошибку. Я докажу, она не может быть идеальной. Только не девушка! На улице ночь, сижу, закрытая в комнате, передо мной лист бумаги. Кручу ручку. Судорожно пытаюсь вспомнить хоть что-то плохое. Вспомнился её смех. Звонкий и до ужаса заразительный. Её волосы. Мне не нравятся короткие стрижки на девушках, но ей безумно идёт. Плечи находятся на таком уровне, что, казалось, я бы могла положить на них голову. Не то! Возможно, что-то в характере найдётся? Чуткая. Ценит личные границы. Чувство юмора похоже на моё. Интересный рассказчик и прекрасный слушатель. Готова спонтанно изменить план встречи и убежать со мной, к примеру, на крышу многоэтажки. Нет! Закат в волосах, пальцы неспешно срывают струны. Как же я мечтаю научиться играть на гитаре! Никита красиво играет и поёт. Каждое слово заставляет затаить дыхание. Ангельский голос. Было страшно нарушить идилию, но я начала подпевать. Она тепло улыбнулась. Должно быть что-то другое… Мы гуляли по краю города, и случайно попали в поле. Тогда не поздно было вернутся, но тропа казалась надёжно протоптаной другими людьми, потеряться очень сложно. Так думали мы, пока, заговорившись, не остались один на один с маленькой тропкой, петляющей то направо, то налево. Обернувшись, я увидела развилку. Точно не поймёшь откуда мы пришли. Страшно стало идти дальше, поэтому я предложила развернутся. Но Никита уговаривала меня идти вперёд, мол, она знает дорогу назад, и возвращаться не интересно. Не знаю даже, почему поверила ей. Мы продолжили так же беззаботно идти. Увидев решительность в глазах Никиты, я тоже перестала боятся. Даже когда мы попали в лес. Даже когда нашли, казалось, заброшенную деревню среди деревьев. Было весело ходить по неизвестной местности, где совсем нет людей, разговаривая с Никитой о жизни. Она открывается мне понемногу. Рассказывает маленькие детали из жизни, спонтанные мысли. От этого факта мне почему-то так легко и радостно. Хочу больше узнать её. Конечно же, чтобы найти причину прекратить встречи. Наше маленькое приключение подошло к концу, когда мы увидели мост с трассой, залезли туда, и распрощались, ведь наши дома в разных сторонах. Летела домой, будто за спиной выросли крылья. Прекрасный день. Лишь упав на кровать, я заметила насколько устала. Болело абсолютно всё, с утра было особо сложно подняться на ноги. Но я была рада провести с Никитой такой день. Неправда! Ложь, иллюзия! Помятая исписанная бумажка глухо врезается в стену. Чёрт с ними, минусами этими! Я просто исчезну. Скажу, что переезжаю, не буду выходить на связь. Зачем мне мучаться? Тянусь за телефоном, резко открываю Инстаграм. Пальцы трясутся, не попадаю по буквам. Меня переполняет злость. Злость на себя за то, что не прекратила после первой встречи. На Никиту тоже злюсь. Неправильная! Все Никиты были неправильными, но некоторых я оставляла в подвале, надеясь исправить маленькие погрешности. Почему-то всё заканчивалось неудачно. Того, кто худел по моей диете, одного вечера я обнаружила бездыханным на полу. А Никита, который проходил курс моей психотерапии, сам наложил на себя руки. Помимо них, был один чересчур умный. Чуть не сбежал из подвала, сволочь. Увы, убить я его не смогла — такой ценный экземпляр пропадёт! Пришлось привязать к кровати. Все Никиты были неправильными, но она — ещё хуже! Оказалась девушкой, что уже полностью противоречит моим принципам, но так ещё и с идеальными качествами! Телефон уже в руке, но, кажется, я сжимала его слишком сильно — на пальцах остались красные полоски. Я же правильно поступаю? Да. Определённо да. Так будет лучше для нас обеих. Я просто забуду её, и найду нормального Никиту. А ей тем более будет лучше без меня. Она же встречаться хочет? Я не могу в неё влюбится. Я по парням. Будет лучше, если просто исчезну. Но я же не найду Никиту с точно такими же глазами, голосом, улыбкой. Таким характером, что и предаться нельзя уже целую неделю. Никогда не найду… А кто-то другой найдёт! Найти её, это вообще не составит труда. Она ведь такая идеальная, любой захочет быть с ней. И этот голос, улыбка и глаза будут принадлежать кому-то другому! Я так не могу! За дверью послышался предупреждающий «гав». Лабрадор зашкрёб лапами, желая, чтобы его впустили внутрь комнаты. — Рэй! — зашипела я, — Прекрати! Но в ответ собака стал просится ещё громче. Пришлось впустить. — Что это на тебя нашло, Рэй? — грозно посмотрела на лабрадора, но тот игриво вилял хвостом, как ни в чём не бывало. Ну ладно, пусть у меня посидит. Чуть успокоившись, возвращаюсь к телефону. Вот я снова один на один с кнопкой «отправить». Вновь начинаю спорить сама с собой, доказывать, что права. На фоне моих мыслей слышится сонное цоканье лапок по полу. Бросаю взгляд на экран, и чуть не упускаю телефон из рук. Сердце аж в пятки ушло. В сети. Печатает. Не думаю. Не хочу думать. Просто неотрывно таращусь на екран телефона. Голова раскалывается от всех этих мыслей — поэтому лишь жду спасительного сообщения. Я не замечаю позднего времени суток. Не замечаю, что тихо съезжаю по стене вниз. Не замечаю Рэя, который, прислонившись к моей ноге, задремал. Просто жду. Привет, ты говорила тогда, на крыше, что хочешь научиться играть на гитаре. Свободна завтра? Смогу к тебе прийти ;) Звук пришедшей СМС-ки возвращает меня в реальность. Я замечаю время, Рэя, и то, что сижу на полу возле стены. Протираю уставшие глаза, читаю сообщение. Перечитываю своё, в черновике. Это как две параллельные линии. Как чёрное и белое. Моя Никита и… И что? Какой у меня выбор вообще? Уйти, отомстить, убить. Но как только вспоминаю её улыбку, хочется увидеть её снова, даже если в последний раз. Решу все вопросы завтра. К чёрту все мои недавние мысли. Не сейчас. Не готова. Поэтому: Конечно, буду ждать тебя) Набираю ответ, выключаю телефон, и проваливаюсь в сон. Прямо так, под стенкой на полу, с сопящим Рэем рядом.

***

И снова этот сон. Я плавно погружаюсь вглубь океана. Будто бы падаю, только очень-очень медленно. За поверхностью воды играет мелодия — живая и звонкая. Но я отдаляюсь от неё, становятся всё темнее вокруг. Музыка слышна менее отчётливо. Безумно страшно, хочется всплыть, но тело будто связано. Лучи солнца, пробивающиеся сквозь спокойные волны, исчезли из виду. Я лишилась единственного источника света. Опять осталась одна со своими мыслями — даже во сне преследуют меня. Вокруг так тихо и темно, но я знаю, что скоро буду молить о тишине. Зажмуриваю глаза покрепче, готовлясь к мучительной пытке. Странно. Почему-то мне сейчас не холодно, даже наоборот — я начала согреватся. И вместо колких мыслей вдалеке, из глубины океана, звучит красивая мелодия. Сначала тихо и неразборчиво, но потом всё более громко. Вспоминаю — эту песню играла Никита. Когда я слушала её, по всему телу разливалось тепло, а мысли уходили на второй план. Вода становится светлее. Я, кажется, тону теперь не в океане, а в звонкой, теплой мелодии. Стало легче дышать. Уже давно я так спокойно не спала.

***

Открываю слипшиеся веки. С сожалением понимаю, что уже утро. Сложный мне предстоит сегодняшний вечер. Ну или ночь. Остались нерешённые вопросы со вчера. Никита… Что же мне с тобой делать? Только замечаю, что лежу в кровати, бережно укрытая одеялом, а за спиной слышатся осторожное звучание струн. Неужели, Никита? Оглядываюсь. И правда — сидит на стуле, тихо-тихо играя аккорды. Как она попала сюда? Никита внезапно поднимает на меня взгляд, и улыбается: — Доброе утро, извини, я тебя разбудила? У тебя дверь была незаперта, вот я и зашла, — говорила, смущённо опустив глаза, — Потом увидела тебя, спящую на полу, и переложила в кровать. Ты удивительно крепко спишь. Поразительно. Как ей удалось пройти мимо Рэя? К Никитам он обычно агресивен. Одного даже укусил. Спрашиваю о собаке. Никита отвечает: — Рэй? Очень милый. Обнюхал меня всю, после чего лёг к тебе на кровать. Ты не говорила, что у тебя есть лабрадор, — теперь спросила, уже серьезнее, — Почему ты спала на полу? — Долгая история, — выдавила из себя я, — пойду умоюсь. Забежала в ванную и первым делом уставилась на своё отражение. Мешки под глазами, запутанные волосы, вся я какая-то сонная. Отвратительно выгляжу по утрам. Ещё и щеки потолстели — вчерашняя плитка шоколада была явно лишней. Не хочется думать, что Никита видела меня такой. Пытаюсь сделать что-нибудь со своей внешностью. Расчёсываю волосы, умываюсь. Оцениваю себя в зеркале. Если не заправлять волосы за ухо, лицо выглядит менее ужасно. Ладно. Она только что видела меня в ещё худшем виде, не особо удивится. Вдох — и уверенным шагом возвращаюсь в комнату. Никита гладила спящего Рэя, отложив гитару. Странно он себя ведёт в последнее время. Даже мне долго не давал ласкать себя, а к ней быстро привык. Меня посадили на кровать, дали в руки классическую гитару, показали основы. Ну вот. Я учусь играть на этом чудесном инструменте. Только вот, пальцы левой руки будто пробивают тысячи ножей, на подушечках остаются яркие отпечатки. Возможно, потом в тех местах образуются мозоли. Никита подтвердила такую теорию, велела сделать перерыв. Я расспрашивала её о всяком. Выяснилось, что гитару подарил ей брат, училась играть она самостоятельно по учебниках, и что я — её единственный слушатель. В будущем планирует попробовать выступать на улице. Я завороженно слушала новые детали Никиты, паралельно наблюдая за её движениями. Рассказывая какую-нибудь историю, она всегда жестикулирует руками, меняется в лице и голосе по ходу развития событий. Наверное, такое бы меня разозлило, будь со мной не моя Никита. Не смогла бу стерпеть постоянного размахивания руками, и подобных действий. Но сейчас я понимаю — это добавляет в рассказ красок, эмоций. Такая привычка на самом деле прекрасна. Минусы в Никите я пыталась искать по принципу «Найду — не прощу!». Но всегда всё заканчивалось так: «Тут и прощать то нечего». Никита внезапно прервала свою речь, взяла мою руку и произнесла: — И всё-таки мне интересно почему ты спала на полу. Может ты и не хочешь мне говорить, но я правда хочу помочь. Могу ли я что-нибудь сделать для тебя? Глаза смотрели на меня так пристально, что становилось вдвойне неловко. Никита, тебе бы не хотелось узнать, о чём я думала этой ночью. Ты позаботилась обо мне, даже на кровать перетащила. Ты наверняка ждёшь от меня отдачи, но я, конечно же, не скажу, что думала о побеге от тебя. — Извини. Не думаю, что ты тут можешь помочь. Забавно. А ведь это ты помогла мне не действовать безразсудно вчера. Ты меня спасла. Но ты ведь меня и довела до такого состояния. — Хорошо, — грустно улыбнулась Никита, — Вдруг что — я рядом. В этом и проблема. — Спасибо, — сказала я, еле пошевелив губами. Спасибо за то, что занесла на кровать. Спасибо, что спасла меня ночью. Спасибо, что приходишь изо дня в день, не давая сойти с ума. Спасибо, что даришь тёплые воспоминания. Я же никогда не говорила слова благодарности тебе, — Спасибо за всё. О чём я говорю?! «Спасибо»?! Это же она — причина моей бессонницы! Да. Я определённо должна исчезнуть. — Обращайся, — молвила она и протянула мне гитару. Мы продолжили занятия. Пальцы, которые только успели отдохнуть от струн, стали вдвойне чувствительными. Временами я жмурилась от боли. Похоже, Никита это заметила, и потянулась к грифу: — На сегодня, наверное, хватит. И перед глазами пробежали картинки: вот она уйдёт, я останусь одна. Вспомнилось, что было вчера. Эта злость, эти мысли, болящая голова. Не хочу. Не сейчас. — Никит, почему? Я ещё могу играть, — сказала, прижав к себе гитару, — Ты же не против? — Нисколько, — пожала плечами та. Я продолжила. С каждой минутой играть, не подавая виду о боли, получалось всё труднее. Уже пальцы не слушались — скакали по соседним струнам и слабо их зажимали. Я стала ещё больше придавливать струны. Боль дала о себе знать. Я так долго не продержусь. Вдруг почувствовала, как холодные пальцы коснулись моей щеки. Слегка вздрогнув, подняла взгляд на Никиту. Она смотрела на меня, улыбаясь самой доброй улыбкой. Никита что, собирается меня поцеловать? Её пальцы заскользили дальше, приподняли локон свисающих волос и бережно заправили мне за ухо. — Ты такая милая, когда стараешься, — протянула Никита, переместив руку с щеки на мою левую ладонь. Дотронулась до подушчек пальцев, от чего я чуть зажмурила глаза, — Перестаралась, однако. На сегодня достаточно. Она забрала у меня инструмент и зашуршала чехлом, в то время, как я пыталась успокоить пылающие щёки. Конечно же, Никита бы меня не поцеловала. С чего бы вдруг она стала это делать? Зачем я вообще подумала про это, и, что важнее, представила? Так неловко! А вообще, почему это я смущаюсь? Мне же наоборот легче, что ничего не произошло. Я ведь даже не определились как относится к ней. — Пока. Я прийду к тебе через несколько дней, когда мозоли пройдут, — Никита уже вышла в коридор и собиралась уходить. — Постой, — кажется, я лишь пошевелила губами, не издав ни звука. Вспомнила вчера. Сравнила с сегодня. Вдруг стало страшно. Всё ясно как день — мне нужна она. Вскочила, выбежала в коридор, по пути чуть не сбив оживлённого Рэя, что подскакивал на задние лапы возле Никиты. Задержала её, обняв покрепче со спины. — Не уходи, — мне всё равно, что она подумает. Эта ужасно идеальная Никита мне нужна. Я не смогу исчезнуть. Мне понадобилась всего секунда, чтобы осознать это. Никита попыталась развернутся и посмотреть на меня, но я сжала её плечи ещё сильнее. Внезапно почувствовала слезу на щеке и режущую боль в глазах. Что со мной вообще происходит?! — Хорошо-хорошо, никуда я не уйду, — сказала Никита, похлопав по моей руке, чтобы я ослабила хватку. Чуть помявшись, отпускаю Никиту. Страшно смотреть ей в глаза. Вдруг посмеётся надо мной, или разозлится? Боюсь увидеть реакцию. И в то же время боюсь, что она уйдет. К крайним мерам в виде подвала я бы прибегать не хотела. Не знаю что у меня в голове. Не знаю как относиться к Никите. Мне она просто нужна. — Ну ладно, — прерывает неловкую тишину Никита. Пытается сделать голос обычным, но всё равно слышно как она сбита с толку, — Может, пройдемся тогда? Или нужно именно здесь остаться? — Нет, я просто хочу побыть с тобой ещё немного, — максимально непринужденно сказала я, продолжая разглядывать полоски ламината под ногами. Не верится, что произнесла такое, сегодня вообще — день странный.

***

Мне интересно — а Никита сама знает, куда мы идём? Все наши прогулки для меня были спонтанными, я не представляла что может случиться. Мне удалось расспросить Никиту о нашей первой встрече. Как оказалось, она тогда планировала пойти в кафе. Хорошо, что эта идея не удалась, иначе я бы сразу ушла. Да. Хорошо, что я не ушла тогда. Время близилось к вечеру, наверное. Почему «наверное»? На часы я не смотрела, но стало заметно темнее. Никита какое-то время молчала, но потом заговорила про гитару. То, как я играла сегодня, планы на меня. Становится легче. Почти, как всегда, когда мы гуляем. Но я знаю — она не чувствует того же. Ей же интересно что со мной происходит, не так ведь? Мне бы было интересно на её месте. Никита, наверное, только и ждёт, чтобы я ей открылась. Извини. Не могу. Признаюсь самой себе — у меня давно проскакивали мысли о том, чтобы не отпускать Никиту. Мне же с ней хорошо. Да я, на самом деле, замечаю её минусы, просто не считаю их значимыми. Она, как ни странно, боится говорить с незнакомыми людьми, поэтому это приходится делать мне. И часто может написать мне ночью, после чего мы не спим до утра. Но это всё мелочи в сравнении с тем, какие эмоции я получаю с ней. Капли дождя замелькали на фоне многоэтажек. Протягиваю руку, пытаясь поймать одну из них. Люблю дождь. Люблю гулять с ним. Он мне как старый друг — когда-то я рассказывала ему свои тайны и страхи. Это было странно, но после становилось легче. С момента, как у меня появился Рэй, меланхолия приходила чаще рядом с ним, но мне всё ещё трепетены звуки капель дождя. Никита вдруг схватила меня за протянутую руку и куда-то потащила. Наверное, в укрытие, ведь одна не любит дождь. И это не минус, так ведь? Но я не двигаюсь с места. Прямо сейчас решаю для себя будующее. Для нас. И пока Никита не успела что-нибудь сказать, спрашиваю я. Спрашиваю четко и громко, так, чтобы она услышала сквозь капли, звенящие на тротуаре: — Как ты относишься к операции по смене пола? — Смотрю прямо в глаза. В эти голубые глаза, что начинают смеяться. И вправду. Звучало нелепо. — Нормально, наверное. А что? И зачем мы мокнем под дождем? Пошли скорее отсюда. — А ты бы сделала? — не отступаю, ведь это наш единственный выход. И у меня будет Никита — голубоглазый блондин, идеальный парень. Гениально же! — Какие-то у тебя странные вопросы, — Никита посмотрела на меня с подозрением, — Нет, не сделала бы. Мне хорошо в женском теле. Зачем спрашиваешь то? Не сделала бы. Плохо. Будет сложнее, чем я думала. Но не волнуйся, Никита, я тебя не отпущу. Как-то отшутилась, мол, просто интересно стало, и мы забежали под крышу ближайшего подъезда. Прилично так замёрзли. Никита вся тряслась. Мои кросовки напрочь промокли — я умудрилась в лужу наступить. Было бы неплохо сейчас оказаться дома и согрется обжигающе гарячим капучино. И посушить обувь. К сожалению, это не мой подъезд. Рядом с ним есть подвал, в котором я оставляю Никит. Кстати, пора бы их оттуда убрать и освободить место для моей новой Никиты. Только бы всё получилось — она станет моей единственной. У неё должно быть достойное жильё, без соседей. И без беспорядка, надо прибратся там. И нужно обязательно принести гитару, чтобы не скучно было. Да, так и сделаю. Но через несколько дней — наиграюсь сначала старыми Никитами, ведь больше такой возможности не предоставится. У меня были на них планы. Парни ещё не должны были умереть от голода, кажется. Может, затащить Никиту туда сейчас? На секунду задумалась — это же хорошая возможность. Мне ничего не мешает просто привязать её в подвале, и… Нет. Слишком безрассудно. Я накинула на Никиту свою кофту с капюшоном, чтоб сильно не замёрзла, и мы успели добежать домой до начала ливня. Переоделись в сухую одежду, сделали капучино, залезли под плед (Рэй, конечно же, с нами), и решили что-нибудь посмотреть. Выбор пал на какой-то сериал — Касл или Кости, точно не вспомню. Ведь во время просмотра я думала совсем о другом. Ухватилась за мимолётную мысль, которую не рассмотрела возле подвала. Ухватилась, и погружалась всё глубже, прокручивая её перед глазами снова и снова. Мои тайные желания. То, что бы я сделала с Никитой прямо в тот момент. Было бы совсем легко заманить её в ловушку. Мягкий, кружащий голову поцелуй — и она уже, сама не заметив, лежит, пристёгнутая к кровати. Такая тактика всегда работала на Никитах. С ними творились жутко интересные вещи после этого. К примеру, эксперименты — какое минимальное расстояние понадобиться, чтобы оставить ожог огоньком свечки? Или как долго нужно держать лёд, чтоб отморозить палец? Но с ней я была готова сделать нечто другое. Что-то новое для меня, что-то запретное. Это будет баланс обжигающих температур, стёрлась бы грань между болью и удовольствием. Как отреагирует тело связанной Никиты? Безумно хочется увидеть, услышать. Я была готова исследовать каждый сантиметр тела, каждый звук и каждый шумный вдох. Девушки реагируют не так, как парни, верно? У них не те эрогенные зоны. Этот эксперимент был бы ради научного интереса. Даже если мне сравнивать пока не с чем. Но с Никитой я бы так не поступила. Подвал в плохом состоянии, и она могла бы испугаться моих действий. Ведь даже я пугаюсь собственных фантазий. Такая скорость изменения хода мысли! Только вчера я была готова исчезнуть, а сегодня… Не знаю что сегодня твориться! Слишком много для одного дня. В общем, правильно, что я не утащила её в подвал. К тому же, сомневаюсь, что затуманилась бы голова от поцелуя именно у Никиты. В вечерней темноте, когда светло был только благодаря ноутбуку, я не смогла рассматривать Никиту. Хотя, очень хотелось. Я люблю разглядывать её лицо, её волосы, её внешность. Люблю её голос и смех. Люблю наши встречи, прогулки, наши моменты. Но я ведь по мальчикам, да? Поэтому не могу просто любить Никиту так, как хочу. Лишь чуть-чуть поправлю её, и всё станет идеально! Ничего ведь не произойдёт, никакой катастрофы. Но для меня измениться всё. Я не хочу делать операцию по смене пола без её согласия, но, если придется, то сделаю. Возможно, какое-то время не увижу тёплую улыбку Никиты. Но она скоро перестанет на меня обижаться, я же её так буду любить! Это будет сложно провернуть, но, кажется, я знаю где достать нужные контакты. Человек, который одалживает мне подвал, дружит с многими. Не знает подходящего доктора он — точно знают его знакомые. Даже если Никита добровольно не согласиться, я уж постараюсь над всеми деталями. На всё готова ради нас. Я её полюблю. И поэтому она меня простит. Сколько трудностей! Закон, деньги, поиск нужных людей. Невозможно сложно это будет для нас! Но любви под силу всё, верно?