Гляделки

Billie Eilish - Bored

Очередной холодный зимний вечер. За окном идёт снег, небольшие белые хлопья медленно падают с глубокого темного неба. Сегодня было довольно прохладно, и на улицу выходить совсем не хотелось. Сидеть дома в тепле было намного уютнее, что парни, в принципе, и делали. Каждый был занят своим делом: кто-то рубился в приставку, а у кого-то сегодня была очередь готовить ужин на всех. Гониль, сидя на кровати в своей комнате, играл в какую-то игру на телефоне, а рядом, на кровати Джунхана, лежал Оди и читал книгу, которую начал только пару дней назад, и надеялся, что Хан не будет ругаться. Гониль, потерпев очередное поражение в игре, положил телефон и потянулся, поворачиваясь в сторону Сынмина. Гу вспомнил, как недавно на репетиции, сидя за любимой барабанной установкой, он поднял глаза и столкнулся взглядом с мило улыбавшимся Оди, стоявшим перед синтезатором и почему-то смотревшим на лидера. Сам не зная, почему, эта ситуация крутилась у него в голове. Од, заметив на себе взгляд лидера, настороженно посмотрел на него и, растянувшись в улыбке, вернулся к чтению. «Ну вот, опять он так мило улыбается, глядя на меня...» — подумал Гу и откинулся на подушку. Не то чтобы Гониль был против. Он считал Сынмина довольно привлекательным парнем и прекрасным человеком. Но сейчас ему стало интересно, почему он вообще так часто думает о Сынмине. Лидер растянулся на постели, прикрыв глаза рукой, и лежал, тихо размышляя о всяком. Гу услышал шаги, явно Сынмина, открыл глаза и увидел О, стоящего прямо перед ним. — Ты собрался спать? Я, наверное тебе мешаю, — предположил Од и вернулся обратно к постели, чтобы взять свою книгу. — Нет-нет, ты мне не мешаешь, я просто задумался, — приподнимаясь на руки, ответил Гониль. — М-м, о чем думаешь? — садясь на постель старшего, спросил Оди. — Да так, есть кое-что, что не выходит у меня из головы... В принципе, не важно, — Гу отмахнулся. — Правда? — Сынмин посмотрел на лидера. — У меня тоже есть мысли, которые меня тревожат. Ну ничего, когда-нибудь это пройдет. В комнате нависла неловкая тишина. — Ну, раз ты все равно не будешь пока спать, можно, я почитаю рядом с тобой? — не дожидаясь ответа, О лёг рядом со старшим. — Да, конечно... А что ты так увлеченно читаешь? — спросил Гу, пытаясь развеять неловкую обстановку. — У моего любимого писателя вышла недавно новая книга, вот, наконец-то нашел на нее время, — не отрывая глаз от страниц, ответил Оди. Гониль больше ничего не сказал, а лишь молча продолжил наблюдать за младшим. Его волосы, его губы, его черты лица — все почему-то так завораживало лидера. Наблюдения прервались, когда Сынмин вдруг остановился, облокотился на кровать, подпирая подбородок на ладонь, и уставился на Гу. — Что? Что такое? — придя в себя, спросил Гониль, широко хлопая ресницами. — Я же вижу, как ты на меня постоянно пялишься. Мне теперь что, нельзя на тебя тоже попялиться? — слегка наклонив голову в бок, произнес Од. — Ну... Можно, наверное, — смутившись, ответил Гониль и отвёл взгляд. — Не хочешь в гляделки поиграть? — захлопнув свою книгу, спросил Сынмин. — Зачем мне это? — Ну дава-ай, интересно же, — потеребив лидера за край штанов, попросил Оди. — Ну давай, — глубоко вздохнув, Гу согласился. — Отлично, — О улыбнулся, заправил волосы за уши и сел на колени. — Готов? — с закрытыми глазами спросил Гониль. — Угу... — Раз, — старший начал отсчёт. — Два, — продолжил Мин. — Три... — Гу открыл глаза, вновь пересекаясь взглядом с Сынмином. Опять это чувство. Внутри все как будто перемешалось. Гониль чувствовал, как его сердце начинает биться все быстрее и быстрее. Он так близко. И смотрит прямо в душу. Старший надеялся, что Од не заметит его волнения. Казалось, даже если вокруг все обрушится, их глаза не оторвутся друг от друга. Сынмин все же не стерпел и заморгал покрасневшими глазами. — Блин, мне просто в глаз что-то попало, — Оди попытался оправдаться. — Давай ещё раз. — Ну хорошо, давай, — Гу скрестил ноги, уселся перед Сынмином. — Я начну. Один, — закрыв глаза, О взял старшего за руки. — Два... — напропалую нарушая правила, Гониль открыл глаза. Сынмин вот-вот откроет рот, чтобы произнести «три», но вместо этого чувствует, как губы лидера касаются его губ. Од удивлённо раскрывает глаза, но не отстраняется и даже не пытается оттолкнуть Гониля. Пару раз целуя в ответ, младший все же прерывает поцелуй. — Что это...? — невинно глядя Хёну в глаза, тихо спросил Сынмин. — Мысли, которые меня тревожат, — еле слышно вырывается с губ лидера. Гониль тянет руку к лицу младшего и нежно проводит ладонью по щеке. — О Сынмин, ты мне нравишься. Од замолчал и прикусил губу, не зная, что на это ответить и как себя повести. Но он не растерялся и быстро взял себя в руки. Положив свою ладонь на руку старшего, Оди посмотрел ему в глаза. — Ты мне тоже нравишься, Хён, — молчание уже не казалось таким неловким. Взяв ладонь Гониля, Сынмин поднес ее к своим губам и поцеловал, а затем медленно опустил вниз. Встав с постели, Оди направился к двери. Гу уже подумал, что он решил уйти. Но Од запер дверь на замок, чтобы их никто не потревожил, и вернулся обратно. Парни сидели, молча размышляя сказанное друг другу. И никто не решался начать что-то делать. Их взгляды снова пересеклись. — Хён... — нервно теребя пальцы, начал Сынмин, а затем просмотрел на Гониля. — Скажи, чего ты хочешь? Лидер наклонился к лицу Мина, завороженно всматриваясь в его глаза. — Тебя, — прошептал старший и поддался вперёд, примыкая к губам парня. Сливаясь в нежном и одновременно страстном поцелуе, Гониль потянулся к плечам Сынмина, стаскивая с них расстегнутую кофту, скользнул ладонями под майку, холодными пальцами медленно водя по груди и торсу младшего. От такого бурного потока действий Оди взбудораженно вздохнул, тихо простонав сквозь сжатые губы на ухо Хёна, и обхватил его своими руками. Гу потянулся вперёд, повалив Сынмина под себя и нависнув над ним. Жаркие поцелуи один за другим покрывают шею младшего, отчего тот удовлетворенно вздыхает, ведь его шея — довольно чувствительное место. Лидер повел рукой от груди парня к его паху, повторяя ладонью все изгибы его тела, и остановился, когда дошел до брюк. Поглаживая через ткань пах Сынмина, Гониль чувствовал, как он возбуждается с каждой минутой все сильнее. Гу ловко стянул с младшего штаны вместе с бельем и откинул их куда-то в сторону кровати Хана. Хён раздвинул ноги Оди и провел ладонью изнутри, заставляя Мина изогнуться. Поцелуями Гониль спустился от колен к паху, но не задевал его, специально дразня этим младшего. Старший медленно вставил в зад Сынмина один палец, а другой рукой обхватил его член, отчего тот вцепился в волосы Гониля и еле сдерживался, чтобы не закричать. А очень хотелось. — Тише, малыш, — прошептал Гониль на ухо Оди. — Если будешь громко стонать, нас могут услышать. — А насколько громко я буду стонать, зависит от тебя... — Сынмин прикусил губу и выгнулся в спине, чувствуя в себе ещё один палец. Лидер наклонился к младшему и поцеловал его, на этот раз, казалось, с ещё большей страстью, чем в прошлые разы. Чувства переполнялись, так хотелось остаться наедине, и чтобы никто не слышал и не мешал. — Трахни меня, Хён... — заныл Оди. — Прошу... Сняв с себя оставшуюся одежду, Гониль выпустил наконец на свободу давно вставший и жаждущий любви член. Гу порылся в своем шкафчике и достал оттуда тюбик смазки, о котором никто не знал. Выдавив лубрикат на руки, парень обильно смазал свое достоинство и не забыл о дырочке Сынмина. Лидер медленно вошёл в младшего, беря его за бедра, и прильнул к его губам своими, сладко целуя и тихо постанывая. Од обхватил руками спину Хёна, прижимая его ближе к себе. Эта близость приятным теплом разливалась по телу, от сердца и до кончиков пальцев. Казалось, так приятно ещё не было никогда. Оди, чувствуя движение твёрдого тела внутри себя, ещё сильнее сжимал руки, Гонилю даже казалось, что ещё чуть-чуть, и он сломает ему спину. Закатывая глаза в потолок, Сынмин наслаждался от каждого движения. Ненадолго прервавшись, Гу решил сменить позу и повернул младшего спиной к себе, ставя на четвереньки и заставляя выгнуться. Выдавив ещё немного смазки, Гониль вновь вошёл в задницу Мина, хватая его за талию и притягивая ближе. Од чувствовал, что сдерживать стоны становится все труднее, и все же решил не отказывать себе в удовольствии и позволил себе удовлетворённо простонать, кончая на постель. Все равно убирать потом придется Гонилю. Судорожно дыша, Сынмин опустился на кровать, пока Гу совершал последние толчки и излился в Мина, томно при этом стоная. Лидер лег на постель рядом с Оди и обнял его, укрывая одеялом. Приблизившись к его губам, Гу нежно их поцеловал. В комнате все ещё витала будоражащая любовная атмосфера. Хорошо поиграли в гляделки.