Ненависть становится любовью.

Луна резко развернулся, уходя прочь из поля зрения солнечного воспитателя, но Санрайз не дал ему. — Что ты с ним сделал?! — голос Сана был хриплым и злым. Желтоволосый боялся, что его догадки верны, он жутко боялся за свою звёздочку Беловолосый повернулся к Солнцу и со злой ухмылкой прошипел ему прямо в лицо. — Наказал, не послушные дети будут всегда наказаны, или тебе рассказать, как я его наказал? Охох, думаю будет тебе интересно. Во всех подробностях. Солнце отскочил от Муна, собираюсь его прогнать, закрывая свои уши руками, ощущая как холодный страх закрался глубоко внутрь. Мундроп ухмылялся и сверкал своими красными глазами. — Я его изнасиловал, долго-долго, впечатывая его лицо в холодный пол, пока он умолял меня остановиться, мне было так приятно слышать чужую мольбу.Ох, Сан… Подходящее наказание, как думаешь? Солнце не ответил, а только сильнее закрыл руками уши, стараясь не слушать. Луна хмыкнул, но позже ухмылка ушла с лица Муна. — Чем больше ты его нянькаешь, тем он непослушнее становится. «Любимчик» детей. — Луна больше не стал говорить, разворачиваясь и уходя прочь. Санрайз остался в одиночестве с угнетающими мыслями. Солнце не простит никого, кто посмел бы обидеть его лучик. Грегори проснулся от того, что его крепко обнимали, и чьи то соленые слезы капали на его шею. Подросток увидел Солнце, который нежно прижимал его к себе. Обнимал и плакал. — Сан, что случилось? Почему ты плачешь? — голос подростка слегка был хриплым, испуганным и сонным. Солнце посмотрел своими заплаканными глазами на личико парня. — Грегори, почему ты мне не сказал? Я-я так сильно волнуюсь за тебя. Грегори сразу понял, что речь шла о Муне и о происшествии ночью. От этих воспоминаний снова появились мысли суицидального характера. Грегори становилось стыдно и мерзко от того, что с ним развлекались таким образом. Парень погладил по щекам воспитателя и тихо прошептал. — Не хочу, чтобы ты плакал из-за меня. Я сам виноват, что попался, и мне бы не хотелось об этом говорить. — парень отвел глаза, чувствуя себя не в своей тарелке. Солнце прекрасно понимал юношу и не настаивал откровенничать. Желтоволосый погладил его по волосам и притянул к себе ближе, вздыхая его аромат волос. — Лучик, как будешь готов, делись со мной и не скрывай от меня правду. — Хорошо, Санрайз. Прошу, не плачь. Солнце ещё некоторое время обнимал парня, а потом отстранился. — И солнышко, я хочу навестить Фредди. Да и у него выступление будет. Можно? Солнце положительно кивнул и погладил щеку парня. — Только вернись, хорошо? Я буду ждать. Грегори улыбнулся и счастливый накинулся обнимать воспитателя. Мундроп сидел в своей коморке, спрятавшись от всех, не показываясь. Его заполняла ненависть, а мысли об этом парне лишь увеличивались, не давали спокойно работать и в целом существовать. Этот несносный и непослушный ребенок целыми днями занимал мысли Мундропа, а тот злился и ненавидел его сильнее. Он ненавидел в нем всё. Его внешность, характер, улыбку, поведение. А самое главное, что Мун в нем ненавидел, так это близкое отношение с Солнцем. Солнце возле мальчишки постоянно крутится, лелеет и ухаживает, а Грегори в ответ дружелюбно смеется, улыбаясь ему Злость росла и росла. Грегори никогда не улыбался Луне, не проявлял дружелюбие со своей стороны к нему. Это бесило, выводило из себя. Мальчишка будто сам говорил, чтобы его наказали, своим упертым характером и невинными глазами. Мудроп уткнулся лицом в подушку, старался сдерживать свою злость и агрессию, затухая, как спичка. — И всё же, ты чертовски соблазняешь меня, ненавистный мальчишка. Будь ты проклят. — Лун болезненно застонал, ощущая как его мышцы расслабляются, а внутри становится горячо.