Подарок от Куромаку

***

Пик не ожидал такой наглости от стесняшки Зонтика, но тот слишком долго ждал когда наконец произойдёт эта сладостная близость, так что теперь ему хотелось продолжить весёлую ночь. Да и сохранять в памяти прекрасное тело восьмого удобнее будет с верхней позиции, но было кое-что ещё... Голубого немного обеспокоила эта зажатость короля, хотелось помочь ему раскрепоститься и расслабиться. Отстранившись от чужих губ, трефовый слегка улыбнулся. — Ты же не против? — ласково, и всё также мило улыбаясь, спросил шестой клон. Пик слегка нахмурился и отвёл взгляд от внимательно смотрящих небесно-голубых глаз валета. Отказывать Зонтику не хотелось, но и заставить себя согласиться для злюки было трудно. Роль нижнего королю казалась унижением, хотя трефа, который был под ним, он не стал воспринимать хуже или слабее. Всё-таки решив отказаться, пиковый снова посмотрел на своего парня, но так и застыл. Тот смотрел на него с любовью, до этого он рассматривал любимое задумчивое лицо, не смея поторопить или помешать. Теперь их взгляды снова встретились и Пик просто растворился в этой заботе, которая читалась по чужим глазам. Казалось, что если он всё же отдастся Зонту, то вся нежность и аккуратность, да и просто искренняя любовь целиком и полностью достанутся лишь ему, от таких мыслей отказать голубоволосому было ещё сложней, хотелось почувствовать себя особенным для кого-то, хотелось довериться и первый раз в своей жизни забыть о гордости. — Я не против, — с трудом выговорил восьмой, от этих слов веяло сомнением. — Ты уверен? — валет был готов принять отказ, но согласие его по правде говоря удивило. — Давай уже! Не тяни! — раздражённо фыркнул фиолетовый, конечно он не был уверен, но признавать этого король не собирался. Зонтик кивнул и чмокнул его в щёку, после спускаясь к губкам и шее. Её трефовый начал слегка покусывать и посасывать чувствительную кожу. Руки голубого гладили поднимающуюся с каждым томным вздохом грудь. Шестой неожиданно проник языком в чуть приоткрытый ротик, а одна рука опустилась ниже, обхватив привставший член, пока другой рукой валет приобнимал своего парня. Пиковый простонал в чужие губы, прижавшись сильней к тёплому телу и слегка выгнувшись в спине. Шальная рука двигалась вверх и вниз, размазывая большим пальцем тянучую естественную смазку по головке. От собственного удовольствия рогатому становилось стыдно, показывать чувства вообще для него было трудно, особенно приятные, ведь в эти моменты становишься уязвимым. Но Зонтик никакой не враг, как раз наоборот, так почему же он не может просто открыться? Какой-то внутренний барьер мешает, Пик ненавидит стены, но что иронично, сам строит их по отношению к другим, огорождаясь и замыкаясь от всех. Восьмой уже вплотную прижался к чужим губам, случайно кусая их до крови. Невозможно было слушать себя без стыда, чувствовать собственную слабость перед кем-то. Зонтик отстранился, прекратив надрачивать парню. — Всё хорошо? Я двигал слишком резко? Тебе больно? — чуть ли не со слезами на глазах спросил трефовый, как он мог сделать неприятно любимому? Позор! — Нет, я просто... — фиолетоволосый взял чужое личико в руки, и уперся своим лбом в соседний, не желая ловить виноватый взгляд, — стесняюсь... Красные капельки, словно утренняя роса, лежали на нежно-розовых губах. Пик приблизился и аккуратно слизнул их, во рту появился странный вкус железа. Но Зонт не дал возможности продолжить столь причудливый способ извинения и заключил в свои объятия, уткнувшись носом в шею. — Милый, тебе нечего стесняться! Ты просто великолепен! И твои стоны прекрасны, но если ты не готов, то мы можем закончить в любой момент! Пожалуйста, доверься мне, я никогда-никогда не сделаю тебе плохо. Ты - самое ценное в моей жизни, — протараторил валет, слова лились из сердца и даже саднящие губки не мешали высказывать откровения. Румяных щёчек после таких чувственных слов Зонтика Пику было не избежать, тот, как назло слегка приподнялся, и начал поглаживать красное личико. Пиковому очень польстили такие искренние комплименты, наконец он твёрдо решил, что нельзя оставлять начатое дело незаконченным. — Хватит быть таким добреньким, просто трахни меня! — с азартом приказал король, тыкнув взятыми с тумбы презервативом и смазкой. — Ой, хорошо! — немного растерянно сказал голубой взяв вещички и спустившись ниже. Открыв тюбик лубриканта, он выдавил немного на палец. Пику чувствовать что-то в себе было странно и он напрягся, Зонтик заметив это, решил отвлечь пикового от неприятных ощущений. Слегка неуверенно валет провёл языком по всей длине члена, получив в ответ рваный вдох, он повторил это действие несколько раз уже быстрее, параллельно вставив ещё один смазанный пальчик. Сдавленно простонав, рогатый сжал в руках простынь, но Зонтик решил оказать поддержку восьмому и протянул свободную ладонь к его руке, аккуратно переплетя пальцы. Голубому было не очень удобно в такой позе разрабатывать Пика, иногда даже было неприятно, когда тот сильно сжимал нежную руку валета, но шестого это не особо заботило, ведь главное, чтобы королю не было больно. Так что Зонтик наловчился одновременно работать ротиком и пальцами. Король выгибался всё ещё немного зажато простанывая имя парня, от возбуждения тело как будто плавилось, но ещё удерживало форму, чтобы не растечься в волнах удовольствия, а в голове все мысли смешались в что-то неразборчивое. Внутри двигалось три пальца, а горячий и влажный язык дразнил, лаская истекающую смазкой головку. Треф немного отстранился от жаркого тела, освободив свою лапку от цепкого замка чужой руки и вытащив скользкие пальцы из Пика. Повозившись с упаковкой презерватива, Зонт всё-таки смог его открыть и надеть контрацептив. Он раздвинул пошире чуть дрожащие ножки, на удивление, пиковый сам подполз немного ближе, полностью доверяясь валету, тот расценил это как согласие на вход, так что не стал выпытывать какие-либо слова из возлюбленного. Да и собственное возбуждение Зонтику уже приносило дискомфорт, так что он медленно начал входить, не забыв внимательно следить за реакцией восьмого. Тот слегка нахмурился от странного чувства и сжал кулачки свободно лежащих около головы рук, болью это назвать сложно, скорее просто непривычно и слегка неприятно. Лёгкие поцелуи в виски, щёки и лоб, немного отвлекли, но полностью забылись эти ощущения, когда Зонт вошёл целиком, задев точку наслаждения Пика. Тот выгнулся с громким стоном и обвил руками шею парня. Медленно двигаясь, валет тяжело дышал иногда целуя личико любимого. Пиковый хныкал, но не из-за боли, ему хотелось, чтобы Зонтик двигался быстрее. Горячий шёпот с этой просьбой опалил ушко голубоволосого, тот кивнул, всё с такой же осторожностью наращивая темп. Пара сливалась в глубоких поцелуях, из-за жара друг друга становилось невыносимо душно, но это совсем не мешало растворяться в нежных объятиях, становясь ещё ближе, наполняя комнату стонами, в которых можно было расслышать имена влюблённых клонов. Оба были близки к разрядке, валет излился первый, обмякнув и выйдя из Пика. Трефовый обхватил рукой его напряжённый член, и через пару движений ладонь шестого была в белой жидкости, а король закатив глаза после столь приятного оргазма и громкого стона, рвано дышал, пытаясь восстановить дыхание. Зонтик, улыбаясь, разглядывал его лицо и не обращал внимания на запачканную руку. Чуть отдохнув, восьмой привстал, взял из полупустой пачки влажные салфетки и начал приводить себя в порядок. Зонт всё также бесстыдно любовался своим парнем. — Хватит на меня пялиться! — грозно приказал злюка, кинув в Зонтика упаковку салфеток и прикрывшись ногой. — Прости! — заикаясь и покраснев сказал вновь стеснительный всем известный трефовый валет. — Не думал, что скажу это когда-нибудь, но тебе следует быть скромнее, — за этими словами последовала лёгкая усмешка, — И выброси наконец этот презик, а рука твоя, между прочим, всё ещё в конче! Голубой засуетился, выполнив просьбу короля и вытерев сперму с ладошки. Парни натянули на себя нижнее бельë, Зонтик выключил свет и плюхнулся на кровать, сегодня он подустал. Трефа сразу заключил в крепкие объятия Пик, уткнувшись носом в шею. Шестой ласково поцеловал его в фиолетовую макушку, слегка поглаживая обнажённую спину. — Понравилось? — самодовольно спросил пиковый, он подполз немного повыше, положив голову на мягкую подушку и смотря своими янтарными глазами в голубые небеса очей напротив. — Конечно! — радостно ответил валет, и прикрыв уставшие глаза мысленно добавил: "Даже лучше, чем я представлял", но как оказалось, Зонтик случайно озвучил это вслух. Король залился краской. — "В каком смысле "представлял"? И сколько раз? А может... "— в сознании Пика всплыло много тех самых раздражающих моментов, когда трефовый с растерянным видом и румяными щëчками убегал от него в туалет. Теперь восьмой клон был помидоркой не только от смущения, но и от злости. Он укусил нежную шею возлюбленного, оставляя укус-засос на нетронутой ранее коже. Зонтик лишь вскрикнул от боли, глаза начали слезиться. Багровое пятно осталось украшать тело, даже когда король отстранился. — Маленький извращенец, — тихо шикнул пиковый, вытерев горячие слёзки с чужого лица. Валет кажется понял, что сказал лишние слова вслух. Виновато опустив глаза, он прижался к возлюбленному поближе, надеясь на прощение. — Я конечно понимаю, что весна, гормоны, да и я просто великолепен, но чтобы так часто! Тебе и вправду стоит быть поскромнее, — с усмешкой упрекнул трефа Пик. — Давай уже спать... — сгорая от стыда, попросил Зонтик

***

Утро встретило Зонтика теплыми весенними лучиками солнца, которые целовали его в лобик и в закрытые глазки. Но кроме небесного светила валета согревали тёплые объятия любимого парня. Звук открывающейся двери разбудил трефа окончательно и заставил выползти из плена сильных рук. Он оделся, потуже завязав шарфик, и пошёл к пришедшему клону. Конечно, оставлять Пика, подложив вместо себя подушку, не хотелось, но заботливый Зонт всегда старался помогать братьям, как-никак семья. На пороге квартиры стоял Куромаку, он с несчастным видом стягивал с себя верхнюю одежду. Организм, привыкший к строгому режиму сна, очень негативно отреагировал на бессоную ночь и вырубался на ходу. — Куро, здравствуй! Ты наверное устал на работе? — обеспокоенно спросил валет, стоя напротив сонного короля. Второй клон не нашёл в себе силы ответить хоть что-то, только уткнулся головой в чужую грудь, пытаясь найти какую-нибудь точку опоры. Вскоре неразборчивое ворчание сменилось сопением. Трефовый уснул. Если бы Пик сейчас был рядом, то пары синяков серому не удалось бы избежать. Властный король считал, что наслаждаться теплотой и приятным запахом кофейного свитера можно только ему, ох уж эта ревность. Шестой аккуратно закинул руку уставшего друга себе на шею и поволочил спящее тело в гостиную. Уложив Куромаку на диван, голубой побежал в комнату своего короля за одеялом и подушкой. Валет укрыл и подложил под голову работяги подушку, сняв с него очки, он оставил их на небольшом столике в гостиной. Со спокойной душой, треф уже направился в свою комнату, чтобы снова залезть в уютные объятия и продолжить сон. И вот, рука на секунду зависла над дверной ручкой, как с шумом в квартиру ворвались ещё пять человек. Простонав от досады, Зонтик развернулся в противоположенную сторону от заветной спальни и пошёл к своим клонам-братьям. — Зонтик! Зонтичек! У меня так болит голова, я больше никогда не буду пить! — заныл Феликс, стоило только увидеть друга. — Я тоже немного переборщил, сладкий, но зато с такой девушкой познакомился! — радостно сказал Ромео, мечтая о свидании с красоткой, встреча с которой, как сам выражался романтик, "предначертана судьбой". — Алкоголизм - единственный талант, который никак не удастся пропить! — весело хмыкнул Данте, поддерживая своего валета, которого споил Вару. Зелёный хихикал с шутки философа, но боль в голове заставила его поморщиться. — Чего смотришь, тряпка? Мы сейчас от жажды подохнем! Это ты тут с Пиком развлекался всю ночь, принеси попить! Зонтик покраснел, и побежал на кухню, исполнять прихоть зелёнки. Он налил воду в пять стаканов, жертвы похмелья приползли довольно быстро, усевшись за стол. — В холодильнике есть рассол, и сок вроде бы остался, а ещё каша со вчерашнего дня, если вы хотите кушать... — робко предложил шестой, наблюдая, как Данте пытается привести в чувства Габриэля. — Какой "кушать"?! — передразнил Зонта тролль, — Меня сейчас вырвет! Понимаешь как мне плохо? — раздражённо спросил пятый, жадно глотая воду. — Вару! Мне тоже сейчас не очень хорошо, это же не значит, что надо грубить! — начал поучать пикового валета Феликс, но сил сильно ругаться ни у кого не было, поэтому жёлтый лишь попросил налить ему сока. Ромео искал в телефоне номер той самой новой прекрасной знакомой, а обеспокоенный мудрец несильно бил по щекам эльфа. Наконец-то он разлепил свои глаза, странно, но один зрачок был больше другого. — Данте? Мы дома? Уже? — не понимая облегчённый вздох короля, спросил ушастый. — Да, мой друг, попей водички, — протягивая стакан предложил бубновый, — как говорил Лао Цзы: "Чтобы быть сильным, надо быть как вода", — философ легко улыбнулся, не забыв поблагодарить Зонтика за эту самую воду. На лице голубого появилась застенчивая улыбка, и взяв из холодильника упаковку сока "Добрый", трефовый протянул его Феле. Тот тоже высказал свои благодарности и принялся пить любимый напиток. А заботливый валет уже заскучал по своему парню, чувствуя, что тот скоро проснется от шума прибывших пьяниц. Чтобы немного порадовать возлюбленного, шестой решил приготовить для него кофе. Пик и правда проснулся, он медленно разлепил заспанные глазки, чуть ли не с ужасом обнаружив, что вместо Зонтика обнимал тупую подушку. Недовольно ворча, король натянул на себя одежду и пошёл на кухню. Не обращая внимания на отходящих от пьянки клонов, фиолетовый крепко обнял со спины любимого валета. Шестой густо покраснел, услышав тихое, но тёплое "Доброе утро", и что-то пролепетал в ответ. Вару едко усмехнулся невинности тряпки, а Феликс, не вдупляя что происходит, тëр глаза. — Ну как ночка, Пикуш? — с наигранной заинтересованностью спросил пятый. На вопрос он получил раздражённый вздох, но злюка решил подавить свою неприязнь вкусным кофе. Не получив ответа от своего короля, зелёный решил продолжить шутить. — Зонт, ты чего стоишь как не родной? Присаживайся, если очко не порвано, — тролль похлопал по стулу, стоящему рядом с ним. — Эм... Спасибо, но я лучше постою, — неловко улыбнулся трефовый, очко конечно не порвано, но садиться всё равно больновато, первый раз всё-таки. — Угу, я тоже, — хмуро ответил Пик, на секунду оторвавшись от напитка. У него та же проблема, что и у валета. — А кто был сверху? Я не совсем понял, — неожиданно спросил Габриэль. Пиковый король от такого заявления даже подавился кофе, а все взгляды были направлены на несмышленого эльфика. Только один Вару ржал в голос. — Ахаха это ты показываешь как спермой подавился, типо?