Новогоднее настроение, печенье и лучшие подарки

Юля допила чай, зевнула и задумчиво пробормотала: — Вот знаешь, когда вроде и праздник, но настроения совсем нет? — Ну и ладно, — пожал плечами Игорь. — Чего себя заставлять. Появится настроение — отпразднуем, нет — да хоть спать ляжем. Спать — это вообще-то очень заманчивая идея. Всю неделю Юля доделывала самый масштабный проект за последние несколько месяцев — такого объёма материала у неё давно не было, началось с одного не очень даже перспективного эпизода, а потянуло следом ещё и ещё, чем дальше, тем сложнее, тем интереснее — и теперь, когда волна азарта и увлечённости схлынула, затяжной недосып напомнил о себе вялостью, заторможенностью, головной болью и противной тонкой резью в ушах. Да, праздник — но сил как будто совсем не было, и тяжёлая сонливость накатывала волнами, хотелось забраться под тёплое одеяло и спать долго-долго, пока не выспится, и чтоб Игорь обнимал. — Я правда спать хочу, — сдалась Юля и посмотрела немного виновато. — Из меня сейчас плохая компания для новогодней ночи. — Отличная, ну чего ты, — Игорь взял её за руку и потянул к кровати. — Вообще поспать хорошо будет, я-то обычно на дежурстве, а уж там такая компания… О, ещё с ножевым в больнице когда-то отмечал. — Сегодня приятное разнообразие? — засмеялась Юля, забираясь под одеяло. — Очень приятное, — Игорь лёг рядом, поцеловал в макушку и обнял — именно так, как Юле хотелось. Ей казалось — будет спать до утра, буквально до следующего года, но проснулась уже в восемь, без головной боли, совсем выспавшаяся и повеселевшая. Игорь уже не спал, медленно поглаживал её пальцы, размеренно и тепло дышал в затылок. — Привет, — Юля поймала его ладонь, погладила в ответ. — Привет. Выспалась? — Ммм, — Юля сладко потянулась, притёршись спиной к горячему крепкому телу. Игорь довольно вздохнул и обнял крепче. — И ещё даже есть время поймать праздничное настроение. — Ну тогда признавайся, Юль, — Игорь коротко поцеловал её в висок. — Что тебе для него надо? Она задумалась. — Бенгальские огни. Как я их в детстве любила, ты не представляешь. Мандарины обязательно. — Мандарины есть, — кивнул Игорь. — Фёдор Иванович вчера целый пакет передал. — Домашнее имбирное печенье ещё, — мечтательно добавила Юля. — Никогда не пробовала, но звучит здорово, давно хочу. — А что там надо-то, какой рецепт? Юля взяла телефон, пролистала результаты, выбрала самый приглянувшийся. Игорь пробежался глазами по экрану. — Мда, ничего из этого у меня нет. Ну, кроме сахара… давай я остальное куплю, приготовим, вроде несложно, — он уверенно кивнул, поднялся и потянулся за свитером и джинсами. — Ты что, стой, девятый час, — Юля растерянно посмотрела на Игоря, который уже застегнул ботинки и теперь деловито натягивал куртку. — Да ладно, через дорогу магазин точно работает, я быстро. Ты только список напиши. Игорь ушёл с листком в кармане, а Юля поднялась с кровати, медленно прошлась по квартире, опустилась на диван и прижала раскрытые ладони к покрасневшим щекам. Ну мелочь же. Совсем-совсем мелочь, если так подумать, Игорь делал для неё намного больше — и она для него, одна история с Чумным доктором чего стоит, но… Но вот это лёгкое — хочешь, давай приготовим, я в магазин, ну и что, он же ещё работает — неожиданно сильно тронуло, до горящих щёк и сбившегося с ритма сердца. Юля глубоко вдохнула и подумала, как же это замечательно, когда есть с кем — замечательным! — приготовить в новогоднюю ночь внезапно вспомнившееся печенье. Готовить неожиданно оказалось очень весело. В первые же десять минут у Юли нос был в муке, а Игорь слишком резко открыл пакетик с молотой корицей — сквозь смех чихали вдвоём. Определяли разницу между ванильным сахаром и ванилином, и Игорь долго отплёвывался и запивал водой резкий вкус, а Юле с сахаром повезло больше. Тесто получилось красивое, как на картинке, и пахнущее всеми пряностями сразу. Юля полюбовалась и заглянула в рецепт: — Теперь в холодильник на час. Всё, ждём. А пока ждём… Игорь с готовностью раскрыл объятия — и у поцелуев был очень ванильный вкус. Про тесто вспомнили почти вовремя. — Раскатать… У тебя скалка есть? — Откуда? — Игорь задумчиво огляделся. — Давай вон бутылкой попробуем, что ли. Бутылкой тесто раскатывалось кривовато, один край получился заметно толще другого. Юля критически рассмотрела результат и решила, что сойдёт. — Так, теперь вырезать. Смотри, какая красота. Игорь наклонился и пристроил подбородок Юле на плечо, всматриваясь в экран — на фотографиях были художественно разложены блестящие фигурные формочки. — Нда. Такого у меня тоже нет. Давай как с пельменями? Через минуту на столе в ряд выстроились разномастные стаканы. — Как для пельменей, говорю же, — хмыкнул Игорь, когда рядом выросла горка аккуратных кружочков. Из остатков теста Юля ножом вырезала две кривоватые ёлочки — новогоднее же печенье, в конце-то концов. — Выложить на пергамент. У тебя есть?.. — Неа. Всё-таки нашли один лист — тётя Лена на прошлой неделе передала безе, завёрнутое в бумагу, по виду смахивающую на этот самый пергамент. Безе быстро доели, с бумаги стряхнули крошки, разгладили и выложили красивыми рядами кружочки теста. — Так, вроде всё, — Юля сверилась с рецептом. — Теперь прогреть духовку… ага, сто восемьдесят градусов, загрузить печенье и через пять минут достать готовое. — Да как я здесь градусы поставлю, она ж газовая. Ну примерно… — Игорь покрутил ручку, с сомнением глядя на синие язычки пламени. — Сойдёт? Юля присела рядом и заглянула через плечо. — Наверное… Ладно, даже если спалим, ничего страшного, у нас ещё тесто есть. Пять минут провели, греясь в ровном тепле и неотрывно глядя на дверцу духовки, принюхиваясь к изумительному запаху. — Мы как в засаде сидим, — пробормотала Юля, поудобнее пристраивая голову на плечо Игоря. — У кондитерской. — Охотники за печеньем? — быстрый поцелуй в макушку. — О, вроде пора. Половина кружочков спеклась в один большой золотистый корж — слишком близко положили, наверное — но остальные получились очень даже симпатичными. Юля аккуратно подцепила их вилкой, переложила на тарелку, неуверенно покружила над коржом и всё-таки разломила его на несколько неровных частей. Игорь нетерпеливо подхватил одну, зашипел, подул на пальцы и невнятно возмутился через зажатую в зубах печеньку: — Ай, горячо! Юле стало весело — ну да, знакомьтесь, суровый майор полиции Игорь Гром, первый по раскрываемости в отделе и гроза питерских преступников. С печеньем в зубах и терпением пятилетнего ребёнка. — Что, Юль? Ты пробуй, ничего так получилось, — а, проглотил-таки, хоть и горячее. Юля смешливо покачала головой и потянулась поцеловать тёплые губы. — Я вообще про печенье, но вот так намного лучше, иди сюда. — Подожди, подожди, вторую партию надо поставить… полминуты, Игорь. Быстро, кое-как уложили оставшееся печенье — две ёлочки Юля заботливо сдвинула подальше — почти вбросили в духовку. И едва не спалили всю партию, увлёкшись поцелуями. А наступление полуночи всё-таки пропустили — сцеловывали с губ друг друга кисло-сладкий мандариновый сок. — Что? — Юля, на секунду оторвавшись от Игоря, растерянно моргнула. За окном грохотали фейерверки, врываясь в темноту квартиры разноцветными отсветами. — Уже? — С Новым годом, — пробормотал Игорь ей в губы и быстро поцеловал. — И тебя, — улыбнулась Юля, обняв покрепче и устроив голову у него на плече. Было тепло и уютно, Игорь медленно гладил по спине ласковыми ладонями, губы сладко покалывало от цитрусового сока и поцелуев. Какая же всё-таки чудесная получилась новогодняя ночь. У Юли начали сами собой закрываться глаза, она несколько раз моргнула и потёрла их — не хотелось уснуть на диване — когда Игорь вдруг пробормотал «совсем забыл, сейчас, Юль». Отошёл к вешалке, завозился с курткой, вернулся, и на колени Юле легли три упаковки бенгальских огней, Игорь только неловко пожал плечами — прихватил заодно в магазине, ты же хотела. Если быстро-быстро провести рукой, то в темноте комнаты на доли секунды остаётся светящийся след. Под тихое потрескивание Юля выписывала спирали и восьмёрки, а потом просто смотрела, как горят огни — один за другим — пока Игорь держал её руку в своей, прикрывая от колких острых искорок. Так красиво — и так тепло. В воздухе повис резкий стойкий запах — всё-таки три упаковки спалили. Игорь потянулся за пледом, накрыл Юлю, натянув край на макушку и заботливо подоткнув со всех сторон, и пошёл открывать окно. Свежий воздух ворвался в квартиру, вытеснил все запахи — бенгальских огней, сладкого печенья, мандаринов — и принёс с собой прохладную сырость. Юля встала с дивана, потащив за собой плед, обняла Игоря со спины, сцепила руки на его животе, укрывая общим теплом. Уткнулась между лопаток, подышала в мягкую изношенную ткань — грела. Игорь закрыл окно, обернулся и покачал головой: — Ну куда ты босиком, Юль. — Я в носках, — хотя ступни на голом полу понемногу замерзали, Юля была готова так стоять сколько угодно. — Ага. А ну-ка иди сюда, — Игорь присел и аккуратно перекинул охнувшую Юлю через плечо, держал крепко и надёжно — как всегда. — Ты как Дед Мороз с мешком на плече, — Юля для равновесия обхватила Игоря за бока, засмеялась, когда он пощекотал её под коленями и понёс к дивану, вполголоса напевая «лучший мой подарочек». Поставил на диван, обнял за талию и запрокинул голову, весело улыбаясь. Юля выпутала руки из сбившегося пледа, мягко обхватила ладонями лицо Игоря, наклонилась и прижалась лбом к его лбу, заговорщицки понизила голос: — Лучший — это ты.